Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Беннет Арнольд - Страница 765

– Две молодые женщины в этой квартире… – пробухтел Лагг. – Неслыханно!

– Шок! – согласился Кэмпион. – Не знаю, что сказала бы моя жена.

Марлоу уставился на него:

– Боже мой, у вас ведь нет жены, не так ли?

– Нет, – согласился мистер Кэмпион. – Потому я и не знаю, что она сказала бы. Хватайте пальто, мои маленькие ротарианцы!

Глава 25

Приманка

Пока они ехали из Лондона в Эссекс, а из Эссекса в Саффолк, минул рассвет.

Марлоу и Джайлз дремали на заднем сиденье «бентли». Кэмпион вел машину с присущим ему глуповатым выражением лица. Несмотря на внешнюю расслабленность и усталость, его разум на протяжении долгой поездки работал чрезвычайно энергично, и к тому времени, как они свернули на подъездную дорогу, он успел принять важное решение. Сонные и растрепанные, друзья вывалились из машины и оказались возле старого дома, увитого плющом и наполовину спрятанного за кедрами. В большом саду за счет теней царила атмосфера уединения, где никто никого не тревожил веками.

Старый слуга впустил их в дом, с тихой благосклонностью приняв объяснения Кэмпиона.

– Мистер О’Релл завтракает с викарием, сэр, – сказал он. – Пройдемте.

– Это псевдоним твоего отца, – шепнул Кэмпион Марлоу. – Я хотел назвать его Семпл Макферсон, но он отчего-то вышел из себя.

Слуга привел их в комнату, которая тянулась по одной стороне дома. Внешнюю стену снесли, чтобы освободить место для длинной, опутанной плющом оранжереи, и именно здесь, перед каменной лесенкой, спускающейся к лужайке, они нашли завтракающих судью Лоббетта и хозяина дома.

Старый судья вскочил им на встречу. Он был несказанно, нескрываемо рад своему сыну, но, увидев бинт на лице Джайлза, с большой тревогой повернулся к Кэмпиону:

– Изопель и мисс Пейджет! С ними все в порядке?

– Теперь они в безопасности, папа, – ответил Марлоу. – Однако Бидди довелось многое пережить. Все пошло слегка не по плану.

Судья жаждал объяснений, но прежде он решил представить им выступившего вперед Аларика Уоттса. Как только Марлоу понял, что в присутствии викария можно говорить свободно, он кратко описал налет на дом в Кенсингтоне. Крауди Лоббетт слушал его с растущим волнением. В финале рассказа он поднялся на ноги и принялся беспокойно расхаживать.

– Это ужасно! Ужасно! – расстроенно запричитал он. – Снова из-за меня страдают другие. Я бегу чуть ли не от самого себя, но куда бы я ни подался, бедствует каждый, кто со мной соприкасается. Я распространяю опасность, точно поветрие!

– О, ну, мы пока что чувствуем себя неплохо, – откликнулся Джайлз, пытаясь казаться веселым. – Марлоу и я почти не пострадали, а Бидди и Изопель находятся в полной безопасности. Нас беспокоит то, что будет дальше.

Старый Лоббетт с вопросом в глазах повернулся к Кэмпиону, с момента их прибытия необычайно молчаливому.

– Мы так заболтались, что забыли сказать самое главное, – улыбнулся тот. – Нас сюда привела утренняя газета.

Он достал из кармана последнюю полосу упомянутой ежедневной газеты и передал ее судье. Увидев фотографию, старик охнул и протянул газетный лист викарию.

– Вот негодяи! – внезапно разъярился Аларик. – Мерзавцы! Это ихтиозавр, а не диплодок! В следующий раз они назовут его игуанодоном? Клюэр будет в ярости!

– В любом случае фото вышло чрезвычайно четким, и это проблема, – отметил Кэмпион.

Серьезность нового события никоим образом не ускользнула от внимания Крауди Лоббетта. Покой и ложная безопасность Кепесэйка убаюкали его, как и интереснейшие беседы с новыми друзьями среди местных. Голубые глаза судьи потемнели, а морщины на все еще красивом лице стали глубже.

– Все бессмысленно. Так больше не может продолжаться. Я заранее решил, Кэмпион, что, если ваша последняя затея провалится или если опасность будет угрожать кому-то из детей, я встречу своих преследователей лицом к лицу и приму то, что мне уготовано. Другого способа купить безопасность для моих близких попросту нет.

Кэмпион позволил молодым людям гневно высказаться против этой идеи, а сам пока помалкивал. Наконец его молчание стало заметным, и все повернулись к нему.

– Ради бога, Кэмпион! – рассердился Марлоу. – Вы же не имеете в виду, что поддерживаете эту ужасную затею? Сэр, мы этого не потерпим. Мы уже втянуты по самую шею. И мы доведем дело до конца. Кэмпион, вы ведь с нами, верно?

Кэмпион медленно покачал головой, собираясь что-то сказать, но викарий его опередил.

– Без сомнения, вы предпочли бы обсудить свои дела без меня, – негромко произнес он. – Я буду в своем кабинете.

Он вышел из комнаты, и едва за ним закрылась дверь, как Джайлз, отец и сын снова повернулись к мистеру Кэмпиону. Ночная передряга сказалась на нем. На его бледном лице залегли темные тени, а глаза за тяжелыми очками казались страшно утомленными. Но его дух был таким же кипучим, как и всегда, а голос не утратил беззаботности.

– Этот весьма щекотливый вопрос был поднят раньше, чем я предполагал. Тем не менее, как говорится в судебных приказах, поскольку на данном этапе делу уже невозможно не дать ход, пора определиться. Если вы не возражаете, сэр, – взглянул он на судью, – мы должны четко обозначить, какие у нас есть варианты. А также отметить несколько немаловажных фактов, которые могут повлиять на исход.

Судья Лоббетт, уже привыкший к вводящей в заблуждение деловой манере Кэмпиона, жестом велел ему продолжать.

– Во-первых, ваш фей-крестный по имени Симистер, который строит из себя Макиавелли, узнал, что к вам попало чуть ли не его свидетельство о рождении. Но поскольку оно написано на эсперанто, то вы не можете его расшифровать. Головорез точно не знает, какими сведениями о нем вы располагаете, и значит, может не догадаться, что они перед ним, даже если сунуть их ему в лицо. – Кэмпион сделал паузу. – Если кто-то из вас не понял, о чем я, поднимите руку. Все поняли? Хорошо! Я продолжу. Во-вторых, он понял, что похитить вас в Нью-Йорке, не подвергая себя неоправданному риску, невозможно. Поэтому он придумал гениальный план, как напугать вас и не дать действовать. Это не помогло, и тогда он придумал сенсационное убийство на борту корабля. Безвременная кончина бедной мыши Хейга подпортила сию малину. Теперь мы переходим к Мистери-Майл. – Кэмпион торопливо продолжал говорить, с тревогой глядя на собравшихся сквозь тяжелые очки. – Там, как мы знаем, наш приезд сразу же предали огласке, и вскоре святой Свитин отдал богу душу, что для Симистера было скорее удачей, чем четко просчитанным планом. Между прочим, кое-что в смерти святого Свитина мне до сих пор непонятно.

Он прервался, чтобы отдышаться. Судья сосредоточенно наклонился вперед.

– Вернемся к нашему малышу Альберту, – продолжил Кэмпион. – Как у хорошего сыщика принято начинать работу? Прежде всего он должен заручиться доверием клиента. Как это удалось малышу Альберту? Он подробно изложил мистеру Лоббетту-старшему факты из дела о депортации Джо Грегори, а тот, к слову, оказался одним из пассажиров на том же судне, которым мы плыли в Англию.

– Все так. – Судья взглянул на сына. – Пока Кэмпион не завел об этом речь, я думал, что ты платишь какому-то мошеннику. Вряд ли вы слыхали о Грегори, но я надолго упек его в тюрьму несколько лет назад. Он был одним из людей Симистера. Когда я узнал, что и он плыл на том судне, это произвело на меня большое впечатление.

– И в нашем головном офисе еще тысячи отзывов благодарных клиентов, – пробормотал Кэмпион и продолжил: – Именно благодаря этому герой Альберт смог все распланировать. Мистер Лоббетт согласился, что наш лучший шанс – заставить бандитов немного раскрыть свои карты. Для чего мы и провернули наше сенсационное исчезновение в лабиринте. Пока что все шло хорошо. Великолепная уловка гениального детектива превосходно сработала, если забыть пару пренеприятнейших ошибок, которые привели к похищению Бидди. Затем, как обычно говорят киногерои, «госпожа Случайность указала роковым перстом всему миру на наш маленький секрет», и теперь вы вместе с малышом Альбертом попали в буйабес. То есть в суп.