Графиня Суровая (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 41

Варя аккуратно вписывала что надо в свой ежедневник, потом писала на конверте или записочке дату и время, назначая их с таким расчетом, чтобы между посетителями было минимум два часа, и отдавала обратно лакеям.

Сама она более ездить никуда не собиралась.

Народ — пошел.

Вот выезжать — дело другое. Быть в Париже, и не побывать в Комеди Франсез? В Тиволи? В Воксхолле?

Варя собиралась и побывать, и продемонстрировать себя. А что?

Клеопатра в помощь!

Наряды Элизабет Тейлор были великолепны, Варя половину из них и не бралась воспроизвести. Но адаптировать, стилизовать под Египет, кое-что добавить…

А параллельно в Париже открылся магазин «Клеопатра». А чего скромничать?

Швей они наняли, выкройки у Даши были, мерки она снимать будет, как Варя прикажет.

А специализироваться этот магазин знаете на чем будет?

На нарядах той самой Изиды Марэ.

Точнее — копиях. Под каждую даму — свое. И чтобы красиво, чтобы в том самом стиле, чтобы что-то подчеркнуть, а что-то показать. Ну и белье тоже. Нижнее.

Плевать на корсеты — панталоны — кринолины! А турнюром два раза огреть его создателя. Дамы должны выглядеть роскошно, когда одеваются и соблазнительно, когда раздеваются.

Прокатит?

Даша еще сомневалась, но… когда через два дня после появления в Париже мадам Изиды рядом с магазином остановилась карета, и из нее выбралась Сюзанна де Неккер, поняла — они выигрывают!

Барыня права!

Как ей только это удалось? Но она угадала!

Сюзанна, хоть и занималась активно благотворительностью, не утратила интереса к жизни, и к мужу, и Даша с удовольствием распахнула перед ней и двери магазина и каталог. Модели платьев тоже рисовала Варя.

Она же рисовала и выкройки для них. Это же ее профессия, она умеет! Так что у Даши было несколько альбомов, которые она держала в запертом несгораемом шкафу.

Первый — для клиенток, она его уже несколько раз скопировала. Там как раз были и белье, и платья… вот, его она Сюзанне и показывала. И судя по горящим глазам, той было интересно!

Второй и третий только для Даши.

Выкройки, расчеты… Даша пробовала шить так, как ей показывала барыня, и нарадоваться не могла. Прелесть же! Ты только умножай правильно, да крои! А потом сшить и вообще в радость! Это не примерять сто раз, а потом еще подгонять и подгонять с булавками!

И фасоны такие… удачные.

Мадам де Неккер остановила свой выбор на платье из сиреневого шелка, с глубоким вырезом, пряжками на плечах, подумала…

— Если мадам позволит предложить ей еще кое-что, под это платье? — Даша говорила чуть вкрадчиво. — Монсеньор сойдет с ума, когда вас увидит!

А что?

Сюзанне еще и сорока-то не было! И внешность у нее вполне-вполне позволяет!

Так что Даша достала еще один альбом и аккуратно показала его даме.

— Боже, какое бесстыдство!

Но выбегать из салона, крестясь и ругаясь, дама почему-то не торопилась. А вместо этого принялась разглядывать картинки.

Корсет. Чулки и подвязки, кружевные трусики и кружевные панталоны, кокетливые бантики и рюшечки, бюстье и бюстгалтеры. И прочий конфекцион, который так соблазнительно выглядит и так дорого стоит.

— Мадам, вы не наденете панталоны под это платье. Но вот это, — палец Даши упирался аккурат в панталончики, но коротенькие и кружевные, — вы можете надеть. И вот это, — Даша показала подходящее бюстье.

— Мадемуазель Дезире, это бесстыдство!

— Понимаю, мадам. Но может, вы захотите просто примерить? У нас есть один комплект… просто посмотреть?

Комплект был не один. И даже не два.

Варя распорядилась нашить их несколько дюжин, под разные размеры. Вот, примерно на такой случай. Мадам подумала несколько секунд — и кивнула.

Что ж… можно попробовать. Конечно, это жуткое бесстыдство, но интересно же?

Просто посмотреть…

Просто примерить.

Просто…

Интересно, понравится ли это мужу? А милому Луи?

Через два часа мадам покидала магазин с двумя комплектами белья, один из черного кружева, второй из белого шелка, и заказом на три платья. Ах, это ужасно бесстыдно, но отставать от моды?

Нет-нет, это просто невыносимо!

Это — нельзя! Лучше умереть!

— Мама, можно я сегодня пробегусь?

— Только оденься попроще и будь осторожнее.

В Париже они жили уже больше полугода, и Наташа освоилась достаточно. Да и друзей завела.

Да-да, тех самых мальчишек, которые, назовем вещи своими словами, собирали для мамы информацию. Наташа не сразу поняла, что и как мама сделала, а потом пришла в щенячий восторг.

Это ж…!

Мальчишки, конечно, делятся по районам, и могут враждовать с такими же ребятами с другой улицы, и скажем, ребята с Монмартра и ребята из Сен-Дени друг друга ненавидят и дерутся чаще, чем разговаривают, и четко знают границы своих земель, за которые лучше не заходить.

Смешно?

Мальчишки вообще смешные и забавные. Но с ними интересно!

Именно этого не хватало Наташе — интереса! Жизни, которая кипела и бурлила вокруг, чего-то новенького, зрелищ… даже не развлечений, а вот именно — действия.

Не смотреть, но быть участником событий!

С мамой оказалось, что мир огромный, сложный, а она вдруг может завести в нем друзей, может сама ходить по улицам города, может распоряжаться деньгами… конечно, это пришло не сразу.

Сначала они ходили по городу в сопровождении кого-то из мужчин, потом, когда освоились и узнали о местных опасностях, стали уже и вдвоем ходить, а потом Наташа и одна отлично бегала куда-то рядом.

В трактир, или за какими-то продуктами, в лавку, к той же Даше, или отнести письмо в редакцию газеты, или отнести размножить рукописный лист…

Да, мама и на газеты обратила внимания.

Наташа часто видела, как она проглядывает газеты и журналы, как что-то отмечает, а потом и сама пишет. Часто — с дядюшкой.

Наташа не понимала половину, но мама потом объяснила.

Гадания — это тоже товар.

И чтобы продать его дорого, даже очень дорого, надо подготовить местное общество. То есть вбросить цикли статей о Египте, о фараонах, о богах, о прорицаниях, чтобы сначала все были уверены, что там-то ясновидящие и водятся! И сплошь настоящие.

Потом добавить, что в Париж приезжает известная гадалка (неважно, где и чем известная), что будет она здесь очень недолго, и можно не успеть узнать о своей судьбе.

Потом уже рекламировать конкретную гадалку.

И только потом появляться в салоне.

Кто ж поверит какой-то тетке с улицы?

Да никто!

А вот если провести кампанию в прессе, рукописные листки разбросать, пустить сплетни, чтобы, когда дама Изида придет, уже подсознательно от нее ждали предсказаний, уже подсознательно, но ей верили…

Салоны, конечно…

Но Варя постаралась, и Наташа постепенно начала понимать, как и что делает мама. И это было интересно!

И мальчишки!

Сколько новостей с улиц они приносили! Это ж уму непостижимо!

Кто с кем встречается, кто кого ненавидит, кто, наоборот, будет союзником… круг расширялся, и если сначала мальчишек было всего лишь четверо, то сейчас их уже было больше пятидесяти, и встречаться со всеми разом не было никакой возможности.

Экю, конечно, утекали, но Варвара их не жалела, и Наташа теперь тоже. Они покупали то, что ценнее — знания. И мама снова обращала их в деньги. Только намного бОльшие.

Ходить на встречи с мальчишками теперь начала и Наташа, она выслушивала сказанное, записывала все на листе и отдавала маме. А та потом читала и объясняла, что и с чем можно сложить.

Мелочи?

Пока Варе было важно прикормить свою сеть. И чтобы они ее не ассоциировали с мадам Изидой. А зачем им такие нехорошие знания? Так что на встречи с ребятами она ходила без грима, в капюшоне, волосы пудрила, или Наташа, вот, бегала.

И сейчас Наташа бежала по улице, когда ее схватили за локоть.

— Эй, ты!

Двое парней, не мальчишки, а постарше, лет семнадцать — восемнадцать, и глаза у них нехорошие. Один уже тянул Наташу в переулок, второй перекрывал выход…