Лекс. Книга 1 (СИ) - Нетт Евгений - Страница 22

Они, вырезав охрану, уже не ожидали встретить серьёзное сопротивление, и потому в первые пол-минуты я убивал их, как свиней на бойне.

Один, три, пять — первая «партия» ничтожеств, коим сунули в руки катализаторы и объяснили, что воображать и как целиться, даже не поняла, что их убило.

— Окружай, окруж… — жгут ртути, следуя заложенной в него «программе», выстрелил на два десятка метров и пробил вагон насквозь, нанизав на себя командира группы террористов, как бабочку на булавку.

— Смерть голубокровным!.. — взлетевший прямо на пути гранаты экран из титана обрушил осколки на голову бросившему её, и неизвестный мужчина затих навечно.

— Достал суку!.. — особенно разрушительный залп с грохотом и дымом прорвался через полуметровый слой ртути, но развалился вместе с остановившей его рельефной структурой из титана.

Но вся слабость одиночных «болванчиков» разбивалась об их количество и командиров, которых я не мог достать с такой дистанции. Они координировали атаки, а катализатор чем дальше, тем чаще сыпал ошибками.

«Ты в середине большого дерьма, Лекс!».

Синхронно из окон вскинулась четвёрка стрелков, а волна ртути, встретившись с первым залпом, воющим от насытившего его электричества, потеряла стабильность. Браслет пискнул и выдал ошибку, прерывая технику и вынуждая меня пересоздавать защиту.

Ртуть, исчезнув и появившись, пропала снова, и этот цикл повторился ещё дважды, трижды, четырежды. И с каждым разом я перехватывал смертоносные сгустки неизвестной природы всё ближе к себе, теряя контроль над ситуацией.

«Чёртовы ублюдки не мажут, что б их!» — сцепив зубы, я рефлекторно махнул рукой в сторону, срубая тонкими жгутами ртути ближайшие деревья. Вековые сосны с треском обрушились передо мной, ворохом поднятого сора и густой зеленью ветвей на секунды лишая террористов возможности в меня спокойно целиться. — «Так дальше не пойдёт. Проклятье!».

Корка льда, по моей воле сковавшая раскалившийся браслет, таяла и шипела, отводя тепло от металлического корпуса. Капли воды стекали на кожу, раздражая свежие ожоги, и от боли перед глазами всё чаще вспыхивали чёрные пятна.

— Лазарь, бегом! Бегом! — голос Дмитрия раздался где-то позади ровно перед тем, как между мной и террористами с грохотом опустилось несколько массивных, одинаковых стальных плит.

Одновременно по траве дугой расползлось ненастоящее пламя, от которого, впрочем, в небо хлынул вполне материальный и не нуждающийся в поддержании дым.

— Жив, сволочь! — Виктор, высунувшийся из-за дерева, выглядел так, словно только что отмахал с десяток стометровок. Но судя по тону, он вполне себе радовался озвученному факту, а не сокрушался. — Валим, пока целы! Остальные уже речку пересекли, не тормози, Лекс!

— Понял, не дурак, — я развернулся, бегом припустив за парнями, лично подавшими мне пример. За моей спиной всё ещё клубилась ртуть, от запястья пахло горелой плотью и раскалённым металлом, но я всё равно испытывал сейчас невероятное облегчение.

«Дожил, „Лекс“. Радуешься тому, что на помощь прибыла парочка недорослей. Но будь я проклят, если они не появились очень и очень вовремя».

Но темнота леса сокрыла нас в своих тенях, как родных детей.

Террористы остались позади, а на передний план вышло дыхание, напряжение в мышцах и попытки не убиться к такой-то матери среди буераков, сухостоя и оврагов.

«Одно лишь радует — никто и никогда не узнает, что от толпы мужиков с ружьями драпал не бездарный абитуриент, а опытный, горделивый маг» — промелькнула последняя мысль перед тем, как я всецело сосредоточился на беге…

Глава 8

Надежд наивных позорный крах

Лес встречал гостей гулкой, первобытной тишиной, нарушаемой лишь нашим дыханием, хрустом веток под ногами, да уханьем недовольных вторжением сов.

Полумрак сгущался с каждой минутой, а кроны вековых сосен смыкались над головой так плотно, что последние отблески заката терялись в вышине. Все звуки извне глушились целиком и полностью, так что даже если нас и преследовали, то мы этого просто не слышали.

Я бежал замыкающим, за Виктором, который, в свою очередь, ступал след в след за прокладывающим дорогу Дмитрием. Ртуть мою спину уже не прикрывала — браслет приказал долго жить уже спустя пять минут бега, но снять его было невозможно.

Кожа под металлическим ремешком и корпусом устройства спеклась, и каждый шаг отдавался в руке тянущей, заставляющей материться себе под нос агонией. Я слабо себе представлял, во что превратилось моё запястье под металлом, но приятного было мало.

«Проклятый кусок железа. Надо было всё-таки выделить на эксперименты чуть больше времени. Впрочем, знал бы, где упаду — соломки бы подстелил. Или матрасик…».

— Чёрт! — Виктор споткнулся о корень, но удержался на ногах, вцепившись в ствол ближайшей сосны. Дмитрий притормозил, бросив на нас короткий взгляд через плечо.

— Не расслабляться, Шталь! Помощи не будет ещё часа два минимум, мы сами по себе. Нужно нагнать остальную группу. Возможно, террористов больше, чем одна группа…

— Я… я в порядке, — выдохнул Виктор, нервно облизывая губы. — Оступился. Бывает. Просто никогда не думал, что мне придётся бегать по лесам… и убивать.

«О нет, только моральных терзаний нам сейчас не хватало».

— Добро пожаловать в реальный мир, дружок, — Дмитрий невесело усмехнулся, размяв пальцы, сжимающие рукоять его боевого катализатора. — Дерьмо не обязательно искать, чтобы оно с тобой случилось. И если ты сейчас распустишь нюни, то шансы всех там… — он кивнул вперёд, — упадут ещё ниже.

Виктор поморщился, сплюнув и вытерев со лба пот:

— Я в норме, Дима, в норме, — из уст вчерашнего мальчишки это звучало не слишком убедительно. — Давай уже, шевелись. Лазарь, ты как?

— Бывало и лучше, — честно признался я. — Но бежать я могу. Помирать-то не хочется…

— Тогда продолжаем, — ёмко бросил Дмитрий перед тем, как сорваться с места.

Мы ринулись следом за ним, напрягая глаза и щурясь: подлесок становился всё гуще, цепляясь за одежду колючими ветками и скрывая под прелой листвой особо коварные ямы.

Я уже дважды едва не вывихнул лодыжку, потому что то ли у тела в принципе координация и физические кондиции оставляли желать лучшего, то ли ранение и бой на пределе привели меня в полную негодность. Мышцы гудели, а держался я на адреналине и чистой воле человека, отказывающегося умирать во второй раз за неполную неделю.

— Стоп, — Дмитрий вдруг вскинул руку, и мы замерли, прислушиваясь.

Где-то справа, в десятке-другом метров, раздался треск — громкий и неритмичный. А спустя несколько секунд перед нами из зарослей вылез огромный лось… который испугался нас больше, чем мы его, и скрылся, издав негромкий, тревожный рёв.

Дима держал его на мушке до самой последней секунды, и выдохнул только тогда, когда шаги зверя окончательно стихли.

— Пронесло, — прошептал Виктор. — Тут до реки немного осталось, наверное.

— Наверное? — Дмитрий хмыкнул, косясь на экран «половинки» своего катализатора на левой руке. — С направления мы не сбились. Но расстояние и время в темноте имеют свойство растягиваться…

— Тогда просто идём вперёд. Или кому-то нужна передышка?

Оба парня на мою реплику лишь помотали головами, и мы продолжили забег, изо всех сил стараясь не навернуться: рельеф пошёл волнами, а света становилось всё меньше. Подсветить себе дорогу мы не могли из-за потенциальных преследователей, так что я в какой-то момент начал с трудом различать даже спины впереди бегущих.

Лес начал расступаться лишь спустя четверть часа, когда вся наша троица уже выглядела так, словно провела в чаще целую неделю, и не далее как час назад боролась за малину с медведем.

Бежать было тяжело физически и морально, а отсутствие доступа к «магии» заставляло меня сжимать всё сжимаемое при малейшем внешнем шуме. Поэтому, когда до моего слуха донёсся едва уловимый гул, я напрягся. Когда он перерос в шум воды — обрадовался.