До скорой встречи (ЛП) - Аксельсон Лекси - Страница 42

— Не заставляй меня пожалеть об этом, — прижимает ладони к моей голове, не отрывая взгляда. Её пальцы мягко перебирают мои волосы. Она ищет во мне уязвимость, пытается уловить хоть что-то на моём бесстрастном лице, но я не хочу открывать ей эту часть себя... я итак отдал ей достаточно. Ее невинность обжигает. Не стоит мне доверять. Я сжимаю челюсть, когда эти слова слетают с её губ.

Лопасти вертолёта с яростным свистом режут воздух.

Она напугана. В ужасе. Но жажда утолить больную потребность балансировать на грани с самой смертью отравляет меня, словно лихорадка, и я ни о чем не жалею.

— Ты доверяешь себя сломленному человеку, Ари. — Мой рот искривляется в дьявольской ухмылке.

Я откидываю её голову назад, дернув за волосы, и её мокрая киска идеально обхватывает мой член, когда я вхожу в неё наполовину. Её тело дёргается от резкого вторжения, и она вскрикивает. Но гул вертолёта беспощаден, никто её не услышит.

— Кричи, детка. Всё равно тебя слышу только я, — угрожающе шепчу и впиваюсь зубами в её шею. В ответ она соблазнительно стонет.

— Дэнни? — в её голосе сомнение, будто она вдруг спрашивает себя, правильно ли сделала, что доверилась мне. И это лишь распаляет меня сильнее. Она — моя, и только я могу ломать её.

Я вхожу до конца в её чертовски тесную киску. Ари задыхается, принимая каждый сантиметр.

— Чувствуешь это? Адреналин? Как вибрация вертолёта поднимается по твоим ногам и заставляет твою идеальную киску пульсировать ещё сильнее?

Я даю ей понять, что не позволю ей выпасть из открытого люка. Чувствую, как напряжение уходит из её тела, когда она с облегчением выдыхает.

— Значит, ты заводишься, когда пугаешь меня.

Она наконец поняла. Я сильнее тяну её за волосы, будто хвалю за это. Ари начинает двигаться на моём члене, и я помогаю ей насаживаться глубже. Она мокрая, от желания её глаза темнеют, наполняясь страхом.

— Наконец-то до тебя дошло, Ангелок.

Я вколачиваюсь в неё, пока вертолёт начинает заходить на посадку к тому самому аэродрому, откуда мы взлетели.

Она начинает кричать от предвкушения оргазма, который вот-вот накроет её, пока мой член двигается в ней. Я трахаю её так сильно, что её ногти впиваются мне в бёдра, царапая кожу до крови. Чёрт, мне это нравится.

— Добро пожаловать в мой мир, — хрипло шепчу ей в ухо.

Жар между её бёдер становится только сильнее. Я трахаю её с такой жаждой, с такой ненасытной потребностью, что уже ничего не заставит меня остановиться. Когда дело касается её, я всегда становлюсь жадным.

— Блядь, — рычу я. Каждый толчок подталкивает нас обоих всё ближе к разрядке.

— Ты ненормальный!

Она не ошибается. Ари вскрикивает, когда её бёдра опускаются на меня, из-за чего киска ещё сильнее сжимает мой член.

— Я быстро, — рычу, удерживая её за спину, пока сильный ветер пытается вытянуть нас из вертолёта. Но я прекрасно знаю, что с нами всё будет в порядке. — Может, стоит чаще дергать тебя за волосы, твоя киска отлично реагирует на это.

Трахаю её быстро и грубо, смешивая боль и удовольствие.

— Дэнни… о боже… я сейчас кончу. Не останавливайся! — Ари просит меня двигаться глубже и жестче.

Я вхожу в неё до конца, снова и снова, трахаю её так беспощадно, что каждый раз, когда её тело подаётся вперёд у меня на коленях, я тяну её обратно за волосы и сильнее сжимаю пальцы на ключице. Она мокрая, мягкая и чертовски тесная.

Я довожу её до самой разрядки. Пальцами веду по её набухшему клитору, и она дрожит. Меня даже удивляет, что пилоты ничего не слышат и не оборачиваются.

Всё происходит быстро: её крики подводят меня к самому краю. Я ускоряюсь ещё сильнее, чем прежде, а затем замедляюсь — толчки становятся глубже и тяжелее — и кончаю в неё. У меня вырывается глухой рык. Она кончает так сильно, что я усмехаюсь, уткнувшись ей в плечо и целую её, пока её всё ещё трясёт от оргазма. Наши смешанные жидкости вытекает из её киски.

Я клялся себе, что никогда не подпущу женщину слишком близко, но Ари ломает все барьеры. Моя Вишенка доказала, что не боится меня. Даже после того, как я показал, насколько глубоко моё желание сломать ее. Теперь я сам не уверен, чего хочу дальше. Но одно знаю точно — это чувство для меня совершенно новое.

Я подтягиваю её штаны и помогаю Ари снова сесть рядом со мной. Она опускается на сиденье, пытаясь перевести дыхание. Адреналин уходит, и его место занимает нечто иное. Чувство, которого, как мне казалось, я никогда не испытаю, накрывает меня с головой. Я даже не могу толком понять, что именно поднимается у меня в груди, и мне это чертовски не нравится.

Что она со мной делает?

Я тянусь через Ари и застегиваю ремень безопасности у неё на талии. Она всё ещё тяжело дышит: грудь быстро поднимается и опускается, пока я подтягиваю свои брюки и тоже пристегиваюсь.

Я коротко, почти грубо целую её, и Ари тут же тает, жадно отвечая на поцелуй. Она позволяет мне вести, подчиняясь каждому движению. Но когда я отстраняюсь, будто уходит в себя. Ее брови сведены, пальцы нервно разглаживают складки на форме.

Я чувствую, как в ней закипает ярость. Приподнимаю бровь, наблюдая за ней. Она явно зла… но меня это полностью устраивает.

29.АРИ

Всю дорогу до его комнаты мы молчим. Я отказываюсь с ним разговаривать — да, я упряма, но во мне сейчас борются противоречивые чувства. Я полностью погружена в свои мысли, пока мы идем.

Я злюсь на саму себя. Потому что мне понравилась каждая секунда произошедшего, и теперь я задаюсь вопросом, не пора ли мне к психотерапевту.

Мне никогда не нравилось нарушать правила. Пилот, Рид, велел пристегнуться и держать ремень безопасности пристегнутым всё время — это ведь мой первый полёт, и он прекрасно знал, что я боюсь высоты. Но рядом с Дэнни я уже переступила через столько собственных принципов. Он словно дьявол у меня за плечом, тянущий в свою тьму.

Слишком много правил вбито в меня с детства — властной матерью и религией. И многие из них теперь рушатся безвозвратно.

Адреналин, который я постоянно испытываю с Дэнни, начинает заражать каждую частичку моего существа.

Его голос способен заставить меня сделать тысячу вещей, на которые я раньше никогда бы не решилась. И в то же время рядом с ним я чувствую себя так, будто я — единственная женщина в его мире.

Этот мужчина ставит под сомнение каждую границу, которую я когда-то установила для себя, думая о том, какие отношения мне нужны после Шейна. Я и представить не могла, что он заставит меня просить того, чего я раньше боялась.

Я всё сильнее испытываю себя. Сколько ещё я смогу выдержать?

Волнение от приказов Дэнни разжигает огонь в крови. Я не могу отрицать, насколько меня возбуждала наша ситуация в вертолёте — почти так же сильно, как и пугала. Не могу объяснить, но во мне открываются стороны, о которых я не подозревала. Мне нравился риск быть пойманной. Мне нравилось, как Дэнни командует мной — но только он один.

Мне нравилось всё сразу: адреналин, боль, удовольствие и страх, которые он во мне вызывал.

Вибрации от лопастей вертолёта делали ощущения ещё сильнее. Потоки ветра касались моего клитора, и от одного этого чувственного ощущения я едва не потеряла голову.

Я обещала себе, матери и, в конце концов, Богу, что сохраню себя до брака. Теперь я уже не уверена, что правильно, но точно знаю, что рядом с Дэнни всё кажется правильным, несмотря на его способы это показать.

Но чем больше времени проходит, тем яснее я понимаю, что Дэнни подставил меня, спровоцировав опасную ситуацию. Нас могли поймать или, что ещё хуже, мы могли упасть и разбиться насмерть.

Наконец мы заходим в его комнату. Я с грохотом захлопываю дверь ванной прямо перед лицом Дэнни. Внутри всё кипит. От злости на него — за то, как держал меня за волосы, словно пленницу, за то, что с каждым его движением я едва не падала из вертолёта навстречу смерти.