Лекарь из Пустоты 7 (СИ) - Майерс Александр - Страница 46

Николь была одета в элегантный дорожный костюм и держала в руке аккуратную сумочку. Её телохранитель Фабьен стоял рядом, бдительно озираясь по сторонам.

За всё время, что маркиза жила у нас в усадьбе, Фабьен едва ли проронил больше пары слов. В его присутствии вообще не было необходимости, о безопасности Николь заботились мои гвардейцы. Но необычайно высокий француз всё равно постоянно был где-то рядом с ней.

— Надеюсь, в этот раз никто не решит подарить мне розы, — пошутила Николь.

— Только пионы, которые вы любите, маркиза, — улыбнулся я. — А вот и курьер.

В портальный комплекс зашёл парень с большим букетом красных пионов. Я поднял руку, курьер подошёл ко мне, с поклоном вручил букет и молча удалился.

— Это вам, — я протянул цветы Николь.

— Спасибо, Юрий, — тихо ответила она, принимая букет.

Фабьен покосился на нас, но ничего не сказал. Как всегда.

Мы прошли к терминалу международных порталов. До отправления в Париж оставалось всего пятнадцать минут.

— Как себя чувствуете? — спросил я.

— Прекрасно. Лучше, чем когда-либо.

— Рад слышать. Но вашей ауре всё равно необходимо восстановление.

— Да. Надеюсь, оно пройдёт как можно скорее, — Николь понюхала цветы и посмотрела на меня поверх них.

В этот момент она показалась мне особенно красивой, и от её взгляда сердце пропустило удар.

Мы помолчали. Вокруг сновали люди — пассажиры, носильщики, служащие комплекса. Обычная суета большого транспортного узла.

Скоро объявили активацию портала в Париж. Фабьен подхватил чемодан Николь и скупо мне кивнул.

— До встречи, месье, — произнёс он на ломаном английском.

— До встречи, Фабьен. До встречи, Николь, — я перевёл взгляд на неё.

— Надеюсь, до скорой, — улыбнулась маркиза.

Она шагнула ко мне и поцеловала в щёку. Я не стал закрываться Пустотой. Решил, что небольшой отток маны стоит этого поцелуя. Девушка отстранилась, слегка покраснев, и быстро пошла к терминалу.

Я смотрел ей вслед, пока она не скрылась за дверями.

«Хозяин влюбился», — ехидно прокомментировал Шёпот.

«Да замолчи ты», — беззлобно огрызнулся я.

«Молчу-молчу. Но она хорошенькая. И пахнет приятно», — хихикнул дух.

Я не стал отвечать и направился к выходу. До аудиенции с императором оставалось чуть больше часа.

Российская империя, город Санкт-Петербург, Зимний дворец

Зимний дворец впечатлял своей красотой и масштабами.

Конечно, я уже бывал здесь на балу и в прошлой жизни посещал, хотя и как музей. Да и в кабинете Его Величества уже приходилось бывать, но теперь это была официальная встреча, совсем другой уровень.

Охрана проверила меня трижды. Документы, магическое сканирование, личный досмотр. Мои телохранители остались на первом контрольном пункте — дальше посторонним хода не было.

Камергер провёл меня через анфиладу парадных залов. Наконец, мы остановились перед высокими дверьми из красного дерева.

— Его императорское Величество готов вас принять. Когда войдёте, поклонитесь и ждите, пока вам позволят говорить, — произнёс камергер.

— Хорошо, — кивнул я.

Двери распахнулись. Я вошёл внутрь и поклонился сидящему за столом императору.

— Здравствуйте, Юрий Дмитриевич, — произнёс он, подписывая какой-то документ.

— Здравствуйте, Ваше императорское Величество.

Пётр Алексеевич посмотрел на подписанный документ и поднял взгляд на меня. Чуть приподнял уголки губ и указал на глубокое кресло напротив стола.

— Садитесь.

Я сел, стараясь не показывать волнения. Император сцепил руки в замок несколько секунд молча меня разглядывал.

— Для начала, я хочу поблагодарить вас за помощь с Чёрной кастой, — произнёс он.

— Вы имеете в виду то происшествие после бала, Ваше Величество?

— Нет, я имею в виду Афганистан и операцию против Ахмад-хана. Полковник Воронцов докладывал мне лично. Без вашего участия мы бы не перехватили караваны с артефактами и не ликвидировали базу террористов.

— Я лишь выполнял свой долг подданного империи.

— Скромность украшает человека, но не преуменьшайте свои заслуги. Империя ценит тех, кто ей служит, — уже шире улыбнулся Пётр Алексеевич.

Он взял со стола папку с документами и прочистил горло.

— Теперь к делу. «Боец» и «Импульс». Два эликсира, которые, как говорят генералы, произвели настоящую революцию в нашей армии.

— Рад, что они оказались полезны, — сказал я.

— Полезны — мягко сказано. Боевые маги, принимающие ваши эликсиры, показывают результаты на тридцать-сорок процентов выше обычных. Это колоссальное преимущество. Поэтому я принял решение, граф. «Боец» и «Импульс» получают статус стратегических эликсиров Российской империи, — произнёс император.

— И что это означает на практике, Ваше Величество?

— Продажа этих эликсиров кому-либо, кроме короны, запрещена. Никаких частных покупателей, никакого экспорта, — пояснил он.

Я кивнул. Этого следовало ожидать.

— Кроме того, ваш завод «Аргентум» возьмёт под охрану особый отдел внутренних войск. Они выставят дополнительные посты, усилят контроль доступа и будут каждый день проверять всех сотрудников.

— Это создаст определённые неудобства на производстве, — заметил я.

— Создаст. Но безопасность важнее удобства. Враги империи многое бы отдали, чтобы получить формулы ваших эликсиров. Насколько мне известно, у них уже получилось частично воссоздать формулу «Бойца», — Пётр Алексеевич чуть свёл брови.

— К сожалению, да, Ваше Величество, — кивнул я.

— Вот видите? При этом, никто не будет вмешиваться в производственный процесс. Ваши алхимики пусть работают как работали. Охрана занимается только безопасностью. И ещё кое-что… В качестве компенсации за неудобства, вы можете рассчитывать на выгодные контракты по закупке оружия и боевых артефактов у короны, — добавил Романов.

— Благодарю, Ваше Величество. Я согласен на ваши условия, — недолго думая, ответил я.

— Разумное решение. Подпишите здесь и здесь, — император пододвинул ко мне документы.

Я прочитал, взял ручку и поставил подписи.

— Добро пожаловать в круг стратегических поставщиков империи, граф Серебров, — Пётр Алексеевич встал и протянул мне руку.

Я крепко пожал её и улыбнулся.

— Служу империи, Ваше Величество.

Российская империя, город Санкт-Петербург, особняк графа Белозёрова

Новость о смерти Карташова порадовало графа.

В шведской газете напечатали сухие факты: барон из Российской империи скончался на улице Стокгольма от сердечного приступа. Полиция не обнаружила следов насилия. Тело кремировано, дело закрыто.

Но умер он, конечно, не от проблем с сердцем, а от яда, который вколол ему убийца.

Белозёров откинулся на спинку кресла и улыбнулся.

Вячеслав думал, что может сбежать? Что достаточно уехать за границу, продать бизнес, разорвать вассальный договор — и всё, он свободен?

Глупец.

Тимур Евгеньевич взял телефон и набрал номер Ельцова.

— Слушаю, ваше сиятельство, — голос барона звучал настороженно.

— Арсений Андреевич, вы уже слышали? Представляете, барон Карташов скончался вчера, в Стокгольме.

— Как… скончался? — пролепетал Ельцов.

— Внезапный сердечный приступ. Я подумал, вам будет интересно узнать. На всякий случай.

— Я… понял вас, ваше сиятельство. Спасибо, что сообщили, — выдавил барон.

— Всегда пожалуйста. Надеюсь, у вас всё хорошо? Никаких… сомнений в нашем сотрудничестве? — невинным тоном спросил Белозёрова.

— Никаких, ваше сиятельство.

— Рад слышать. Всего доброго, — граф положил трубку и снова улыбнулся.

Ельцов всё понял. Теперь он десять раз подумает, прежде чем попытается предать своего сюзерена. Карташов — наглядный пример того, что бывает с изменниками.

Но это была лишь маленькая радость посреди большой проблемы.

Серебров никуда не делся.

Белозёров взял со стола список поставщиков «Аргентума». Он потратил немало денег, чтобы его люди добыли эту информацию. Травы, реагенты, магические кристаллы — всё это нужно где-то брать.