Сын империи. Чароплет. Том 2 (СИ) - Кун Антон - Страница 45

Предок тоже не собирался сдаваться.

— Может у меня и нет возможности обратится к своей силе, но моего щита должно хватить на то, чтобы я успел выйти из зоны покрытия твоих чар! — С этими словами он развернулся и рванул от меня в сторону.

Я не знал радиуса влияния средней руны, но подозревал что-то около десятка метров, не более. Всё же я ещё не достиг своей цели и не стал сильнейшим, но сегодня я стал чуточку ближе к ней.

Догнал я его мгновенно, и моя коса врезалась в барьер, после чего с разноцветными искрами отскочила.

Тело от такого издевательства чуть не заклинило. Как же меня бесит эта ограниченность и слабость!

Я крепче сжал косу, чувствуя, как ярость внутри конденсируется в нечто новое, ранее никогда мной не испытываемое. Нет, это не ненависть, я и раньше ненавидел. Это что-то иное…

— Я не проиграю, — прорычал я, глядя в спину убегающего призрака.

После моих слов он запнулся и с удивлением обернулся.

Мы стояли и смотрели друг на друга. Я упрямо, а он удивлённо.

— Это… Да кто ты, черт возьми, такой⁈

Великий Предок, первый император людей, сильнейший из когда-либо живших одарённых с непониманием смотрел на Алексея.

Он существовал в тонкой части мироздания и мог проникать в людские сны, взаимодействовать с умершими и подглядывать за живыми.

Именно так он узнал о готовящемся полномасштабном вторжении, с использованием княжеской дружины. Мара никогда бы не отправила своих солдат напрямую, но вот отдать их Безымянному во временное пользование за хорошую плату — вполне.

Скользкая и мерзкая змея, к тому же ещё и безумная, что не щадит своих рабов.

Предка перекосило, когда он вспомнил ту отвратительную сцену с несчастным гоблином, разговором с предателем рода человеческого, и последовавший за ним разврат, который заставил духа на некоторое время покинуть реальный мир, чтобы потом вернуться и продолжить слежку.

И вот когда он узнал всё необходимое и смог протиснуться в сон души, что сам подселил в тело потомка, случилось непредвиденное. Этот упрямец не только проигнорировал его помощь, но и чуть не сдох, не желая мириться с реальностью.

Всё это было в той или иной степени предсказуемо, сильная душа, как никак. Но вот чего первый император людей не ожидал от Алексея, так это ауру истинной власти.

То, что когда-то его самого выделяло из сильнейших и достойных, позволяло влиять и покорять судьбы, теперь в руках этого мальчишки, хотя какой он теперь мальчик? Он истинный правитель, что имеет право отдавать приказы и распоряжаться жизнями своих подданных. А ещё, он точно не станет отсиживаться за спинами своих подчинённых и обязательно засунет голову в самое пекло.

Предок тяжело вздохнул. Он потратил слишком много сил за эти дни. Но он надеялся, что к сражению успеет восстановиться, и новый, безусловно достойный, сын империи выживет.

Предок с улыбкой, исполненной отеческой гордости, прикрыл веки и растворился в эфирном океане.

Проснулся я больным. Меня знобило так, что зуб на зуб не попадал. Хотелось укутаться в одеяло и обложиться грелками.

— Тебе не хватает огня, — раздался рядом голос Желы.

Я молча попытался сотворить огненное заклятие, но трясло так сильно, что руна просто распадалась, не успев завершится.

— Я дам немного, — с заботой произнесла Жела, но я поднял трясущуюся руку.

— Нет, — выдавил я из себя. — Сейчас всё пройдёт.

Прикрыв глаза, я вспомнил тот самый гул, что слышал во тьме, а перед глазами, с чашкой горячего чая в руках, возник улыбающийся дед. Он сидел около печки, в которой огонь пожирал свежезасыпанный уголь.

В этот миг в груди стало теплее, а после тепло растеклось по всему телу.

Нос уловил знакомый запах открытого огня, и я открыл глаза.

— Это невозможно, — услышал я рядом шёпот.

Посмотрел на Желу. Та явно была чем-то поражена, и проследив за её взглядом, я тоже замер, наверное даже с открытым ртом, но это не точно.

На краю нашей небольшой площадки сидела знакомая ящерица и, не моргая, следила за мной.

Вот только был один момент, появившаяся саламандра состояла из ярко-синего пламени и не представляла опасности, судя по молчавшей чуйке.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга, после чего я услышал в голове голос:

«Хозяин, мы служить»

Сомнений в том, кому принадлежал голос, у меня не возникло ни на миг.

— Это жгучая саламандра, — восхищённо пробормотала Жела.

— А где все остальные ящерицы? — с любопытством поинтересовался я. — Их ведь было несколько десятков.

— Она всегда одна, но её много, — туманно произнесла огнелюдка.

— Понятно, — я с трудом поднялся и обратился уже к саламандре: — Буду звать тебя Огоньком.

Подойдя к огненному духу, ну какой зверь мог бы жить в месте, где из еды только огонь, дотронулся до его головы. И ящерка только что не замурлыкала.

— Жгучая стала твоим фамильяром? — Жела поражённо посмотрела на меня и рухнула на колени. — Ты, великий Ифрит, прими меня, недостойную Эмежел, в наложницы и правь народом огня так, как считаешь верным. Наши жизни отныне — твои.

Нет, они, конечно, меня уважали за то, что я смог подарить им Пламень Жизни, но от этого точно попахивало фанатизмом.

— Я же уже принял вас, — выдохнул я, разгоняя от сердца по телу энергию жизни, после перегрузок ощущалась тяжесть, но мой аспект всё исправил. — От чего ты так всполошилась? Какое значение имеет для вас Огонёк?

Я погладил удивительно прохладную и гладкую огненную голову саламандры. Всё же волшебство — поразительная вещь, ломающая все законы мироздания, в которые я раньше верил.

— Именно Жгучие Саламандры создали наших прародителей — огненных духов. И тот, кто сможет их подчинить, не используя волшбу, — истинный Ифрит народа огня, правитель и бог, — после чего она низко поклонилась, буквально распласталась по земле.

— Вот только без этого, — поморщился я, поднимая Желу на ноги. — Я человек широких, можно сказать, взглядов и никого насильно удерживать рядом не буду. Вы мне не рабы, а те, кто будет процветать под моей рукой. Это ясно?

Она округлила свои огненные глаза и медленно кивнула.

— Вот и отлично, а теперь идём, нужно поторопиться. Что-то у меня нехорошее предчувствие.

Я отправил ящерку к Аспиду и Алёне, и мы с Желой поспешили спуститься с горы в селение.

В селении собралась приличная толпа огнелюдов. Они недоверчиво поглядывали на меня.

Я же, не теряя времени, приступил к созданию перехода. Пришлось развешивать огненные шары для освещения, тоже тренировка. Всё же, как ни крути, такую ораву народа тайно в Святой лес не провести, да ещё и мимо городов и сёл. Вот и осталась лишь магия, а с этим были проблемы. Требовалось выложится по полной, снова.

Пот покрывал моё лицо, а я всё никак не мог закончить малую руну массовой телепортации. Я её учил плохо, отдавая предпочтение боевой магии и нащупыванию аспекта времени, поэтому приходилось туго.

Раз за разом я чертил на камне символы, используя обыкновенный древесный уголь. Выходило так себе, но ничего лучше, кроме как обгорелой головёшки, я не нашёл. Можно было воспользоваться энергией, но расходовать силы, которые понадобятся для запитки руны, я не мог.

Да и с магией тоже не всё просто, особенно когда рунический символ не доведён до автоматизма. Если рисунок углём я мог подкорректировать после нанесения, то вот магический пришлось бы рисовать заново.

Магия, это только внешне просто, ну и когда используешь простейшие формы, вроде шаров и стрел, у которых есть лишь одно свойство.

Закончив с начертанием сорока рун, я ещё раз всё перепроверил, найдя пару неточностей и исправив их, влил аспект пространства. И даже так сила ушла вся без остатка, а внутри где-то в груди образовалась пустота, хотя и не такая сосущая, как после средней руны. Я до сих пор не понимаю, как эта средняя руна у меня вообще получилась, да ещё и косу призвал потом, и тело усилил. Но это точно не было сном, во всяком случае, не обычным. В этом я был уверен на сто процентов.