Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Беннет Арнольд - Страница 366

– Это ты мой попечитель?

Пожалуйста, скажи «да». Наверное, будет очень приятно раскроить тебе череп.

6

– Ваш попечитель? – Он рассмеялся, смех перешел в фырканье и смолк. – Ах ты боже мой, конечно нет. Скажите мне, бывший детектив-инспектор, вы понимаете что-нибудь в пивных насосах?

– В каком смысле?

– Знаете, раньше мне не приходилось иметь с ними дела – сам-то я больше по джину с тоником, – но мне нравится думать, что я что угодно могу сделать своими руками. Так что, вы специально позволили ему уйти или все дело в недостаточной компетентности?

Точно, именно в этом все дело.

А потом голос у меня за спиной:

– Эш?

Элис. Сменила костюм на полосатый серо-черный топ и узкие джинсы, из концов которых торчала пара ярко-красных «конверсов». У бедра кожаная сумка, вроде поношенной сумки курьера. Кудрявые каштановые волосы, не собранные в пучок, разлетелись в разные стороны, когда она, промчавшись через комнату, прыгнула на меня. Обхватила руками за шею. Зарылась лицом мне в щеку. И крепко-крепко обняла.

– О господи, я так по тебе соскучилась! – Слезы замочили мне кожу.

Ее волосы пахли мандаринами. Как когда-то у Кети…

У меня глубоко под ребрами что-то щелкнуло. Я закрыл глаза и тоже обнял ее. А потом то, что щелкнуло, расползлось по грудной клетке, и она раздалась вширь.

Урод в рубашке с галстуком запричитал:

– Послушайте, если вы собираетесь совокупляться, мне бы очень хотелось, чтобы вы делали это не здесь. Забирайтесь на второй этаж, а я видеокамеру приготовлю.

Элис откинула голову, ухмыльнулась мне:

– Не обращай на него внимания. Он просто пытается вызвать ответную реакцию. Лучшее, что тут можно сделать, это позволить ему продолжать до тех пор, пока ему самому не надоест. – Влепила мне в щеку сочный поцелуй. – Ты похудел. Хочешь чего-нибудь съесть, ну, в смысле, я могу заказать какой-нибудь еды навынос, или мы могли бы сходить в ресторан, хотя нет, в ресторан мы не можем, Медведь хочет, чтобы мы оставались здесь и ждали, когда он вернется с пресс-конференции, я так рада, что тебя выпустили! – И все это на одном дыхании.

Еще раз сжала меня в объятиях, потом отпустила.

Показала пальцем на парня у барной стойки:

– Эш, это профессор Бернард Хантли, наш специалист по вещдокам. – Снова тепло ее руки у меня на щеке. – Ты в порядке?

Я пристально взглянул на Хантли:

– Посмотрим, посмотрим.

Он прислонился к бару:

– Мы с мистером Хендерсоном наслаждались несколько грубоватым обменом мнениями, в философском плане, о его дочерях и о Мальчике-День-Рожденья.

Глаза Элис расширились. Она перевела взгляд с Хантли на разводной ключ, зажатый у меня в кулаке, потом снова уставилась на него:

– Ох… Нет. Это на самом деле не самая замечательная идея. Поверьте мне, есть несколько…

– Вы так и не ответили на мой вопрос, мистер Хендерсон. – В углах его глаз прорезались глубокие морщины. – Так почему же вы позволили Потрошителю уйти?

Элис вынула у меня из руки разводной ключ, положила на барную стойку:

– Профессор Хантли полагает, что если грубить людям, то это позволяет точнее раскрыть их внутреннюю сущность, хотя это конечно же полная чепуха, но он отказывается согласиться с тем, что реакции, вызванные стрессом, отнюдь не характерны для нашего внутреннего когнитивного…

– Бла-бла-бла… – Хантли снова исчез под барной стойкой с пивными насосами. – Что вы думаете о психологии, мистер Хендерсон? Чепуха на розовых соплях или куча старой хренобени?

Старой хренобени?

Элис взобралась на скрипучий барный стул, поддернула на пару дюймов брючину на левой ноге. Широкая серая полоса исчезала в толстеньком пластиковом прямоугольнике размером с колоду игральных карт. Мой попечитель.

– Ты, само собой, остановишься у меня, в том смысле, что это просто не будет работать, если ты будешь жить на другом конце города, – я про эту штуковину и дистанцию в сто ярдов. Я арендовала для нас квартиру, она не супер, но вполне сносная, и я уверена, что мы сможем сделать ее уютной…

Это несколько усложняло ситуацию. Мне никоим образом не хотелось разбивать ей голову разводным ключом. И почему моим попечителем не оказался Хантли?

А может быть, это и к лучшему. Не высовывайся. Стань членом команды. По крайней мере, до тех пор, пока миссис Керриган не распластается на спине в луже собственной крови.

Элис похлопала рукой по сиденью стула рядом с собой:

– Медведь взял тебя, чтобы ускорить работу над деталями?

– А кто такой этот Медведь, черт бы его взял?

Нахмурилась:

– Детектив-суперинтендант Джейкобсон. Я думала, ты знаешь.

Медведь? Серьезно?

Слабоумные и идиоты.

Сел на стул.

– Он показал мне несколько фотографий с места преступления и пару протоколов. Сказал, что вы не имели дела со вскрытием и результатами криминалистической экспертизы.

Лязганье из-под барной стойки.

– Ну вот и все, дело сделано. – Хантли встал, подставил ведро под средний насос. – Ну, постучим по дереву. – Нажал на ручку, и из носика с шипением вырвался воздух. – Пресс-конференция вот-вот начнется, пульт на столе, если хотите насладиться происходящим.

Я взял со стола пульт, направил на телевизор и нажал на кнопку.

Экран заморгал, на секунду засветился синим цветом и потом заполнился мрачнолицей женщиной в обтягивающем синем костюме.

– …сразу после открытия школы, застрелив насмерть шестерых и ранив тринадцать человек. Полицейские снайперы выпустили несколько пуль в нападавшего, и сейчас он, по имеющейся у нас информации, в критическом состоянии находится в Парклэндском мемориальном госпитале…

Хантли еще раз надавил на ручку помпы, и в ведро хлынула вода.

– Полный успех. Осталось только прочистить насосы и подсоединить бочонок.

– …поминальной службе в среду. Информация из Глазго. Ведется активный поиск трех мужчин, похитивших и изнасиловавших паралимпийца Колина…

Элис покрутилась на стуле:

– И все-таки я не понимаю, почему они не взяли вас с собой?

Хантли на мгновение застыл. Вытащил конец галстука из рубашки:

– Мистер Хендерсон, существует весьма веская причина, почему мы не используем результаты вскрытия и криминалистической экспертизы, – возможное влияние на процесс расследования. Наша задача состоит в том, чтобы оставаться объективными и независимыми от предвзятых мнений. Мне казалось, что это совершенно очевидно.

Я улыбнулся:

– Можно, я догадаюсь, почему тебя не взяли? Тебя не хотят светить перед прессой, чтобы ты не выглядел помпезным, высокомерным и надутым идиотом.

– …обращаются к свидетелям.

– По Потрошителю работают три следственные бригады. Одна из управления Олдкасла, одна из Специального криминального подразделения. И мы. – Он махнул рукой, указывая на запыленный паб. – Специальная экспертная группа по ведению следствия и оценке результатов.

– …сегодня в Олдкасле. Сейчас с нами выходит на связь Росс Эйми. Росс?

Высокий мужчина с длинными волосами и микрофоном в руке появился на экране, за ним, в темноте, слегка не в фокусе, виднелась эмблема штаб-квартиры полиции Олдкасла.

– Спасибо, Дженнифер. Его называют Потрошителем…

– Серьезно? Три отдельных расследования?

– Все совсем не так, мистер Хендерсон. Слишком много изменилось с тех пор, как вас закрыли в соответствии с требованием Ее Величества. Нет теперь полиции Олдкасла, есть только полиция Шотландии. Подразумевается, что все следственные бригады должны работать вместе, но в реальной жизни операция «Тигровый бальзам» всего лишь одна большая разборка между Олдкаслом и Специальным криминальным подразделением на предмет определения того, у кого пенис больше. Так что вы теперь должны быть особенно рады тому факту, что все мы одна большая счастливая семья.

– …труп женщины, который был обнаружен вчера ночью машиной «скорой помощи».