Тик-Ток (ЛП) - Робинсон Кэндис - Страница 30

— Я не понимаю. Ты доберешься до отца, только если я…

— Нет. Это два совершенно разных исхода. В одном — мы все выживаем.

Норт тяжело сглотнула:

— Значит, либо мы все побеждаем, либо оказываемся в ловушке, либо… я умираю?

— Целина не сказала, что ты обязательно умрешь. — Он схватил бутылку со стола и сделал глоток прямо из горлышка. — Только то, что тебя засосет внутрь и ты потеряешься.

Норт несколько раз открыла и закрыла рот, на ее лбу пролегла складка, а в глазах заблестела тревога. Наконец она встретилась с ним взглядом:

— Я не хочу нигде теряться.

— Я тоже этого не хочу. — Тик-Ток опустился на край стола. Вся его жизнь была потрачена на попытки выследить и убить монстра. И теперь, когда победа была перед ним — прямо перед ним, — он не был уверен, стоит ли так рисковать. Стоило ли убийство отца потери Норт? Насколько он знал, его отец мог уже давно быть убит в том мире, и вся его миссия была напрасной. Но он отказывался в это верить. — Целина также сказала Даксу, что если портал закроется после нашего перехода, никто из нас не вернется. Это значит, что тебе придется оставаться рядом. Мы еще не знаем, как работает твоя магия, и не можем рисковать, оставляя тебя далеко от портала. — Он издал безрадостный смешок и снова выпил. — Чем больше я об этом думаю, тем больше склоняюсь к тому, что мне стоит остановиться. Отпустить прошлое.

— Нет. — Норт подскочила к нему и вырвала ром из его руки, ставя бутылку обратно в шкаф. — После всего, что ты мне рассказал, я тоже в деле.

Он фыркнул:

— В деле? Ты готова умереть ради моей мести?

— Это лишь один из сценариев, верно? Всё может получиться, — осторожно сказала она. — К тому же, ты сказал, что я потеряюсь, а не умру.

— Норт, нет. — Он опустил голову. Черт. Как он мог позволить ей рисковать жизнью ради шанса прикончить его отца? Но… как он мог этого не сделать? Им просто придется отложить открытие портала до тех пор, пока Целина не увидит способ сделать это безопасно. После десятилетий ожидания, что значил еще один год? Ироничное решение, учитывая, что он готов был на всё, чтобы приблизить этот день хоть на сутки. Он осмотрел Норт с ног до головы и смирился с задержкой. Риск ее жизнью того не стоил. — Прости, что захлопнул дверь перед твоим носом.

Норт притворно ахнула:

— Мне не послышалось? Кажется, ты извинился, но этого не может быть…

Тик-Ток заставил ее замолчать поцелуем. Он был настолько внезапным, что она замерла. Но стоило ему начать отстраняться, чтобы снова извиниться, как она прижалась к нему.

Он был поражен мягкостью ее губ, тем, как идеально они ложились на его губы. Его поцелуй был требовательным и грубым, ее ответ — нежным и податливым. Она была на вкус как фрукты, подслащенные солью — вишня и море. Он обхватил ее лицо ладонями, удерживая на месте, пока ее руки вцепились в его тунику. Первое касание ее языка едва не лишило его рассудка. Простонав, он ответил ей. Сплетаясь в упоительном танце, каждое мгновение было одновременно чересчур сильным и недостаточным. Он хотел большего. Хотел попробовать ее на вкус везде.

Нет. Проклятье, нет.

Заставив себя разорвать поцелуй, Тик-Ток прижался своим лбом к ее, всё еще удерживая ее лицо.

— Ты заставляешь меня чувствовать то, чего я чувствовать не хочу, — прошептал он. — Как ты умудрилась так глубоко забраться мне под кожу, звездочка моя?

Норт потянула его за рубашку ближе. Ее грудь прижалась к его груди, и каждый ее тяжелый вдох отдавался прямо в его паху. «Порядочный пират, порядочный пират, порядочный пират», — как мантру повторял он про себя. Но когда она издала тихий нетерпеливый звук, эта мантра разлетелась вдребезги.

К черту порядочность.

— Поцелуй меня снова. — Норт поднялась на цыпочки. Ее дыхание коснулось его губ, притягивая его, словно она сама была сиреной на этом корабле.

Тик-Ток коснулся ее губ кончиком языка, пробуя ее.

— Если я поцелую тебя снова, я не уверен, что смогу сдержаться. А я не…

— Можно подумать, я никогда не касалась мужского члена.

— Ты… — Он отстранился, чтобы лучше видеть ее лицо. Прелестный розовый румянец залил ее щеки, губы припухли от его поцелуев. — Я думал, у тебя никогда не было мужчины.

— И не было, — призналась она.

Тик-Ток изучал ее, склонив голову, и боролся с желанием сказать: «К черту всё». Он хотел согнуть ее над этим столом. Взять то, что она предлагала уже не раз. Сорвать с нее одежду и заменить ее своими руками. Своим языком. Своим телом.

Острая пульсация внизу заставила его сдвинуться. Черт. Не было смысла отрицать — отрицать то, что было между ними. Его пальцы скользнули из ее волос вниз по шее. Напряженным голосом он спросил:

— Как далеко ты заходила с кем-то?

— Я целовалась. — Норт облизнула губы, глядя на его рот. — И меня трогали.

— Я имею в виду — до меня, — уточнил он. — До того, как я притащил тебя на корабль, как далеко ты зашла? — Спустив одну руку, он лаской коснулся ее груди через одежду, проведя большим пальцем по затвердевшему соску. — Я был первым, кто почувствовал это?

Норт прижалась грудью к его руке.

— Да.

Он подавил стон и скользнул свободной рукой вниз, через живот, к ее лобку.

— И это? — Он знал ответ — если никто не ласкал ее грудь, то они уж точно не исследовали ее узкий вход, — но он хотел услышать это от нее.

— Только ты, — выдохнула она.

Он переместил обе руки на ее бедра.

— Тогда скажи мне, какой ублюдок позволил тебе коснуться его, не позаботившись о твоем удовольствии? Тот парень, которого ты нашла после того, как Бёрч тебя отверг?

— Всё было не так. — Она заговорила быстро, ее ладони легли на его пресс. — Я хотела забыть о Бёрче, поэтому тайком пробралась на лесную вечеринку и нашла там парня. Мы целовались, и я… вытащила его из штанов, но потом остановилась.

Ревность укусила Тик-Тока изнутри. Мысль о том, что ее изящные руки сжимали достоинство другого фейри… Низкое, собственническое рычание вырвалось из его горла.

— А меня ты остановишь?

— Я думала, ты не трогаешь невинных.

— Это будет ночь открытий для нас обоих. — Он ухмыльнулся. Скрывать искрящееся между ними притяжение было уже невозможно. — Но только если ты уверена, что хочешь от меня всего.

— Я уверена, — с готовностью ответила она.

Тик-Ток взял ее за подбородок своей золотой рукой и заставил встретиться с его пылающим взглядом.

— Ты должна быть совершенно уверена.

— Я уверена, — пообещала она. И он увидел правду в глубине ее глаз.

Неужели он действительно собирался это сделать? Нарушить свое правило. Взять единственную женщину, которая могла бы, пожелай она того, разрушить всё, ради чего он работал. Он был готов дать ей год, чтобы дождаться ясного видения Целины, прежде чем решить, стоит ли отказываться от мести. За год может случиться многое… Но в одном он был уверен — в одной огромной, пугающей вещи: Норт значила для него что-то. Больше, чем любой другой фейри когда-либо.

— Если я сделаю что-то, что тебе не понравится, или если ты захочешь остановиться, ты должна сказать мне немедленно, — произнес он, усиливая хватку на ее подбородке, чтобы она поняла всю серьезность его слов.

— Скажу. — Норт посмотрела на него из-под ресниц. — Сначала я хочу вернуть должок за прошлый раз.

За прошлый раз. Когда он довел ее до пика своими пальцами.

Если она продолжит так на него смотреть, он кончит прямо в штанах. Закрыв глаза, он глубоко поцеловал ее, проникая языком между губ, сминая ее рот своим. Затем он коснулся губами ее щеки, подбираясь к уху.

— Опустись для меня на колени.

Дыхание Норт сбилось, и она опустилась перед ним, не сводя с него глаз.

Он заставил себя отвести взгляд. Если бы он смотрел, видел ее такой перед собой, с этими широко распахнутыми карими глазами и зацелованными губами, дело приняло бы постыдный оборот. Его семя оказалось бы на ее лице еще до того, как она коснулась бы его.