"Фантастика 2026-112". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Ключников Анатолий - Страница 309

— Виктор, ты полон загадок. В чем твой секрет? — я был восхищен. Вроде и мелочь, но от него я такого не ожидал.

— Не знаю. Вероятно, я все еще пьяный этим здоровьем и бессмертием, — он фальшиво засмеялся и хлопнул меня по спине. — Давай, не грусти и к планете дуй, Веронику заберем и на Росток рванем, заберем многорукого инопланетяшку, пока он там не спалил все.

— Вот он, наш капитан! — с грузинским акцентом воскликнул я.

— Отставить разговоры, потом наговоришься! Сейчас: выполнять!

— Есть! — я комично приложил руку к голове и отдал честь. Настроение было хорошим, чего греха таить.

Вероника прибыла к нам по первому же запросу, да и при том не одна! Радости нашей не было предела, встреча была крайне приятной и жаркой. Как же нам этого не хватало… Кости мои трещали как от стального механического пресса. Здоровенный Ворк мял меня в своих объятьях не жалеючи. Витя к этому времени уже сидел на полу с синяками на руках. Однако довольный.

— Ну, все… Коля… Хватит… Отпусти… — выдавливал я из себя слова.

— О! Так ты помнишь, как меня зовут! — зарычал Коля и усилил нажим. — Упыри эгоистичные! Отпустил ва от себя ненадолго, и что в итоге? Один словно замер во времени; вторая ожила ни с того ни с сего; а третий словно скачок эволюции совершил! А я все это пропустил!!! — моя рука хрустнула в районе локтя, похоже сломавшись. Боль отступила мгновенно под умением, но Коля видать тоже понял, что переборщил, поэтому и отпустил меня на грешную палубу. Собака сто первого уровня… Совсем силы не измеряет. Но он все же прав: его мы как-то забыли… — Свиньи, хоть бы кто меня поискать подумал! Да хоть бы инструкции бы ради интереса полистали нашей группы!

— Так ты бы сразу сюда полетел! — произнес Виктор, которому помогла встать Вероника. — Девочка моя вон какая умница: все по инструкциям, что в первый раз, что сейчас. А ты сидел на заднице и ждал!

— Спасибо за умницу, — Механоид сделала легкий книксен, чем удивила человека до немого удивления. Я ему хоть и сказал, что она ожил как личность, но он видимо не понял всего масштаба трагедии.

— Так… Очаровательно… Но это все потом! Всему рад, за всех и каждого, но давайте эти ласки потом закончим — не все собрались еще. Нам надо искать Ника. Кто знает, где он привязан? Отлично… Никто. Значит, что? Летим на Росток, согласно ранних договоренностей. Пора спасать нашего многорукого друга.

— Я проложу маршрут, — кивнул я, глядя на свою изувеченную руку. Не, похоже просто сустав выбил, кость вроде цела.

— Прекрасно. Серый, назначаю тебя младшим помощником пилота крейсера! А теперь давайте все по коням!..

Переход проходил без проблем. При подготовке внутри Ферзя была на удивление прекрасная атмосфера: почти все в сборе, ну разве это не прекрасно… Затем прыжок, который для большинства прошел за мгновение, а мне позволил еще раз ужаснуться видом гипер-вихря. Сейчас он выглядел не просто рваным, а прямо больным… Не знаю, как это описать, но выглядело это так, словно в те раны, которые появились на гипер-вихре, стали попадать какие-то более мелкие трубки, маленьки гипер-вихрики, которые словно хищники, разрывающие добычу на части со всех сторон. И ужас ситуации был в том, что в сером гиперкосмосе, именно эти мелкие трубки имели синие и голубые краски. Для любой ситуации, я бы сказал, что появление красок — это хорошо, но только не для этого бесцветного мира. И наша точка назначения была уж очень близкой к такому внешнему разрыву, но все же немного мимо.

Несмотря на то, что состояние гиперкосмоса меня сильно волновало, реальные проблемы настигли нас куда стремительнее, нежели саморазрушающаяся система для перемещения кораблей… В общем, сразу по выходу из перехода в пространстве, мы вышли к реальной проблеме. Не знаю точно, кто нас так невзлюбил, и как он добывал информацию, но эффект неожиданности был достигнут в полном объеме. Где угодно в ином месте, мы засаду бы ожидали, но только не в этом безлюдном месте. У «Ростка-четыре» нас ждали, причем «ждали» — это просто слово, близко не отражающее то мероприятие, которое ради нас затеяли… Хотя я бы не сказал, что нас сильно удивили. Мы вышли из Гипера и все словно повторилось как в прошлом нападении: два удара по корпусу со спины, множество ракет осколочного действия, сбивание щитов «Ферзя». И вот почему мы этого не ждали? Мы предполагали, что Ник может быть в плену; мы знали, что эта точка не скрыта от вселенной и о ней могут знать многие люди. Но все равно — не перестраховались, понадеялись на удаление от цивилизации, не приняли во внимание уровень ненависти к нам. Сейчас вот расплачиваемся, за недальновидность…

Расклад был однозначный: шансов нам не оставляли. Космический бой штука довольно сложная, а когда против одинокого крейсера выступает целый москитный флот и ряд крейсеров — это просто акт уничтожения. Даром, что это игра, никаких шансов в таком раскладе не предусматривается. Щиты Ферзя были старыми, но надежными, оружие грозное, но не всесильное. По факту мы остались одинокой целью против сотни. Вероника с Колей быстро сели на ее корабль, чтобы позволить выиграть нам хоть какое-то время, но были уничтожены почти сразу, не выдержав натиска со всех сторон. Наши с Виктором дела были не лучше: я старался, как мог, совершив слияние с кораблем, но все равно, не мог перебороть статистику. Состояние Ферзя ухудшалось с каждой второй секундой и не было ничего, что могло это переломить. Если мы останемся одни — у меня больше не будет Скарабея. Но я не мог просто отступить и сдаться…

Виктор несколько раз попытался до меня докричаться, но, не преуспев, просто сдернул меня с кресла пилота на пол, вызвав у меня нереальную бурю негодования и злости.

— Серый, услышь ты меня! Садись на новый корабль! Сматывайся! Я возрожусь у крейсера, не пропаду. Тебе же нельзя остаться ни с чем! Ты останешься ни с чем, если его не активируешь! Хоть раз в него сядь! — Виктор схватил меня за ворот и тряхнул. Я отбился и трезво осмыслил его словаю. Оценил его довод и кивнул в ответ, поднимаясь. — Вот и молодец! Отправляй «Ферзя» в последний бой и беги на малый кораблик! — повторно кивнув, я быстро помчался в ангар, где меня ожидал новый Шмель первого уровня. На бегу коснулся воротника.

— Ферзь!

— Да, капитан, — спокойный голос корабля никак не согласовывался с нашей ситуацией и грохотом прорывающихся сквозь битую защиту снарядов.

— Готовся к активации протокола «Большая компания»!..

— Внимание! Вы активировали активное умение «Предсмертная песнь». Урон, наносимый главным калибром крейсера «Ферзь» увеличен вдвое. Получаемый Вами опыт сокращен в пять раз. Уничтожение хотя бы одного вражеского корабля защитит ваши трюмы от утери имущества. Славной смерти Бруннен-Жи! У Вас всего двадцать минут.

— Это излишне… — прокомментировал я себе под нос и закричал в потолок, обращаясь к кораблю. — Ферзь, вызывай космический змей!

Я успел. Добежал до ангара, запрыгнул в «Шмеля», активировал его и был готов умереть спокойно, хоть сейчас, хоть через девятнадцать минут. Скарабей взвыл сиренами тревоги, собрал за полминуты всю энергию до последней крошечки, а затем выпустил все накопленное в окружающий нас космос, давая знать о нашем местоположении не только тем кто находится в сотне световых лет от нас, но и тем, кто находится за границей реального космоса. Активация протокола началась: мы были слепы и беспомощны, и лишь частые удары по корпусу оповещали нас о том, что снаружи все еще идет бой и по нам до сих пор наносят удары. Конечно наш импульс вывел большую часть всех энергетических установок и изрядно напугал противника, но ни на ракеты, ни на торпеды мы влияния оказать не могли. Ожидание было невыносимым, тяжело ждать собственную смерть и даже не понимать, какой она будет.

Удары по корпусу сначала сильно уменьшились, видимо долетело до нас все, что было послано до импульса. Затем началось что-то странное: все окружение начало трястись так, словно сама реальность лагала, вместе с нами. Причем я подчеркну: именно реальность, а не корабль, так как все эти странные встряски пробирали меня от макушки до пяток, выкручивая сознание и заворачивая его тугой узел, а затем выворачивая обратно. Самочувствие заметно ухудшилось; слабость навалилась с новой силой, а старые синяки и раны заболели. Меня вырвало на пол и я едва не упал в свежую лужу. Затем еще и какие-то забытые ощущения начали всплывать в теле и голове, причем непременно с болью. А затем мои внутренние часы оповестили меня о том, что пришло время умирать по таймеру, хотя оповещения об этом так и не поступило.