С этой вершины видно мой дом (СИ) - "Eaterina" - Страница 74

- Брат мой, - обратился патриарх к храмовнику, - я не могу нарушить воли императора, но и не хочу оставить без внимания твоих слов. Поезжай со мной в карете и поведай, что встревожило тебя настолько, что ты поджидал меня у самых ворот Дармата. А капитан любезно сопроводит нас до дворца.

Ему самому был неприятен подобный тон, однако Наргид чувствовал, что такое решение окажется наилучшим. Инквизиция – преданнейшие псы старого патриарха, и бросать их без присмотра на волю Нерождённого не годится. Инквизитор сдержал своё недовольство – это было видно по выражению его лица – и последовал за патриархом в карету. Стоило лошадям тронуться, как он сразу же заговорил:

- Ваше святейшество, не всё ладно в столице. Маги пробрались в малый совет, и графы почти полностью подпали под их влияние. Многие из наших агентов были отправлены на север и не вернулись, поэтому в столице и близлежащих землях стали говорить о том, что дракон – хороший правитель. А ведь наша цель изначально была совершенно иной. Чем больше людей верят ему, тем меньше они идут к нам. К тому же один из преданных нам гвардейцев сообщил, что его святейшество Тсинар действительно в плену у узурпатора и нет никакой возможности его вызволить. Что посоветуете делать, ваше святейшество?

Наргид смотрел во взволнованное лицо говорившего и видел перед собой не страшного инквизитора, а обычного человека средних лет, усталого, растерянного и неуверенного в себе. Ему ещё только предстоит научиться жить в новом мире – а Наргид был уверен, что мир теперь точно изменится, – и от этого инквизитор казался ещё более неправильным здесь и сейчас. Пожалеть бы его, но патриарх не мог себе позволить забыть о том, что Теверу эти сильные и уверенные тогда в себе мужчины не пощадили.

- Брат мой, - ответил после долгого молчания Наргид, - мы сделали попытку изменить мир, и она не удалась. Теперь мир будет менять нас, и нам придётся или принять эти изменения, или оказаться раздавленными миром. Что бы выбрал ты?

Наргид не успел получить ответа, потому что карета остановилась и капитан гвардейцев сам открыл дверцу, давая понять – они на месте. Патриарх по тёмной боковой лестнице прошёл во дворец. В узком коридоре его встречал слуга с бледно горящей свечой, свет которой бросал на с детства знакомые стены причудливые отсветы, заставляя думать, что он попал в какой-то жуткий мир. И только ярко освещённый кабинет императора оставался островком настоящей жизни среди призраков.

- Брат!

Дантор мгновенно отложил в сторону бумаги, над которыми сидел, стоило только Наргиду переступить порог. Мужчины молча рассматривали друг друга, словно знакомились заново. Один явно повзрослел, обзавёлся морщинками в уголках глаз и первыми нитями седины, другой щеголял обветренным лицом и загрубелыми руками, так не свойственными его деятельности.

- Брат…

Между ними не было ничего общего, кроме единственной женщины, связавшей два мира, и всё же они называли друг друга братьями.

«Я привёз тебе поддержку севера», - говорили глаза одного.

«Я не позволил империи развалиться», - отвечал взгляд второго.

Наргид и Дантор чувствовали, что им не нужны слова, достаточно было этой встречи, чтобы всё понять. Однако обсудить нужно было немало. Дождавшись, пока служанка, расставлявшая на низком столике в углу принесённые по приказу Дантора закуски, уйдёт, они завели беседу. Императора в первую очередь интересовал север, и уж об этом патриарх мог рассказывать часами.

- Одна беда – маги упустили помощника моего наставника, того белобрысого повара, - Наргид поморщился, рассказывая об этом. – Но, надеюсь, до столицы он доберётся нескоро, и мы успеем принять какое-то решение относительно его святейшества.

- Что ж, невозможно требовать всего и сразу, - спокойно развёл руками Дантор. – Теверу пока что станут защищать маги – им я доверяю больше, чем гвардейцам. Да ещё, оказывается, в империи существует тайная служба безопасности, и я бесконечно благодарен господину Рантиру за то, что он отыскал главу этой службы и свёл меня с ним. Не то до коронации я бы и не знал, что такая служба существует. – Дантор, сведя всё к шутке, рассказал о знакомстве с Танатом Манским и его обетом. – А для тебя тоже будет важное задание. Нам не возродить былое величие имперской магии, пока за каждым шагом простых людей следит инквизиция.

- И что ты предлагаешь?

- Не думаю, что все инквизиторы слепо преданы твоему предшественнику. Расскажи им о том, как мы едва не потеряли наследника, как использовали их ради смены власти. Ты же жрец – сумей найти какие-то слова, которые проникнут не только в разум, но и в души людей.

- Я услышал тебя и сделаю всё, что в моих силах. При правильном подходе мы сможем использовать этих людей на благо империи – совсем отпускать их нельзя, слишком велико в народе поклонение перед Нерождённым.

- Оставляю это на твоё усмотрение, - улыбнулся император. – Отдохни пару дней, а то ты не на жреца похож, а на лихого парня с большой дороги. Тевера увидит – не признает.

- Что поделать, не всё жрецу хоромина, - поддержал Наргид шутку. – Расскажи, как сестра и племянник?

- Тевера никого к сыну не подпускает, - выражение лица Дантора стало расслабленным, он явно вспоминал что-то очень приятное. – Видел бы ты, что творилось при дворе, когда она выгоняла всех мамок, нянек и кормилиц прочь. Дама Микара, наверное, все успокоительные капли выпила, а курятник фрейлин судачил до мозолей на языках.

- А в чём же причина? – удивился жрец.

- Когда мать владеет магией, она делится своей силой с младенцем, - туманно ответил Дантор. – Если же только отец маг, как было у вас, то разницы действительно никакой. Но главное, что они здоровы и в безопасности – мой соотечественник приглядывает.

- Это правильно. Пока не вычистим жречество, лучше не рисковать.

- Ты прав, поэтому, Наргид, и даю тебе только два дня на отдых, не больше. Надо задуматься о коронации. Чем скорее она произойдёт, тем лучше для империи.

- А как же княжеский престол?

- Я отказался от него в пользу младшего брата. У отца сил ещё достаточно, чтобы успеть воспитать преемника. Моя душа уже настолько приросла к Тевере и этим землям, что я просто не могу их бросить.

- Что ж, я понимаю тебя. Тогда нечего тянуть. Если всё готово, то провести ритуалы коронации и признания наследника нетрудно. Но, как понимаю, при родах присутствовал… мой наставник? – Дождавшись кивка, Наргид продолжил. – Мне хотелось бы повидаться с ним.

Дантор замер, вглядываясь в его лицо. Жрецу на миг даже показалось, что ему в глаза смотрит дикий зверь – настолько резко изменился император.

- Хорошо, - спустя несколько бесконечных мгновений кивнул Дантор, прикрыв глаза. – Может, он чего дельного насчёт инквизиции посоветует. Всё же опытный управленец, хотя и враг мне. Но наедине остаться не позволю, извини. Тебя проводят.

И прикоснулся к амулету, висящему на груди.

Прода от 21.12.2023, 08:24

Ещё через некоторое время в кабинете появилось два человека в длинных плащах с капюшонами, скрывающими лица. Выслушав указания императора, оба коротко кивнули и поманили Наргида за собой. Дантор уже весь погрузился в бумаги, и жрец не стал его отвлекать. На душе было беспокойно. С одной стороны, они с наставником уже всё друг другу сказали, а с другой молодого патриарха словно неведомая сила тянула к старику снова и снова. Несмотря на всё преступления Тсинара Манского, он оставался для Наргида вторым отцом, и возможность суда или – хуже того! – казни наставника вздымали в его душе бурю протеста. В голове его бродили разные мысли, но патриарх не давал им воли.

Сопровождающие привели Наргида отнюдь не в подземелье, а во вполне приличные покои.

- Не пытайтесь сбежать или помочь сбежать господину Тсинару, - скрипучим голосом проговорил один из них. – Покои защищены магией, а на господине Тсинаре установлены следящие амулеты.