Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Беннет Арнольд - Страница 268

— Мозги разлетелись по всему гостиничному номеру в Бристоле три недели назад… — Он оглянулся через плечо на переговорную комнату: — Доктор Макдональд, может быть, слегка чокнутая, но, по крайней мере, в ближайшее время она свои мозги по стенам размазывать не будет. Впрочем, постучим по дереву.

Я обернулся и посмотрел сквозь стеклянную дверь. Она все еще стояла перед увеличенными поздравительными открытками, поигрывая прядью волос. И пристально смотрела на кровоточащее тело Ханны Келли. Я добавил веселья в голосе, даже несколько преувеличенно:

— Ну так это же не ваша вина, как мне кажется? Или я не прав? Как ни крути — Мальчик-день-рождения так и остается тем самым ублюдком, которого надо поймать.

— К тому времени, когда мы поняли, что это он похитил их, было уже слишком поздно: мы опоздали почти на целый год. След остыл. Свидетелей нет, или они ничего не помнят либо несут какую-то хрень, потому что насмотрелись сериалов по телику и думают, что именно это мы хотим от них услышать. — Дики стряхнул пепел с сигареты и посмотрел на тлеющий кончик. — Мне через четыре месяца на пенсию выходить. Восемь лет работы над одним и тем же чертовым делом — и никаких результатов, мать его… До сих пор. — От табачного дыма его глаза сощурились. — Будет еще два трупа, а может быть, и больше. Мы получим вещественные улики — ДНК, волокна — и поймаем ублюдка. Я получу свои золотые часы и с гордо поднятой головой промарширую к себе домой в Лоссимут,[23] а Мальчик-день-рождения будет гнить в засранной тюремной камере весь остаток своей неестественно короткой жизни.

— Поможете с поквартирными обходами? — спросил я без особой надежды.

Пауза.

— Я могу попросить тебя взять доктора Макдональд с собой в Олдкасл? Покажи ей место захоронения — пусть она его почувствует.

Ну да, быть нянькой у психически неуравновешенного психолога — именно это стояло у меня на первом месте в списке жизненно важных вопросов.

— Сам не приедешь?

Дики скривился, углы рта грустно опустились вниз.

— Знаешь, почему я еще здесь, Эш? Почему меня пинком под зад не вышибли из этого дела и не заменили кем-нибудь другим?

— Никто не хочет браться за эту работу?

Кивок.

— Карьерное самоубийство. И если об этом заговорили… мне нужна еще одна услуга. — Он выпрямился, одной рукой потирая поясницу. — Последний наш психолог, Бремнер, он не только мозги себе вышиб, он еще и записи свои с собой забрал. Сжег все в гостиничном мусорном ведре — отключил дымовой детектор, поджег, а потом — бац!

— Мне всегда казалось, что он слегка не в себе. — Я сунул руки в карманы — холодало.

— И с серверами что-то умудрился натворить. Все психологические документы, которые у нас были, — пуф, и нет ничего. Все рассеялось как дым. Сабир пытался восстановить информацию, но Бремнер разрушил все так давно, что резервные копии тоже потерялись. — Дики напоследок затянулся сигаретой и выбросил горящий окурок под дождь. — Не хочется говорить плохо о мертвом и все такое, но…

— Что за услуга?

— Ты ведь еще дружишь с Генри?

— Каким Генри? — Я нахмурился. — С Генри Форрестером? Изредка обмениваемся поздравительными открытками на Рождество, не больше. Я лет сто его не видел.

— Дело в том, что доктор Макдональд должна хоть с чего-то начать. Будет здорово, если она сможет обсудить это дело с ним. Может быть, у него еще сохранились какие-нибудь материалы.

— Так позвоните ему. Пусть пришлет с курьером все, что у него есть.

На другом конце балкона Гиллис щелкнул крышкой телефона, затушил окурок о стену и подождал, когда он упадет на кафельную плитку у его ног.

Дики мрачно смотрел на парковку торгового комплекса:

— Она говорит, что ей нужно встретиться с ним лично и поговорить. С глазу на глаз.

К нам подвалил Гиллис:

— Вы уже сказали ему?

— «Сказали ему» — что?

Улыбка расколола пространство между испачканными в табаке усами и колючей бородой.

— Шетлэнд. Что ты отвезешь Дока повидаться со своим старым приятелем Форрестером.

Я распрямил плечи и задрал вверх подбородок:

— Сам ее таскай. Ведь ты же один у нас выглядишь как викинг хренов.

— Старый мерзавец не хочет иметь дела с этим расследованием. А нам нужна его помощь. А ты — его друг. Так что давай смотайся туда и уговори его помочь нам.

Дики вздохнул:

— Слушай, Эш, ты же знаешь, что представляет собой Генри. Если он упрется…

Я хмуро посмотрел на них:

— Шетлэнд?[24]

— Не хочешь помочь нам поймать ублюдка? На самом деле? Что ты тогда за полицейский? — Гиллис злобно взглянул на меня.

— Всего-то пара дней, Эш… Ну, максимум дня четыре. А с твоим боссом я все улажу.

Тут не только у доктора Макдональд было плохо с головой.

— Не поеду я в Шетлэнд. Мы только что обнаружили два трупа и…

— Сейчас ты все равно будешь болтаться без дела, дожидаясь, когда в Олдкасл придут результаты экспертизы. И еще триста домовладений, которые нужно будет обойти и опросить. — Дики кивнул в сторону переговорной комнаты, где доктор Макдональд все еще пристально вглядывалась в поздравительные открытки: — Когда мы поймаем Мальчика-день-рождения, мне нужно, чтобы она была полностью готова к допросам. Мне нужно полное признание, вырубленное в камне, а не что-нибудь такое, от чего он через шесть месяцев сможет отпереться в суде с помощью какого-нибудь скользкого адвокатишки.

— Да я вам что, черт возьми, нянька? Пусть кто-нибудь другой…

— Эш, пожалуйста.

Я посмотрел на струи дождя… Четыре дня находиться где-то за тридевять земель, настолько далеко от Олдкасла, насколько это вообще возможно, и все-таки оставаться в Соединенном Королевстве. Четыре дня, в которые громилы миссис Керриган не смогут меня найти. И может быть, когда Генри увидит, что за кошмар представляет собой этот новый психолог, то он наконец-то решится вытащить свою морщинистую задницу из пенсионного застоя и поможет мне поймать ублюдка, который похитил Ребекку. Четыре дня, чтобы убедить старого засранца в том, что четыре года в Шетлэнде — вполне достаточное наказание за то, что случилось с Филиппом Скиннером. Пора возвращаться к работе.

Я кивнул:

— О’кей. Вылет из Абердина или из Эдинбурга?

— Забавно, что ты об этом спрашиваешь… — Улыбка Гиллиса стала еще шире.

4

— Вы не могли бы ехать помедленнее? Пожалуйста. — Доктор Макдональд крепче ухватилась за ручку над пассажирской дверью, костяшки пальцев побелели. Глаза плотно зажмурены.

Я переключил скорость и вдавил педаль газа в пол старого «рено». Да, пусть это было немного по-детски, но это она начала. За окнами машины мелькали дома, скелетоподобные деревья скребли серое небо. Мелкий дождик туманил ветровое стекло.

— Я думал, что вы психолог.

— Я и есть психолог, и я не виновата, что воздушные перелеты наводят на меня ужас, и я знаю, пусть это и кажется нелогичным, что статистически у меня больше шансов быть убитой разрядом тока от электрического тостера, чем погибнуть в авиационной катастрофе, — вот почему я никогда не делаю тостов. Но я все-таки не могу… — Она слегка взвизгнула, когда я крутанул машину на Стратмор-авеню. — Пожалуйста! Не могли бы вы ехать помедленнее?

— Так вы же не знаете, с какой скоростью мы едем — у вас же глаза закрыты.

— Я это чувствую!

У меня зазвонил мобильный телефон.

— Подождите… — Я вытащил хреновину из кармана и нажал большим пальцем зеленую кнопку: — Да?

Мужской голос:

— Мы нашли еще одно…

Доктор Макдональд выхватила у меня телефон:

— Нет, нет, нет! — Приложила его к уху, мгновение послушала. — Нет, я не передам ему трубку. Он ведет машину, а вы пытаетесь устроить автомобильную аварию, а я не хочу умирать. Вы что, хотите, чтобы я умерла? Вы, наверное, какой-то психопат, и вам нравится, чтобы случайные пассажиры погибали в автомобильных катастрофах, так что ли, это вы так развлекаетесь, позвольте вас спросить?