Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Беннет Арнольд - Страница 192

Алан хмыкнул, но потом вдохнул через нос и, спустившись на несколько ступенек вниз, оказался на одном с ней уровне.

– Теперь понимаешь, почему всё это случается с тобой? – его взгляд устремился прямо в глубину карих глаз Миры. – Ты сама ищешь себе проблемы и прекрасно их находишь. – После этих слов он продолжил спускаться по лестнице.

Мира поспешила за ним, и вскоре они направились в сторону сада, ступив на выложенную плитами дорожку. Она подняла голову, наблюдая, как ветер играл в кронах старых дубов, а листья шептались между собой, отбрасывая на землю тени.

– Красиво, – прошептала она, и её голос потонул в щебетании птиц.

Между плиткой тропинки, по которой они шли, пробивались упрямые травинки. Впереди виднелся фонтан – мраморные ангелы с печальными лицами замерли в танце, их каменные пальцы были сложены в молитве, а из глаз как будто бы лились слёзы.

Через несколько минут, в глубине сада, перед ними возникло строение – приземистое, сложенное из почерневшего кирпича, с небольшой металлической дверью.

Мира резко остановилась, её ноги словно приросли к земле.

Алан мельком обернулся на неё через плечо:

– Ты сама этого хотела.

Мира сделала глубокий вдох, втягивая носом запах сырости и чего-то горелого, что всё ещё витало вокруг этого места, и шагнула вперёд.

– Здесь когда-то был пожар? – спросила она.

Алан замер, и Мира, не ожидая этого, на ходу уткнулась в него.

– Да, – низким тоном ответил Алан. – Откуда ты знаешь?

– Запах, – ответила Мира. – Чувствуется лёгкий запах гари.

– Тут не пахнет гарью, – хмуро ответил Алан и странным недоверчивым взглядом уставился на Миру. – Но пожар на самом деле был. Из-за моей матери.

– О-о… – Мира слегка растерялась и аккуратно спросила первое, что пришло ей на ум. – Твоя мать устроила пожар в сарае?

Алан повернулся к ней, и его глаза в этот момент выглядели совершенно пустыми. Эта тема была для него запретной, но он почему-то решил впервые заговорить о ней.

– Нет. Мою мать сожгли здесь.

Мира испуганно сглотнула, переведя внимание с помрачневшего Алана на небольшое строение.

Он продолжил:

– Её держали здесь и пытали, чтобы узнать, где она спрятала меня.

Мира шумно выдохнула, такого ответа она и ожидать не могла. Алан проследил за её взглядом и тоже посмотрел на этот тихий, притаившийся в глубине сада сарай.

– После моего рождения отец осознал, что у него есть так называемый бастард, и захотел меня найти. Но если он хотел взять меня под своё крыло, то его жена намеревалась убрать и меня, и мою мать.

Мира прикрыла глаза, невольно представляя эту ужасную сцену – тёмный сарай, крики, запах крови и страха.

– Мою мать пытал не Мурад Давидович, а его жена, – голос Алана стал тише, но каждое слово било по нервам, словно молотком. – Она мучила её, зверски истязала, но мать так ничего и не сказала. А потом случился пожар, и она погибла, не рассказав, где я мог находиться.

Алан подошёл ближе к сараю. Мира еле заставила ноги двигаться, чтобы подойти к нему. Она замерла у двери, ей показалось, что из щелей тянет не просто холодом, а чем-то более страшным – отголосками боли и отчаяния.

– Что случилось потом? – её голос был едва слышен.

Алан посмотрел поверх головы Миры, и его лицо стало похоже на каменную маску.

– Эта женщина годы спустя получила своё наказание.

Мира впилась взглядом в Алана, её сердце испуганно затаилось в груди.

– Из твоих рук? – предположила она.

Алан ничего не ответил и открыл перед Мирой дверь. Ответ был очевиден.

– Я не хочу. Пошли отсюда, – прошептала Мира, чувствуя, как её охватывал ледяной ужас при мысли о том, что скрывалось внутри этих стен.

Ничего не сказав, Алан закрыл дверь, которая при этом издала скрип и лязг, и они молча пошли обратно. Спрашивать что-либо ещё Мира не осмелилась – это была слишком тяжёлая тема для Алана, и она это чувствовала как по его позе, так и по взгляду, и даже по тому, как его тело было напряжено.

Через три дня, находясь в квартире Алана и запершись в комнате, Мира вышла на лоджию, на ходу доставая из сумки белый конверт.

Бумага шуршала, когда она разворачивала её, и этот звук казался невыносимо громким в гробовой тишине квартиры.

«Результат анализа ДНК».

В графе ниже было указано:

«Имя ребёнка: Вавилова Аиша. Предполагаемый отец: Вавилов Ратмир».

Взгляд Миры перепрыгнул через таблицу, занимавшую почти половину страницы, и остановился на последней строчке.

Мир вокруг внезапно затаился, лишившись красок, звуков и запахов. Так всегда бывает, когда обнажается правда, много лет скрывающаяся под маской лжи.

«Вероятность отцовства: 0%».

Мира медленно опустилась на одно из кресел, и конверт выскользнул из её пальцев, мягко упав на холодный паркет.

Её пустой и обескураженный взгляд выдавал бурю смятения.

– Боже мой… – Мира прикрыла глаза, осознавая истину, которая предстала перед ней.

Да, она догадывалась об этом, исходя из снов, но до последнего сомневалась, надеясь, что её предположения останутся всего лишь глупыми догадками. И ей не придётся знать то, о чём ей знать не следовало.

Аиша – дочь покойного Тимура и внучка Мурада Давидовича.

Глава 16

Коренастый мужчина в кожаной куртке, чуть прихрамывая, шёл вдоль улицы и курил сигарету. Его взгляд был наполнен злобой.

Одна рука его покоилась в кармане куртки, и, как бы он ни старался совладать со своим нервным состоянием, его напряжённость выдавала себя. Желтоватый свет фонарей освещал ссадины на его лице, которые не успели зажить и были отчётливо видны. Они зудели, раздражали его, отвлекали, раз за разом напоминая, что в недавней стычке ему не только едва не сломали бедро и руки, но он сам чудом уцелел. И то только потому, что в последний момент достал нож и исподтишка начал наносить удары своему оппоненту.

Мужчина слегка горбился, не в силах даже расправить плечи, которые только на днях были прижаты к земле и по которым беспощадно наносились удары. Один за другим, без остановки.

Избитое тело ныло, не переставая напоминать о его поражении.

– Тварина… – сказал он, злобно отшвырнув окурок сигареты в сторону, и в очередной раз полез в карман куртки за пачкой сигарет. – Я ещё расквитаюсь с тобой… – проговорил он себе под нос, пытаясь дрожащими пальцами достать из пачки следующую сигарету. Но осознание того, что даже такое простое действие требовало терпения, которого у него не было, начало выводить его из себя ещё сильнее. Он достал вторую руку из кармана, с забинтованной ладонью, и наконец вытащил сигарету, а другой рукой достал зажигалку и закурил.

Затяжка, вторая, волна мимолётного, но столь необходимого успокоения.

По одну сторону улицы тянулся один из крупнейших на севере города парков, по другую – жилые дома, в окнах которых горел свет. На часах было около десяти вечера, и он хотел как можно скорее оказаться в своей квартире и, наконец, прилечь. Но прежде надо было успокоить мысли, в чём мог помочь лишь свежий ночной воздух и запах дыма от сигарет, которые одновременно казались ему и отвратительными, и желанными. Они не сумели бы расплести тот клубок из раздражения, что испытывал хромающий.

Он шёл вдоль парка, изредка сталкиваясь с людьми, и жёлтые фонари, горящие по всей округе, ещё больше придавали тёмных оттенков и так мрачному настроению широкоплечего мужчины с угрюмым разбитым лицом.

Внезапно в метре от него резко остановился большой чёрный Mercedes-Benz GLS, дверь которого распахнулась раньше, чем водитель успел затормозить. Две тёмные фигуры, вышедшие из автомобиля быстро и уверенно, мгновенно оказались в метре от мужчины и преградили ему дорогу.