Ревизор: возвращение в СССР 57 (СИ) - Винтеркей Серж - Страница 42

Что-то такое под влиянием экономических реформ будет происходить со временем и в Китае. Когда тот же самый Шанхай, ранее усыпанный фактически бараками, в которых люди жили впроголодь, начал трансформироваться в место, где сконцентрировано огромное количество богатейших небоскребов со множеством квартир по десять-пятнадцать миллионов долларов стоимости за штуку. В Шанхае я был в двадцать первом веке, и тоже застал еще старые районы на границе огромных небоскрёбов, правда, еще более страшные на вид, чем в Токио.

И Миронов, и Боянов, и Вишневский с огромным интересом смотрели в окна автомобиля.

Мы с переводчицей реагировали всё же намного более спокойно. Я так понимаю, что она, как и я, очень много за рубеж выезжала, так что удивить чем-то ее достаточно сложно. Ну и опять же, профессиональная выдержка, выработанная за десятилетия работы в КГБ, тоже, скорее всего, сказывается.

Пропустил момент, когда мы подъехали к нужному нам отелю. Просто машина остановилась, и наш сопровождающий, сидевший рядом с водителем, повернулся к нам и сообщил, что мы уже на месте.

К моменту, когда я рукой к двери потянулся, чтобы выйти, она уже открылась. Возле нее стоял с очень любезным видом шофер, полусогнувшись в поклоне. Быстро он, только что же остановились, надо же, как его вышколили!

Выйдя из машины, я, подняв голову, увидел, что мы заселяемся в очень даже новую, судя по ее внешнему виду, гостиницу. Небоскреб такой, этажей на двадцать пять.

Ощущалось стремление сделать все дорого и богато, пусть и в азиатском стиле. Мрамор, много позолоты, иероглифы на фасаде тоже золотые... Да, в Азии гостиницы все же имеют свой специфический отпечаток. Если, конечно, это не стандартные Хилтоны, которые в любой точке мира выглядят одинаково, без дани уважения к особенностям местной культуры.

Тут же набежали носильщики из гостиницы и подхватили наши выгруженные шофером из лимузина чемоданы. В этот момент, правда, наш сопровождающий напрягся.

Поклонившись мне, попросил у меня разрешения переговорить с ним отдельно. Переводчица было за нами дёрнулась, но он так на нее взглянул возмущённо, мол, неужели мой уровень русского языка вызывает вопросы, что она замерла на месте...

Отошли мы с ним шагов на десять. Он мне и говорит:

– Товарищ Ивлев, тут, наверное, какое-то недоразумение произошло. В этой гостинице для вас заказан номер для одного. А все остальные ваши товарищи должны, наверное, в какую-то другую гостиницу поехать, где для них зарезервированы номера.

Ничего себе новости, встревоженно подумал я. И кому только в голову в Японии пришло меня заселить отдельно от всех остальных членов советской делегации? Идиотизм какой-то. Это что, японский посол, что ли, настоял на этом? Очень странно тогда было бы, если так оно и есть. Неужели он, столько проработав в СССР, не понимает нашей специфики? Не знает, что члены советских делегаций, выезжая за рубеж, живут всегда вместе... Да нет, должен он знать об этом... Наплевал просто на эти знания, исходя из каких-то своих целей?

Получается теперь, что у меня тут, учитывая отдельный лимузин и внешний вид этой гостиницы, наверняка будет шикарный номер. А моих товарищей сейчас отвезут и в какую-нибудь дыру заселят, чтобы на них деньги сэкономить...

А ведь наверняка так оно и будет. И что потом Миронов, Боянов и Вишневский обо мне будут думать? Что от дружеских отношений с ними у меня останется?

Блин, вот же как все непросто с этими японцами.

Тут, правда, мне одна идея в голову пришла. Так-то ни за что она бы у меня не появилась, если бы я в прошлом много не попутешествовал. Но я-то много по миру поездил!

Лимузин, на котором меня встречали, дал мне определенный намек, как и вид этой явно дорогой и престижной гостиницы. Тем более пока мы беседовали, я уже взглядом и табличку с названием гостиницы нашарил, и на ней пять звездочек увидел. То есть я не ошибся. Гостиница действительно высшего ранга, пятизвездочная.

– А не подскажете, какого рода номер тут у меня подготовлен, и сколько в нем комнат? – спросил я.

– Подскажу, конечно, товарищ Ивлев, – сосредоточенно кивнул тот. – Это президентский люкс. В нем четыре комнаты общим размером более двухсот квадратных метров. Имеются также три санузла.

Бинго! Сразу видно, что этот человек именно своим делом занимается. Казалось бы, отправили его встретить меня в аэропорту и завезти в гостиницу. Кто-то, кто формально к этому бы отнесся, понятия бы не имел, в каких именно условиях должен жить гость, которого он повезет в гостиницу. Сдал бы его просто в гостинице портье, и сидел бы, плевал в холле гостиницы в потолок, пока время везти меня куда-либо еще не пришло.

Этот же тщательнейшим образом все проработал.

А самое главное, очень мне ответ его понравился. На президентский люкс, конечно, я не рассчитывал, но надеялся, мало ли, будет что-нибудь метров на пятьдесят-шестьдесят с двумя спальнями. А тут уже возможны варианты. Если там еще и кровати можно раздвинуть, то уже четыре спальных места бы и получилось. Переводчицу, конечно, пришлось бы отправить в гостиницу для труппы «Ромэн». Но я думаю, она бы это поняла. У нее все-таки не тот статус, как у Миронова и у руководителей театра «Ромэн», чтобы претендовать на то, чтобы занять одно из этих спальных мест. Не Миронова же мне в обычный отель отправлять, верно?

Но раз тут пошла такая пьянка, что в номере аж две сотни квадратов и четыре комнаты, то вообще проблемы нет и с переводчицей. Наверняка в этих комнатах масса кроватей и диванов. То, что надо, чтобы тогда всех четверых, помимо меня, на них разместить.

Только один вопрос у меня еще возник. В некоторых гостиницах могут выдвинуть ограничения по количеству людей, которые живут в том или ином номере. Если лимит превзойдешь, то запросто могут потребовать доплатить.

А меня ужас берет, когда я подумаю о том, в какой сумме это может выражаться в отеле такого уровня в центре японской столицы. Может и всех денег, что мне поменяли в Москве, пусть даже с превышением лимита, не хватит на такую доплату. Хотя, конечно, менее просвещенный в таких делах человек был бы уверен, что в президентский номер, в котором четыре комнаты и больше двухсот квадратов, уж точно можно заселять большое количество людей.

Но гостиницы тоже не дураки строят. Они привыкли хорошие деньги с постояльцев выручать. Так что запросто даже в номере на такой огромной территории, куда три мои квартиры четырехкомнатных в Москве влезет, запросто может быть установлен лимит, к примеру, на четверых гостей.

И вот тогда за переводчицу мне придется доплачивать, как может оказаться, очень даже приличную сумму.

Так что я тут же спросил японца о лимите на количестве человек, что могут проживать в моем номере. И вот тут впервые мой сопровождающий поплыл. Этой информацией он не располагал, судя по его растерянному виду.

А растерялся он так натурально, что я понял, что в такую ситуацию, когда он не знает, что ответить гостю по заданному вопросу в рамках обязанностей по его встрече, он попадает впервые. Вполне может быть, что уже за много лет. Уж больно тщательно готовится к встрече и сопровождению.

Ничего, пусть знает на будущее, что когда встречаешь советских туристов, то надо быть готовым к совершенно неожиданным вопросам. Хотя, конечно, к такому его жизнь точно не готовила.

В общем, он тут же, извинившись передо мной, что не может дать ответ, предложил вернуться к группе и проследовать в отель, чтобы он мог там, на ресепшене, выяснить этот вопрос. Все остальные были, конечно, удивлены какой-то странной для них заминкой, но все же охотно последовали за нами в отель.

Носильщики, поклонившись нам, поставили вещи около нас и отошли в сторону в полной готовности снова подхватить багаж, когда мы получим ключи от наших номеров. В семидесятые до сих пор принято, что в дорогих отелях в богатых странах люди за собой чемоданы ни в коем случае не носят. Есть всегда так называемые мальчики, которым может быть в том числе и за пятьдесят лет, которые за чаевые этим для гостей занимаются.