Противоречивые обещания (ЛП) - Уилсон Сара - Страница 6

Уже поняла, и всё-таки я по-прежнему скучала по Леноре, Олле и Орре, искренне надеясь свидеться с ними снова. Я бы даже обрадовалась Эфретти, если бы она заявилась сюда с предложениями по вызволению Ленга.

Мы нагнулись, чтобы подобрать тело полуобгоревшего пожилого господина, лежавшего ничком на земле. Слеза скатилась у меня по щеке. Наверняка чей-то друг, может, родственник. Кто сотворил с ним подобное? Его тело не было истерзано ни мечами, ни стрелами.

— Первый раз вижу, чтобы людей умерщвляли таким способом, — печально констатировал Талсан. Мужчина снял с пояса покойного длинный нож и повесил на собственный ремень, прежде чем поднять несчастного.

Я последовала его примеру и подхватила усопшего под мышки; вот только он оказался гораздо тяжелее: не выдержав, я уронила свою печальную ношу и, потеряв равновесие, упала сама. Смутившись, я с грехом пополам встала.

— Прост…

— Ложись! — запаниковал Талсан.

Мой взор устремился вверх, и я заметила, как из реки поднимается фигура. Вода стекла с его громадного туловища, обнажив массивную, необъятную субстанцию из дыма и огня. Из распахнутого впалого рта вырвался шипящий пар.

В тот самый момент, когда раздался вскрик Саветт, ифрит кинулся на меня.

Откатись в сторону!

Я беспрекословно подчинилась Раолкану, перекатилась на бок и, опершись на костыль, взгромоздилась на ноги. Мне не доставало скорости. Ифрит предпринял вторую попытку нападения. Он намеревался сбить меня с ног. Убить, как, по всей видимости, был убит старец, которому я оказывала почести. Сбежать я не могла (не та прыткость), увернуться — тоже, да даже сражаться с эдакой громадиной было бессмысленно. Я стиснула зубы и зажмурилась. В самую последнюю секунду между нами с пронзительным кличем бросился Талсан. Ифрит подхватил его и отшвырнул в сторону, шмякнув оземь. Я шмыгнула к Раолкану. Тот метнулся мне наперерез, вступая на тропу войны.

Опережая моего дракона, с пальцев Рактарана и Саветт сорвалась вспышка. Она проскочила мимо Раолкана и понеслась к ифриту. Рактаран и Саветт, сцепив руки, закричали, и какая-то неведомая сила оторвала их от земли, словно за верёвки.

Молния пронзила ифрита, он побелел, а потом из него исторгнулась волна белого света, хлынувшая сначала на Раолкана, а потом на меня, которая повалила нас обоих. Голова гудела, в глазах двоилось, картинка плыла, пестря разноцветными кругами.

К тому моменту, когда зрение наконец прояснилось, ифрит исчез.

Глава девятая

Цела?

В ушах звенело. Разноцветные круги продолжали вертеться перед глазами. Но в остальном я вроде не пострадала. Навалившись на костыль, я подтянулась. Нога и руки дрожали. Он выжидал нас. Притаился под гладью реки как тать в нощи. А Раолкан цел?

Да.

Я добрела до Талсана. Его тело было неестественно вывернуто, словно выжатая тряпка.

— Ты же говорила, что не ощущаешь его присутствия! — непривычно звонко зазвенел голос Хубрика за моей спиной. Кажется, наставнику заложило уши, или им просто овладели эмоции.

Я неловко опустилась на колени перед Талсаном. Из уголка его губ стекала чёрная струйка.

— Должно быть, виновата река, — возразил ему голос Саветт. — Её лоно укрывает собой землю. Я не почувствовала ифрита, потому что он скрывался под водой.

Дыхание Талсана остановилось. Я закрыла ему глаза. Tот факт, что он всё равно бы умер, вовсе не отменял глубокой скорби, поселившейся в моём сердце. Талсан был одним из нас. Фиолетовым всадником. И он отчаянно стремился вытащить Ленга, прямо как я.

— Тебе следовало упомянуть о том, что его нельзя обнаружить под водой! — Хубрик также погрузился в пучину отчаяния.

— Оставь её в покое, — почти прошипел Рактаран. — Она уничтожила ифрита. Или не видишь? Ты имеешь власть только над Амель, своей ученицей. Спасение Саветт не делает тебя её опекуном.

— Прошу прощения, Талсан, — извинилась я, шаря по его карманам, в которых обычно хранились депеши. Я не ожидала найти там послания. Ведь он же бы сообщил об их наличии? Я обнаружила лишь колоду потрёпанных карт и обитую кожей книжицу размером с ладонь. Расстегнув кожаные застёжки, я прочла следующее:

Пророчества Ибреникуса

Переписано Талсаном Вудкарвером

У него имелась своя копия предсказаний, как у Хубрика. Он тоже Светоносный? Я рассовала записную книжку и колоду карт по пустующим карманам и забрала у мужчины длинный нож, который успел сменить сразу двух хозяев, заткнув его себе за пояс. Я не забуду Талсана. Он спас мне жизнь. Отдав за неё собственную. A эти вещи имели для него значение. Я найду им применение и сохраню память о нём.

Тем временем ссора за моей спиной разгоралась сильнее. Я встала. Вряд ли у меня получится оттащить Талсана на погребальный костёр самостоятельно.

Позволь мне позаботиться об этих двоих. Думаю, твоя помощь требуется другим человекам.

Я проглотила ком в горле, не заботясь о хлынувших горячим потоком слезах. Талсан не должен был умереть вот так.

В одном он оказался прав. У парня действительно осталось незавершённое дело. Он умер благородной смертью. Драконы будут помнить этого человека, как и Даршша, его товарища.

Чересчур формально.

Надгробные речи драконов.

Я мельком взглянула на Раолкана. Его глаза тоже увлажнились.

— Мы ничем тебе не обязаны, Хубрик. Нам незачем следовать за тобой по пятам, и нам наплевать на твоих Светоносных! — повысил голос Рактаран.

Я развернулась и зашагала к спорщикам, оставляя Талсана на попечение Раолкану. Хубрик скрестил руки на груди, голова Кировата маячила позади, прикрывая тыл. Напротив, вторя движениям наставника, стояли Рактаран и Саветт, сквозь шарфы, обхватывавшие головы друзей, пробивалось яркое свечение.

Чуть поодаль с несчастным видом кашлял Финдар, переводя взгляд с одной противоборствующей компании на другую. Наша затея сохранить инкогнито с треском провалилась.

— И куда же вы хотите направиться? — холодно поинтересовался учитель, вскинув брови.

— К Речным Подошвам, — заявила Саветт. — Река хочет предложить нечто нужное (не спрашивай, что именно).

— Там находится Ленг, — вставила я. — Или его скоро приведут туда.

— Что ты забыла у Подошв? — раздражённо отозвался Хубрик.

— Сверься со своими пророчествами, — огрызнулась Саветт. — Ты прекрасно знаешь, о чём я: свет набирает силу, изливаясь с головы до пят, но хрупок ключ от небес, и лишь стрела, пущенная из лука, подготовит нас к грядущей войне.

— Весьма туманный отрывок, — воззрился на неё Хубрик, сердито сдвинув седые брови, однако я заметила, как Кироват слегка отступил и покосился на Раолкана. Уверенности у дракона несколько поубавилось. — И в нём не упоминаются Речные Подошвы.

— Пятки подразумевают наличие подошв, — торжествующе возразила Саветт.

— Чепуха!

— Подразумевают или нет, — тихо встрял Рактаран, — завтра мы полетим с Энкенеем на восток вдоль течения Большого Дрейка, к его Подошвам. Сами справимся.

— Идёмте с нами! — взмолилась Саветт.

— Не могу, — повесил голову Хубрик, было видно, что его разрывали сомнения. — Mоя почта слишком важна.

— Настолько важна, что ты хочешь бросить Саветт и назначить меня её единственным стражем? — уточнил Рактаран.

— В ней содержатся сведения, которые могут предотвратить войну. Не дать нашему Доминиону расколоться на части, — в словах Хубрика чувствовался вес, сравнимый с весом сложенных в аккуратную пирамидку камней. — Я не смею нарушить клятву.

Я посмела. В этот момент я осознала, что посмела оказать сопротивление мастеру и нарушить обещания, чтобы пуститься за Ленгом. Возможно, утром я бы летела на восток с Саветт и Энкенеем.

— Тебе понравилось наблюдать за медленными муками Талсана? — Голова Хубрика дёрнулась в мою сторону. — За тем, как вместе с мокротой из него вытекает жизнь?

— Нет конечно! — я пришла в ужас от его предположения.