Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Беннет Арнольд - Страница 87

Неосознанно прокручивая в голове события минувших дней, начиная от попытки похищения у подъезда и заканчивая поездкой на кладбище, Мира замерла посреди комнаты. Она пыталась донести до упрямой части своего внутреннего собеседника, что, возможно, всё не так уж и плохо сложилось, как могло показаться. Всё образуется, уладится.

Но легче от этого не стало. Видимо, потому, что она сама себе не верила.

Тревога вновь подбиралась к сердцу, нарастающее волнение сдавливало грудь.

Закрыв шкаф, она вышла в прихожую и достала из сумки две фотографии: на одной, что была сделана на полароид, Лейла улыбалась серо-зелёными глазами, и на щеках играли задорные ямочки, на другой эти же глаза были закрыты навечно, и девушка лежала на полу в окружении беспощадных языков пламени.

Затем Мира достала красную нить, которую нашла сегодня на кладбище. Она аккуратно разложила три вещички на письменном столе, пристально всматриваясь в каждую из них. Фотография Лейлы, что она унесла с собой при встрече с Ибрагимом Асадовичем, фотография с вечера пожара, браслет.

Импульсивно Мира потянулась к лежащему рядом мобильному телефону и набрала номер Османа. Впервые с момента ссоры у ресторана. У неё возникло непреодолимое желание поговорить с ним и попросить помощи, несмотря на обиду, что таилась внутри неё с их прошлой встречи.

– Алло… – пробурчал мужской голос в динамике телефона.

– Привет, Осман. – Мира слабо улыбнулась, и он это почувствовал.

– Чем обязан? – спросил Осман обиженным тоном. Давно они не разговаривали друг с другом, испытывая такое напряжение.

– Мне нужна помощь, – прямо обратилась Мира без хождений вокруг да около.

– М-м-м… – промычал он, прочистив горло. – Ну я слушаю.

– А можно без одолжения? – хмуро произнесла она. – Смею напомнить, это ты в прошлый раз нахамил и обидел меня, а не наоборот.

Осман молчал, явно не желая продолжать разговор.

– Да Бог с тобой, сама разберусь, – прошептала Мира, решив положить трубку.

Осман резко твёрдым тоном произнёс:

– Говори, что у тебя случилось?

Осман терпеливо ждал, стараясь не идти на поводу у эмоций, осадок от которых остался внутри него после их с Мирой последней встречи в ресторане.

Слегка замявшись, стараясь как можно дальше отложить внутренние разногласия и обиду, девушка наконец ответила:

– Мне нужна помощь. Сможешь поднять личное дело одного человека?

– Интересно… – удивился Осман. – О ком речь? Я знаю его?

– Её, – поправила Мира. – Нет, не знаешь. Сможешь помочь?

– Ну-у, – протянул он задумчиво, – раз обращаешься с просьбой, видимо, это и вправду важно. Помогу, конечно.

Мира облегчённо выдохнула, Осман с возросшим удивлением спросил:

– Тебе кто-то угрожал? Или что?

– Почти, – призналась она тихим голосом.

По тону Османа было понятно, что от неприятных чувств не осталось и следа.

– Напиши всё, что знаешь об этом человеке. Дальше я разберусь.

Мира прокрутила в голове всё, что было известно о Лейле. И, к сожалению, ей пришлось признаться себе, что толком никакой информацией она не владела.

Несмотря на то что она уже полтора месяца оставалась в доме Ибрагима Асадовича, о его покойной дочери Мира смогла узнать лишь то, что ей позволили обстоятельства.

– Имя, дату рождения и смерти я точно смогу сказать. Дом, где она жила, тоже. Но вот…

Осман резко перебил.

– Она умерла?

– Да. И мне хотелось бы увидеть заключение о смерти. Получится поднять это?

Осман задумался.

– Подниму, конечно. Но мне не нравится твой тон, – пробурчал он. – Что вообще случилось и почему ты хочешь поднять личное дело умершего человека?

– Вроде пока всё в порядке, – как можно увереннее ответила Мира, пытаясь не показать волнения в голосе.

– Вроде. Пока, – повторил Осман, прокашлявшись. – Подруга, если у тебя проблемы, говори прямо, я рядом и готов помочь.

Странная просьба Миры возникла не на пустом месте, это он отчётливо понимал.

– Ты как-то связана с ней?

– Осман, – Мира вздохнула. – Поверь, ты сразу поймёшь ситуацию, как только увидишь её фотографию. Постарайся помочь, пожалуйста, а я, в свою очередь, постараюсь найти кого-нибудь из её близких друзей. Если они вообще у неё были.

– Соцсети тебе в помощь, – ответил Осман. – Может, сохранились её странички, куда в наше время без них.

– Конечно, – согласилась Мира, – но не факт, что она регистрировалась под своими именем и фамилией.

– Согласен, но попробовать стоит.

– Да, займусь. Честно говоря, я как-то начинала её искать, но потом забросила это дело.

В этот момент на фоне послышался тонкий женский голосок.

– Османчик!

Мира прищурилась, словно увидела картину со стороны.

– Мне пора, не так ли? – поинтересовалась Мира с задоринкой в голосе.

– Это значит, что мне пора, – буркнул Осман.

– Рыжик, ты такой Рыжик, – вздохнула Мира, пытаясь не показать досаду.

– Я помогу, – торопливо и уверенно бросил Осман, отчего у Миры не возникло никаких сомнений, что так и оно будет.

– Спасибо! – всё, что успела она воскликнуть, прежде чем Осман завершил звонок.

– Итак… – прошептав себе под нос, Мира отложила оставшиеся домашние дела и решила взяться за поиски Лейлы в соцсетях.

Но план пришлось немного изменить: желудок протяжно завыл.

После того, как Мира поставила вариться на плите суп, она вернулась к поискам. Это заняло не так уж много времени, как она предполагала.

Начать она решила с двух крупных площадок.

В «Фейсбуке»[3] страниц с инициалами и датой рождения Лейлы было несколько, но все были нерабочие и без фотографий. Листая минут десять длинный список высветившихся страниц «ВКонтакте», Мира всё же наткнулась на страницу Лейлы.

Сердце дрогнуло и замерло. Словно не веря своим глазам и удивительной удаче, Мира бегло прошлась глазами по основной информации шапки профиля и фотографиям.

Да, ошибки быть не могло. Это страница Лейлы.

Последний раз она заходила за несколько часов до смерти.

Первое, что бросилось в глаза, это интересно оформленная страница пятилетней давности, с мыслями, выплеском эмоций в микроблоге и цитатами, которые описывали тот или иной период жизни теперь уже ушедшего человека.

Миру заинтересовали альбомы с фотографиями.

Лейле явно нравилось запечатлевать моменты из жизни, которые дарили ей определённые эмоции: узкие переулки Северной столицы, яркие закаты, окутывающие город летом, взволнованную рябь Финского залива. Поражало то, насколько ей удавалось видеть мир вокруг себя прекрасным и интересным, а главное, ей удавалось передавать всё это через фотографии.

Но самой Лейлы на снимках почти не было: Мира нашла её на двух-трёх фотографиях. Но на каждой Лейла улыбалась. Серо-зелёные глаза горели, на щеках выступали милые ямочки, – она была прекрасна. Перед глазами Миры возник образ улыбающейся маленькой Аиши, и внутри загорелся тёплый комок чувств, девочка была похожа на мать даже больше, чем на отца.

Но больше всего Миру заинтересовало другое: на стене страницы было пять записей за пять лет со дня со смерти Лейлы.

Писала некая Эля.

Текст сообщений был почти один и тот же, она каждый год поздравляла подругу с днём рождения и писала о том, что помнила и любила её.

«Первый год без тебя прошёл больно. Скучаю. Люблю. С днём рождения!»

«Я скучаю, мой близкий человечек! С днём рождения. Помню, люблю!»

«С днём рождения! Мы обязательно увидимся, дождись меня! Люблю! Сильно!»

«Ты мне снилась накануне. Пишу и плачу! Скучаю, мой друг! С днём рождения!»

«С днём рождения, родная. В моих воспоминаниях ты такая же красивая! И я знаю, что ты не изменилась! Скучаю, люблю!»

Мурашки пробежали по телу Миры.

Осознание того, что близкая подруга Лейлы каждый год писала ей поздравления, выбило воздух из лёгких. Неужели такое бывает? Неужели это возможно?