Егерь. Звери и люди (СИ) - Скиба Николай - Страница 16

Стёпа потянулся и хрустнул шеей. Григор тяжело встал с ведра, которое под ним жалобно скрипнуло, и пошёл к первому срубу. Ирма подхватила котелок и кружки и ушла к кухне, привычно ворча под нос.

Лана задержалась у дверного проёма и посмотрела на меня.

— В Рубежное один поедешь?

— С Живым и Карцем. Четырёх дней хватит, — я подошёл ближе и приобнял за плечи. — Нужно за Афиной следить и тигрятами. Остальную стаю тоже оставлю, кроме Красавчика. Справишься тут?

— Справлюсь. Но если ты заберёшь Живого, то как нам проверять Сухих?

— Не принимайте новичков, если появятся, — ответил я. — Все, кто уходят на охоту или валку — пусть живут в отдельном срубе. Григор с ними, как надсмотрщик. Четыре дня продержитесь. Мне нужен Живой и его навыки. Если натренирую — будет защитником деревни.

Она хотела сказать что-то ещё — я видел по губам. Но промолчала, чмокнула меня в щёку и ушла, сославшись на усталость.

Я остался один в срубе без крыши. Надо мной висели яркие осенние звёзды. Красавчик выскочил из-за пазухи на ладонь и уставился на меня.

— Чего? — я улыбнулся. — Тебя тоже возьму, конечно. Сказал же.

Горностай склонил голову, ткнулся носом мне в лицо и вернулся на привычное место.

Я уже собирался идти к шалашу, когда в дверной проём влетела Майра — щёки раскраснелись от бега.

— Макс, — она остановилась передо мной и отдышалась. — Сокол засёк двоих на южном подходе. Идут к нам. Один вооружён — с мечом и птицей Огня. Второй худой и без оружия. Дамир уже пошёл к проходу с волком.

— Спасибо, Майра, — сказал я. — Пойдём.

Вышел из склада и пошёл к южному проходу. Живой трусил рядом.

Кого ещё нелёгкая принесла? Враги? Нет, так явно вдвоём не пойдут. На глубинных ходоков тоже не похоже, чтоб с одним зверем, и без оружия? Дали засечь себя патрулю? Нет, тут скорее путники — те, кто идёт к нам специально.

У прохода горел факел, который Дамир воткнул в землю. Парень загораживал проход с мечом в руке. Волк Тени стоял перед ним и скалился.

Двое незнакомцев стояли по ту сторону каменной кладки Мираны. Полуметровая стена чётко обозначала черту. Здесь — наша территория.

Первый стоял ровно, держа руки на виду. Короткий меч висел в ножнах на поясе. Человек явно знал правила — когда приходишь к чужим, показывай, что безопасен. На плече сидел ястреб Огня, его перья отливали рыжим.

Вторым был тощий мужик в рваной рубахе и дрожал он так, что зубы стучали. Борода торчала клочьями. Он стоял за спиной зверолова и держался за край его плаща, как ребёнок за мамкину юбку.

— Кто такие? — спросил я.

Зверолов коротко кивнул мне.

— Ты Григор? Мне говорили, что он больше.

— Нет, он занят, но можешь говорить со мной.

— Меня зовут Корень. Зверолов из Дальних Земель. Искал Жнецов, наслышан. Решил, может люди нужны?

— А этот? — Дамир указал пальцем на второго.

— Да крестьянин просто. Подобрал на тропе два дня назад. Шёл один, без оружия и еды. Говорит — из Камнеречья.

Я посмотрел на тощего. Тот опустил глаза и обхватил себя руками.

— Как звать?

— Ф-фрол, — выдавил он. — Фрол из Камнеречья. Я кожевник.

Вот те раз! Неужто повезло? А я уже и забыл, каково это — поймать удачу за хвост.

— Не шевелитесь теперь. Живой!

Волк подошёл. Сначала быстро обнюхал зверолова Корня и отошёл, коротко фыркнув. В его запахе не было ничего, кроме пыли, пота и здорового зверя.

Затем волк переключился на второго. Фрол вжал голову в плечи. Живой обнюхивал его дольше, несколько раз возвращаясь к рукам.

Я напрягся, но зря. Спустя несколько секунд волк поднял на меня голову и снова фыркнул. Оба чистые.

— Пропусти, — сказал я Дамиру.

Парень убрал меч и отступил в сторону. Волк Тени перестал скалиться, но жёлтые глаза продолжали следить за каждым движением незнакомцев.

Корень вошёл и оценивающе огляделся. Срубы, поднимающиеся стены, мощные стихийные звери и огромное Древо на поляне. Ястреб на его плече повернул голову и уставился на Карца. Лис фыркнул в ответ.

Да, деревня и вправду разрасталась. Было чем удивить.

Тощий Фрол ковылял следом и молчал.

— Ирма, — окликнул я. — Накорми гостей. Горячего дай, если осталось.

— Каких ещё чертей принесло на ночь глядя? Ладно, осталось у меня, — буркнула бабка от кухни. — У меня всегда остаётся.

— Чертей? — вскинул брови Корень.

— Мужик, лучше не лезь к этой бабке, — сурово отрезал Дамир. — Если жизнь дорога.

Я усмехнулся, покачав головой, и отвёл их к ближайшему костру.

Ирма принесла две миски каши с мясом и по куску хлеба.

— Жрите.

— Кха-кха… спасибо, — Корень озадаченно почесал затылок, затем сел на бревно и начал спокойно есть, зачем-то оглядываясь между ложками.

Фрол набросился на еду так, будто не ел трое суток — руки ходили ходуном, каша падала с ложки, он подбирал и запихивал обратно. Может, и правда не ел — судя по торчащим скулам.

Я сел напротив и подождал, пока оба поедят. Торопить голодных людей бессмысленно — всё равно не услышат ничего, пока желудок не заткнётся. Живой лёг у моих ног и положил морду на лапы.

Но Корень ел и всё равно рассказывал — шёл с востока, через Баронство Валентина Красногорского. На дорогах заставы, стражу удвоили, проверяют каждого.

Это я уже слышал.

В этот момент к нам подошёл Григор. Я быстро поведал ему о гостях.

Корень доел первым, отложил ложку и вытер рот рукавом.

— Спасибо за еду. Давно горячего не ел — на тропе всухомятку обходился.

— Рассказывай, — кивнул Григор, усаживаясь рядом со мной.

— Я давно слышал о Жнецах. И всегда хотел найти. А сейчас, когда везде начались проверки… Решился.

— Ты пришёл из Драконьего Камня? — уточнил я.

— Нет. С востока, где всё ещё хуже, — сказал Корень. — Где это видано, чтобы столица… В общем, Железноград закрывает ворота на ночь, раньше такого не было! Там что-то совсем странное происходит. Мол, люди пропадают — уходят куда-то и не возвращаются. А потом стража находит пустую одежду на дороге или в ближайших лесах, или на трактах. Просто одежда, без тел.

Может ли это быть генерал? Да, что-то очень странное. Нутро вопило — ОНО!

Тощий торговец доел кашу и сидел, обхватив себя руками. Я кивнул ему.

— Ну а ты?

— Фрол, — он зачем-то повторил своё имя. Голос дрожал. — Корень правду говорит. У нас в Камнеречье тоже что попало происходит. Уж у вас безопаснее, ей богу!

— Почему ты ушёл из Камнеречья, Фрол?

Торговец посмотрел на меня бегающими глазами.

— Люди умирают, — он перешёл на шёпот. — По ночам. Без ран и болезней. Ложатся спать, а утром их находят мёртвыми. Лица перекошены, волосы седые. Уже шестеро за месяц.

— Шестеро?

— Агась. Стража обыскала каждый дом, лекарь разводит руками. Староста закрыл ворота на ночь — не помогло. Последним умер стражник — здоровый мужик, вон как ты, мечом владел с детства. Нашли утром в постели, седой как старик. Лицо — будто увидел что-то такое, от чего сердце остановилось.

— Почему ты ушёл?

— А что мне там делать? Я сам некоторых видел, жуть жуткая! Ждать, пока меня найдут утром с седыми волосами и перекошенной рожей? Меня там ничего не держало. Да и городок у нас большой, кто ж хватится? Потом на тропе встретил Корня, он рассказал про это место — я и свернул сюда. Подумал, мало ли. Вдруг вам кожевник нужен?

Это что же могло сподвигнуть кожевника бросить всё и отправиться куда глаза глядят? Что-то тут не так…

Я смотрел на Фрола. Этот его страх… Он дрожит, как осиновый лист, но глаза бегают. Кивнул, делая вид, что принял всё за чистую монету. Сухого в нём нет, мужик просто что-то не договаривает.

— Плохи дела в Камнеречье, — сказал я ровно. — Хорошо, что добрался.

Фрол молча закивал.

Я переваривал информацию. Права была Лана, действовать пора. Камнеречье — далековато, неудивительно, что мы ничего не знали.

Значит, люди просто умирали и седели? Может ли это быть какой-то стихийный зверь? Вряд ли — зверь оставляет следы.