Графиня Суровая (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 86

В крепости было шесть ворот, еще четверо ворот на укреплениях позади Очакова.

Потому Потемкин назначил шесть отрядов по числу ворот,приказано было идти шестью колоннами,четыре с правого фланга, две с левого, и бить одновременно, чтобы раздернуть силы турок. *

*- если кому надо подробно и точно: Вторая Турецкая война в царствование Екатерины II. 1787–1791 г. Составил Генерального штаба полковник А. Н. Петров. С.-Петербург. 1880. А я вкратце, потому что подробно — это немаленькая такая глава и вряд ли все ее будут читать. Прим. авт.

Потемкин собрал всех командующих, объяснил всем задачу — и рано утром шестого числа начался штурм крепости.

Колонны пошли на приступ, турки обстреляли их ружейным и картечным огнем, шестая колонна под командованием Горича, который был убит во время атаки, первая ворвалась на бастион,ее поддержала огнем пятая колонна,которая брала укрепления позади крепости.

Турки отчаянно сопротивлялись, и нанесли первой колонне изрядный ущерб. Не пришли Потемкин помощь,там бы и полегли все, но четыре сотни егерей помогли, и Пален разбил неприятеля. *

*- ТОТ САМЫЙ Пален. Да-да, будущий убийца императора. Прим. авт.

Третья колонна сцепилась с турками, весы качались, никто не мог взять вверх. Князь Волконский был убит, и командование перешло к полковнику Юргенсу, который и вытеснил турка с укреплений и вошел в ворота крепости вслед за второй колонной.

Менее, чем через час русскими были заняты все укрепления Очакова, и войска зашли в саму крепость.

Турки засели в домах Очакова и дрались отчаянно, но русские, которым надоела осада, пленных не брали и спустя примерно полтора часа Очаков пал на милость врага.

Русские потеряли около двух тысяч человек при штурме и около пятнадцати тысяч за все время осады.

Турки потеряли около двадцати тысяч человек и примерно четыре тысячи попали в плен.

Крепость сдалась на милость русского оружия.

Суворов не принимал участия в штурме, потому что после ранения в шею находился в Кинбурне,поправляя свое здоровье. Да и Потемкин не хотел его видеть под Очаковым. Ему и без того хватало споров. Этот штурм прошел без Александра Васильевича.*

*- потом Потемкин и Суворов помирились и нашли общий язык, но это уже — потом. Прим. авт.

Особняк Американской компании, естественно, не закрывался.

Прохвостам (и Варе тоже) надо было выиграть время, а потому…

Были наняты несколько человек, которые и получили четкие и подробные инструкции.

Всем желающим объясняли, что господа просят их понять… и потерпеть буквально пару дней. Россия потребовала объяснений, и они сейчас их предоставляют, в посольстве!

В посольстве же, самим бы кто и что объяснил! Посол-то пропал, и все ждали инструкций из Петербурга! Примерно неделю варя этим выиграла, а больше ей и не надо было, они уже были в Гавре!

Что там той Франции?

На хороших лошадях, да с хорошими каретами — ерунда!

Если кто помнит, три мушкетера буквально за десять дней метнулись в Лондон и обратно! А это чуточку подальше.

Так что со своей задачей Варя справилась.

Гавр радостно распахнул перед ними свои ворота.

Сейчас это еще совсем не тот Гавр, который будет отстроен после войны. Сейчас тут самое интересное — это укрепления, которые построил еще кардинал Ришелье. Но Варе было на них наплевать. Обойдемся без исторических монументов! В гостинице «Королевская» их ждал Андрей Иванович.

— Барбара!

— Андрэ! — Варя повисла на шее у брата в буквальном смысле.

Устала.

Карета — есть карета. И ощущения в ней, как в блендере, увы.

— Устала? Я держу для вас всех номера.

— Отлично. Закажи в мой номер покушать, и побольше. И горячую ванную.

— Сэр Брайан, — Андрей вежливо кивнул баронету, тот ответил таким же вежливым поклоном. — для вас тоже готов номер. И корабль готов выйти в море с рассветом.

— Отлично! — хлопнула в ладоши Варя. — Моя дочь?

— Уже на корабле! И Дениз там же.

Андрей позаботился и об этом. Он нашел семью с ребенком подходящего возраста, которая желала поехать в Америку, и предложил им денег и бесплатный проезд за маленький маскарад. Так что «Дениз и Натали» обживали одну каюту, а их настоящая семья еще одну.

— Тим? Нат?

— Они тоже скоро будут. Ты не против выйти в море с рассветом?

— Я — за, — кивнула Варя. — прикажи грузить ВЕЩИ, а я все же хочу искупаться и чуточку поспать. Можно?

— Мы успеем.

— Отлично! Сэр Брайан, если пожелаете — проследите за погрузкой, — откровенно зевнула Варя. — Я спаааааать хочу!

Андрей Иванович дружелюбно кивнул англичанину.

— Пойдемте, сэр. Я покажу вас все на корабле, вы все посмотрите, проверите… ваши друзья об этом тоже просили.

Ну, если так…

— Можно я тоже сначала вымоюсь и поем? А потом уж на корабль?

— Тогда я сначала распоряжусь все грузить… Митчелл, Аллен, поможете?

Прохвосты переглянулись.

— Может, я сразу на корабль? — задумался Митчелл.

— А я бы отдохнул.

— Как пожелаете, — совершенно равнодушно кивнул Андрей Иванович. — Едем?

Рано утром Барбара поднялась при всех на корабль.

Она откровенно зевала, придерживала капюшон, который так и норовил упасть с головы, сэр Брайан придерживал ее под локоть.

— Я не доспала, — честно сказала женщина. — Простите, сэр, я не стану любоваться на очаровательные берега. Я пойду в свою каюту, если не возражаете?

— Давайте я вас провожу, леди.

Брайан так и сделал. Матвей тоже проводил их, и занял пост у двери каюты. Брайан пожал плечами и отправился на палубу.

Андрэ он не видел, но капитан сказал, все на борту.

За такие-то деньги?

Он бы и себя в альбатросы записал, спокойно!

Варя зашла в каюту, преспокойно сбросила с себя платье, под которым оказались штаны и рубашка, надела куртку, и распахнула сначала дверь, а потом и окно.

Матвей зашел и закрыл дверь.

Под окном каюты удобно устроилась небольшая лодка.

Там уже ждали Тимофей и Андрей, Федот ждал их на берегу.

Да-да, сундуки, которые пометила Варвара им тоже удалось выгрузить потихоньку, но не бросишь же без пригляда на берегу драгоценности на несколько миллионов экю?

Варя спустилась первой.

Матвей, недолго думая, отцепил веревку, выкинул в то же окно, и выпрыгнул сам. Ничего, поплавает немного.

Варя потянула за другую веревку, завязанную скользящим узлом. За третью… сложно, но минуту они потратить могут.

Окно тихо стукнуло, закрываясь. Упала щеколда.

Может, даже и не сразу разберутся, как они удрали.

Письмо она оставила на столе. А в остальном…

Тимофей помог выбраться Матвею. Андрей взялся за весла.

— И — эх!

Корабль и лодка разошлись в разные стороны. Махать ручкой Варя не стала.

Просто — прощайте, прохвосты!

Авось, больше не увидимся!

К берегу!

Ее ждет Гавр, а потом Женева!

И никакого Парижа в ближайшие полгода! Отдыхать и отсыпаться!

И готовиться!

Она богата?

Нет, не так!

Они почти богаты! И свободны!

Ура, товарищи!

Варя открыла рот только на берегу. Потому что рядом с Федотом стоял с видом воплощенной невинности Митчелл Райт.

— Это — как?

Кто и что — понятно, но правда — как? Где она прокололась?

Митчелл ответил ей улыбкой. Настоящей, не ухмылкой, не поиздеваться, а просто — улыбнулся. Робко, как наверное, сто лет не улыбался.

— Леди, я к вам. Если примете.

Варя махнула рукой в сторону кареты.

— Садитесь, Митчелл, и рассказывайте.

— О чем, леди?

— Почему вы здесь?

— Я… я понял, что ни в какую Америку вы не поедете, леди. Вот и все. И мне там делать нечего.

— Из-за меня?

— Нет. Прогорят они там без вас, вот и все. А я в это играть не хочу, стар я, чтобы меня ногами били. Ну и… рядом с вами интересно. Вы ж спокойно сидеть не будете, так?