Всадник на белом коне. Трилогия (СИ) - Морозевич Юрий В. - Страница 173

Его рука с лучеметом поднялась, ствол смотрел точно в грудь бывшего напарника.

— Вот, значит, как, — сквозь зубы процедил Сип. — Не ожидал, совсем не ожидал... Ты же, кажется, называл меня своим братом. Что, пойдешь по пути Каина?

— Не вынуждай меня, Сергей, — Мэтт отчего-то назвал Сипа подлинным именем. — Видит Юп, я не хочу этого делать, но если придется...

— Чертов гуманист... Ты хоть понимаешь, что обрекаешь наших ребят на мучительную смерть? И Гуайюсу... ты же знаешь, что она для меня значит. Какое тебе дело до этого Вита-Петрича, которого ты и в глаза не видел?

— Никакого. Хотя, строго говоря, на этом корабле он не один. А если уж быть совсем точным, то его там вообще может не быть. В любом случае, считаю недопустимым сохранение жизни одних за счет смерти других, абсолютно ни в чем не повинных. Тем более, что ни экипаж фазерета, ни даже пресловутый Вит-Петрич лично нам ничего плохого не сделали.

Сип немного помолчал, глядя в пол, а потом произнес:

— Чувствовал я, что твои вернувшиеся воспоминания не несут нам ничего хорошего. Эк тебя повернуло! Просто на удивление. Хоть сейчас на церковную кафедру... проповедником... за мир во всем мире. Даже противно. Пойми же... этот мир никогда не был к нам добр, так почему мы должны вести себя иначе? Скажи, Мэтт... или я чего-то не догоняю?

— Каковы мы, таков и мир. Жаль, что ты этого не понимаешь... или не хочешь понять.

— Оставь свои проповеди, — поморщился Сип. — Лучше скажи, что собираешься делать? Ситуация-то патовая. Ведь тебе придется стрелять, потому что я от своего не отступлю.

— Значит, буду стрелять, — угрюмо произнес Мэтт. — Можешь не сомневаться.

— Тогда давай, стреляй.

Сип сделал шаг к пульту. Ствол бластера в руке коммодора дрогнул и повернулся вслед за живой мишенью, в которую превратился бывший собрат.

— Остановись!

Отрицательное покачивание головы и новый шаг. Мэтт смотрел на бывшего напарника, закусив губу.

Сип поднял взгляд, и глаза его внезапно расширились. Смотрел он куда-то посверх плеча коммодора, не обращая никакого внимания на угрожающе качнувшийся в его сторону бластер. Что-то происходило за керамлитовой броней распахнутого во Вселенную панорамного окна, что-то такое, что заставило его пренебречь угрозой.

— Он движется... — прошептал Сип, однако коммодор прекрасно расслышал. — Смотри, он и в самом деле движется...

— Ну, этим ты меня не проведешь, — криво усмехнулся Мэтт. — Уловка стара, как мир. Стой, где стоишь.

— Да нет же! Этот долбаный фазерет действительно изготовился к старту! Не веришь — гляди сам!

Он резко выбросил вперед руку, указывая на нечто, происходившее за спиной застывшего в напряжении коммодора. И тот не выдержал, обернулся.

Сипу хватило одного мгновения, чтобы выхватить из кобуры бластер и нажать на спусковой крючок.

Огненный цветок распустился на груди Мэтта и сразу же угас, оставив после себя дымящуюся черную отметину. Бластер вывернулся из бессильно повисшей руки и с громким стуком упал на пол. Мэтт опустился на колени, поднял затуманившийся взгляд на своего убийцу, страдальчески изогнул бровь и беззвучно пошевелил губами. После чего, так и не произнеся ни единого слова, рухнул лицом вниз.

— Прости, Мэтт, — сказал Сип. — Ты не оставил мне выбора. К сожалению, мир таков, что гуманизму в нем нет места.

Он закусил губу и отвернулся к окну.

Фазерет, озарившийся яркими разноцветными огнями там, где соприкасались основаниями два разнонаправленных конуса, продолжал неуклонное движение в сторону пампагнера. Не оставалось никаких сомнений в том, что спустя несколько мгновений фантастический корабль грагалов покинет наше пространство и унесется туда, где его будет уже никак не достать. Времени на размышления не оставалось.

Сип перевел взгляд на панель с огромным количеством разнообразных переключателей, экранов, расчерченных непонятными кривыми и диаграммами, а также целой кучей разноцветных индикаторов.

«Великий Юп! — в панике подумал он. — Как они со всем этим управлялись?»

Однако быстро понял, что все далеко не так страшно. Многие подсистемы оказались просто-напросто дублированы. Но время... время... Вот его-то катастрофически не хватало.

За те считанные мгновения, что Сип потерял, разбираясь в системе наведения, фазерет успел вплотную сблизиться с пампагнером и начать аккуратное погружение в клубящуюся серую муть. В конце концов снаружи осталась лишь верхняя его половина. Корабль замер, изготовившись к прыжку на совершенно невообразимое расстояние.

«Не успеваю, — Сип чувствовал, как его начинает захлестывать паническая волна. — Великий Юп, помоги!..»

В последний момент ему все-таки удалось совместить перекрестье электронного прицела с торчащим из облачной дымки сверкающим конусом и отдать убийственную команду.

«Все! — подумал он. — Гюс, я сделал все, что мог!..»

Ярчайшая вспышка озарила помещение мертвяще-белым безжизненным светом. Светофильтры отреагировали мгновенно, затемнив прозрачный керамлит, насколько это было возможно. Сип прикрыл глаза ладонью, однако сияние близкого ядерного взрыва буквально сочилось сквозь плоть и между неплотно прижатых друг к другу пальцев. Понять, поражена цель или выстрел ушел «в молоко», оказалось совершенно невозможно.

Убийственный свет быстро угас, отчего сразу же создалось впечатление, будто весь мир разом погрузился во тьму. Сип проморгался и уставился на дымную полусферу пампагнера, пытаясь разобраться в последствиях атаки. Никаких следов корабля обнаружить не удалось.

«Какие уж тут следы, — подумал он. — Если я попал, то фазерет просто испарился. А если нет, значит, ему удалось уйти, и тогда искать несуществующие обломки тем более бессмысленно... И все же, удалось или нет? Великий Юпитер, подскажи...»

Однако озарение так и не снизошло. Древнее божество безмолвствовало.

Сип смотрел в пустоту за окном и никак не мог заставить себя сдвинуться с места. Он прекрасно понимал: подобный теракт никак не мог остаться безнаказанным. Спустя несколько минут, если не мгновений, здесь будет вся охрана комплекса. Но мысль о том, что нужно спасаться бегством, отчего-то так и не побудила его к действию. Он стоял и тупо смотрел на притаившееся снаружи серое чудовище, ожидая неизвестно чего. Со всей отчетливостью он понимал: уйти ему не дадут. Но ему отчего-то было на это наплевать.

«Возможно, Мэтт все-таки был прав, — отстраненно думал он, — и не стоило продавать душу дьяволу. Может быть, существовал другой путь... без ненужных жертв со стороны абсолютно непричастных к делу людей. Наверное... не знаю... По-хорошему, взять бы и пристрелить Вартана, освободив мир от подобной нечисти... деяние, несомненно, куда более богоугодное. И почему я раньше не догадался? Скорее всего, подобная операция была бы не намного сложнее охоты на несчастного Петрича. И Мэтт был бы жив... Прости меня, братан. Знаю, за свои грехи нужно расплачиваться. Что ж, я готов.»

Сип бросил бластер на пол, упал в кресло и стал ждать неминуемого возмездия.

И оно наступило, однако совсем не с той стороны, откуда он ожидал.

Поверхность Серой дыры, подвергшаяся мощному энергетическому воздействию, внезапно заволновалась, в клубящихся облаках образовалась широкая воронка, все убыстрявшая и убыстрявшая вращение. Сип безучастно смотрел на то, как она вдруг взмыла высоко вверх, потянув за собой длинный извивающийся дымный хвост, на какое-то мгновение стала похожа на обычный земной смерч, а затем вдруг развернулась и прянула ему прямо в лицо. Словно змея в смертельном броске.

«Вот и все, — успел подумать Сип, прежде чем его настиг карающий меч растревоженного пампагнера. — Наверное, так даже лучше. Я иду к тебе, брат.»

На обзорной палубе исследовательского комплекса «Дарк Стар» стояли трое: глава Службы Безопасности Ареи Петр Ольгердович Попович, начальник Отдела космической безопасности Ярослав Межин и глава марсианской миссии грагалов Игорь Сергеевич Никитин.