Хранительница источника (СИ) - "Eaterina" - Страница 81

— Простите, — проныла я в очередной раз.

Маг лишь отмахнулся от меня и занялся костром. Судя по солнцу, приближалось время обеда, а я ещё и не завтракала. Помедитирую-ка я лучше, чтобы не заставлять нервничать моих спутников, а заодно подумаю, как пробраться к очередному тайнику, устроенному Лирой.

Магия внутри меня вновь жила своей жизнью, и её вновь было слишком много. Я словно оказалась внутри пылающего вулкана — видела картинки, на которых изображали плавящиеся камни. Сила не обжигала, но и не подпускала близко. Зато с лёгкостью протягивала нити к потокам окружающего мира, впитывала их и росла.

— Или ты, или тебя, — дошли до моего сознания чьи-то слова.

Жаль, пока что побеждала не я.

И как я должна покорить эту прорву магии?!

После обеда мы тронулись в путь. Чистящий артефакт работал, щиты постепенно заряжались, артефакт переноса… обжигал ладонь. Это удивительно: артефакт не просто был активным, он требовал, чтобы его использовали! Разве так бывает?!

Мне опять не хватало информации, но читать тетрадь в присутствии посторонних не хотелось. Я понимала, что большинство тайн артефакторов так и должны оставаться сокрытыми от мира. Интересно, есть ли там объяснение того, что мои артефакты слишком живые? А если и так, то, может быть, я смогла бы создать Кота без жертвы Лиры? Позволила бы мне это моя сила?

Опять слишком много вопросов — и ни одного ответа.

Тетрадь читать всё же пришлось. Потому что на вечернем привале Тейден задал разумный вопрос:

— Наша цель сейчас найти информацию о том, как вернуть душу директора Гина из камня в тело. Конечно, есть ограничение по сроку — год. Но одно дело Лира — она никогда не мыслила, как обычный человек. Продержится ли столько душа эльфа?

Это мне было неизвестно. Значит, стоило поторопиться. Конечно, наставница могла бы рассказать, что нужно сделать. Но почему-то во мне жила уверенность, что единственными её словами в ответ на эту просьбу будет «Сама наворотила — сама и разгребай».

Что-то из написанного было понятно, но попадались целые страницы, исписанные каким-то шифром. Это не был ни человеческий, ни эльфийский язык — словно автор записей придумал собственный способ записи. Возможно, я бы и смогла разобраться в шифре, стоило лишь посидеть и как следует подумать. Но точно не в дороге. Что ж, буду надеяться, хоть в этом Лира даст мне подсказку, когда вернёмся. Пока же я читала то, что могла, но нужной информации всё не находилось. Возможно, подсказку дадут другие тайники. Но если нужные заклинания зашифрованы?

Это беспокоило. То ли нужно двигаться вперёд, то ли возвращаться, чтобы расшифровать тетрадь — непонятно.

Поэтому через пять дней пути, тряски на лошадиной спине и борьбе с комарами и лесными чащобами, я потребовала всё-таки использовать артефакт перехода.

— Не доверяете мне — используйте свой, господин Тейден! — заявила я ему в итоге.

— Хорошо, воспользуемся твоим артефактом. Всё же, хоть Лира и опытный маг, эльфийская магия мощнее, — согласился маг. — Только контролировать переходы буду я. Тебе доверить это пока нельзя, опять перестараешься.

Было немного обидно, но, по крайней мере, так мы будем двигаться быстрее.

Действительно вскоре лиственные рощи северо-западной Панарины сменились смешанными лесами центральной Церрии. Среди похожих лесов прошли мои детские годы. На солнечных сухих пригорках росли могучие высоченные сосны, во влажных болотистых низинах — разлапистые ели. А вперемешку между ними — белоствольные берёзки и могучие дубы, стройные вязы и липы, дрожащие листочками осины и резные клёны.

Стоило прикрыть глаза, и начинало казаться, что где-то рядом родная деревня, на пороге уютного домика сидят родители, точнее мама и её мужчина. И после ужина меня ждут тихие песни на странном певучем языке, загадочные истории из книг с яркими картинками...

Даже слёзы порой набегали на глаза от этих воспоминаний.

Один из переходов привёл нас на опушку леса. Только вместо поляны перед нами расстилалась странная местность, покрытая редкими островками кипрея, малинником и молодой берёзовой порослью. Лошади отказывались шагать вперёд, словно упирались в изгородь, хотя среди растений явно виднелась утоптанная тропинка.

— Что видишь, Тенна? — с явными учительскими интонациями обратился ко мне Тейден.

Я описала.

— Магический заслон, предупреждение о бывшем очаге инфекции и принятых мерах по её устранению, — чётко отрапортовал между тем Валлиар. — А ещё что-то вроде списка жителей.

По взглядам мужчин я поняла, что мы не будем пытаться двинуться вперёд, пока я тоже всё это не увижу. Пришлось вспоминать о том, что такое магическое зрение и что его нужно использовать не только для создания артефактов.

Немного поковырявшись, у меня всё же получилось почувствовать чужие заклинания. А вот список жителей никак не давался.

— Надо отдохнуть, — сжалился надо мной Тейден. — Эльфы могут видеть человеческие заклинания, тебе просто опыта не хватает. Зато твой охранник всё же не совсем бездарность.

Валлиар недовольно фыркнул и на обед уселся рядом со мной, хотя всё время пути старался держаться поближе к Тейдену. Мне было понятно это стремление — набраться опыта у настоящего боевого мага. Также и я, как только осознала, к чему склонна моя сила, стремилась оказаться ближе к Лире.

Вздохнула. Интересно, как там сейчас Источник и Хрусталька без меня? Надеюсь, всё работает.

— Готова? — прервал мои размышления Валлиар.

— Не терпится двигаться дальше? — пошутила я.

— Хочется доказать этому полукровке, что ты не хуже прочих магов, — буркнул эльф. — Идём, объясню, что и как ты должна увидеть.

Это было немного странно, но, если не считать Деалинора, Валлиар стал первым эльфом, кто действительно пытался меня учить. И я понимала, что он от меня хотел. Потому что…

— Вижу! — в какой-то момент закричала я. — Длинный свиток с именами! Алый фон, чёрная кайма… Они… Амир Кирос Михор, Диа Кирос Михор, Кирос Нихит Михор — целая семья!

Я пыталась прочитать все имена — у нас верили, что произнесённое вслух имя дарит душе человеку капельку силы. А если эти имена здесь написаны именно на таком свитке, значит, их уже нет в живых. Надеюсь, в конце будет указано, почему целое селение постигла такая ужасная участь.

Впрочем, до конца списка я не добралась, потому что просто называла и называла имена, пока не поняла, что именно читаю:

— Тенна Лада Ниран, Илия Рина Ниран, Ладир Колус Ниран…

Лишь ощущение руки на плече помогло мне удержаться на ногах. Голос сорвался, а дышать стало просто невозможно. Я бы и хотела читать дальше, но буквы, как и заклинания человеческих магов, расплывались перед глазами. Зато виделась тёмная безлунная ночь, зловещие отблески сужающегося кольца факелов и тёмные стены домов, жители которых не имели даже сил покинуть свои пристанища. И руки мамы, надевающие мне на шею амулет. Её последние слова «беги, Ладушка» вновь эхом зазвучали в ушах.

— «Холодная буря», — с трудом выдавила я. — Это село было сожжено из-за эпидемии.

Ноги почти не держали меня, и я оперлась на Валлиара. С другой стороны меня тут же поддержал Тейден. Ни один не задавал лишних вопросов — тут и без того было всё понятно.

Я горько усмехнулась — вот опять ирония судьбы или жестокие шутки силы. Мой артефакт привёл именно туда, куда очень хотела попасть: к месту смерти мамы.

Пришла я в себя, сидя у костра с кружкой горячего отвара в руках. Мужчины тихо переговаривались где-то в стороне. Языки пламени плыли у меня перед глазами, а лицо было мокрым, словно шёл дождь.

Вновь и вновь я вспоминала тот самый день, последний, когда мама уже была больна, но всё ещё могла заботиться обо мне. Тот день, когда она надела на меня амулет, подаривший мне шанс выжить, пока я не повзрослею по меркам людей. Тот день, когда всё сожрало ненасытное пламя солдат, желавших остановить эпидемию.

Рука дрогнула, а потом специально перевернула кружку с отваром. Пламя недовольно зашипело, и мне вдруг захотелось, чтобы всё моё прошлое стало сном. Чтобы не было эпидемии, огня, десяти трудных лет в услужении у дяди…