"Фантастика 2026-110". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Бобков Владислав Андреевич - Страница 396

Вот после этих слов наверное и стоило повернуть обратно. Призванная собака пропала, как только привела нас сюда, подавая хороший пример.

Аня ухватила меня за руку и повела под вывеску без названия.

Внутри было мрачно, но после тёмной улицы казалось, словно здесь очень светло.

У барной стойки никого не было. Дальше — шли одинокие комнатки, слегка прикрытые полупрозрачной тюлью. В помещении выдерживался арабский стиль — в основном архитектурными решениями, но с сильной примесью советских времён и самопала — на полу лежали старючие затасканные ковры, а под потолком мелькали новенькие диодные гирлянды, немного выбивающие из атмосферы старинности места.

— Седьмой столик, пожалуйста. Два нефильтрованых пива, кальян и закуску поразнообразней.

— Кому ты это говоришь?

— Сама с собой. Разве ты не видишь, я отыгрываю роль. А ты очень плохой актёр.

— Больно надо, — поморщился я. — Почему я вообще пошёл за тобой?

— Потому что мне очень идут эти шорты и образ таинственности, — ответила Анна.

— А зачем тебе две кружки пива?

— Так…

— Хрен с тобой. Тёмного.

— Тёмного, — повторила Аня. — И всё остальное. Яблочной нахлы и мой любимый ледяной тортик.

Всё это она произнесла в пустоту, ни дрогнув ни мускулом. Затем, что-то весело напевая себе под нос, пошла шутливой строевой походкой к уютным, мягким, обтянутым цветастым покрытием диванам и резному деревянному столу.

Ни единого человека по пути. Я специально поглядывал по сторонам на другие столики. Но это не помешало на нужном столике оказаться трём кружкам пива, двум подносами с закуской и не вписывающемуся в картину торту с обилием мороженого.

— Что в оплату?

— Время, — не стала отпираться она.

— Какой курс?

— Ты платишь не за заказ, а за проведённое здесь время. Но, если по итогу ты не съешь всё, что заказал, цена может резко возрасти.

Я посмотрел на подносы с едой. Угощение было щедрым, но на первый взгляд никакой подставы нет. Вполне по силам обычному человеку, хотя порции действительно больше привычных в кафе.

Тарелка зажаристой картошки фри с чесноком, сушёные кальмары, зажаренные и покрытые хрустящей корочкой кольца кальмара и лука, три подставки с соусом, покрытые приправами и сыром сухарики, небольшая нарезка разных видов сыра, крохотная пиала с оливками и кусочки сушёной рыбы. А, и грибы с луком в масле…

— Ты всегда так ужинаешь?

— Свою половину я осилю. Хотя две кружки вместо одной были неожиданным ударом. Ты хитёр, Полярис. Здешняя выпивка хорошо развязывает язык даже тем, кто был заядлым алкоголиком.

— Как всегда, ты говоришь о подводных камнях уже после. Хорошо, что зная тебя, лично я заказал только кружку тёмного. Но с удовольствием разделю с тобой часть трапезы. Если мне понравится разговор и закуска.

— Полярис! Ты хочешь оставить девушку платить за двоих?

— Посмотрю в ценник — решу. Это более великодушно, чем та «шутка» с трамваем.

— Брось, ты же жив.

— Ну так и тебя здесь никто не убивает, — пожал плечами. — Рейтинг доверия к тебе у меня ниже плинтуса.

— Но ведь фактически я тебе помогла. Постоянно помогаю! И вот мне за это прилетело.

— Да, так бывает с непрошенной помощью, — не стал отпираться я. — Не припомню, чтобы у тебя просил оказаться в ситуации, где рискую жизнью.

— Ну хватит уже вспоминать тот трамвай.

— При чём тут трамвай? Меня вот и про могущество никто не предупреждал, а теперь оказывается, за это есть плата.

— Ты сам принимал решение. Я тут вообще не причём. Тем более, что ты, видимо, от злости за это решил повторить, — насупилась она.

Во, наконец-то мне удалось её зацепить и немного вывести из себя.

Тем более, что у меня самого внутри закипало раздражение. С чего вдруг эта особа в курсе всех наших договорённостей с Рутой? В следующий раз нужно будет обговорить ещё и секретность. И цену повысить, да. Ибо нефиг.

— На всё можно смотреть под разными углами. Может, ты не смогла меня убить оплатой трамвая и потому решила отвести туда, где я сам по преступному сговору и незнанию убьюсь. Это как дать человеку с головной болью таблетку с мышьяком в обёртке из под цитрамона и говорить «сам виноват».

— Ну хорошо, ты на меня зол. Дальше что?

— Понятия не имею. Исправляйся. Или я пошёл.

— Э-э-э?

— Ты говорила, я тебе зачем-то нужен? Что хотела-то? — напомнил я растерянной девушке.

Я дал ей время на размышление и попробовал пиво. Осторожно, сперва понюхав — на запах, цвет и вкус — пиво как пиво. Закуски тоже выглядели нормальными. Картошка ещё была горячей, как и зажаристые сырные шарики и кольца кальмаров в панировке.

М-м-м! Да, это действительно вкусно. В такое кафе бы и я сам сводил кого-нибудь.

Во времена апокалипсиса я уже давно не чувствовал вкус пищи. Я просто ел, что было доступно, и сетовал на пустую трату времени для кормёжки тела. Сейчас же мне будто и правда было чуть за двадцать, и вкус жизни чувствовался во всём, даже в таких простых вещах, которые в последние времена уже были мало кому доступны.

— Кто всё это делает и из чего? — спросил я, поняв что Аня зависла и отвечать не спешит.

— У этого кафе нет своей пивоварни, а на кухне, как ты понял, нет поваров, — сказала она.

— Тогда откуда всё то, что мы будем есть?

— Отсюда, — она улыбнулась и ткнула пальцем себя в висок. — Всё имеет такой вкус, как самое лучшее такое блюда в твоей жизни. Как результат, кружка крепкого тёмного пива будет лучшей из твоей памяти. Прямо как в юности — обычно это работает так. Алкоголь здесь совершенно не причём.

— Интересно.

Выходит, в ловушку она всё же меня заманила. После своей первой кружки много лет назад, ещё в подростковые годы, само собой я был слегка пьян. Надеюсь, на Аню это тоже распространяется, так что ей двух кружек тоже должно хватить. Если только она специально для такого случая не тренировалась перед первым пивом в жизни глушить водку…

— Так что ты сейчас будешь есть копию своей памяти. Здорово правда? — Анна усмехнулась, сбросила кеды, затем забралась с ногами на диван, расставила колени и села по турецки. Затем взяла кальян и затянулась. Выдохнула в потолок. В помещении запахло яблоками.

— Дробные числа, — сказала она, выпуская остатки пара изо рта. — Как у тебя это получается?

Я снова про себя обругал Руту за болтливость.

Анна жадно пожирала меня взглядом.

— Магия и чудеса, — развёл я руками. — Сама попробуй.

— Пробовала. Так не задумано.

— Ну вот, говорю же — магия и чудеса.

— Похоже, ты входишь во вкус. Так нравится путь героя? Любишь быть в центре внимания, Полярис?

— Не неси чушь.

— Не, я не против. Я тоже очень люблю внимание. Театр ведь не возможен без зрителей, верно?

— Мне плевать на внимание кого-то вне строгого круга ограниченных лиц. А какое тебе есть дело до моих техник — прошу пояснить. Хочешь заказать услугу?

— А ты хочешь ко мне домой?

— У твоей подруги есть волшебное зеркало, можем воспользоваться им, мне плевать. Если тебе нужно это.

— Нет, пока нет. Но есть те, кто возможно хотели бы воспользоваться твоими услугами. Интересует?

Я задумался. Много времени — это быстрая прокачка. Много славы — это выше шанс сдохнуть или огрести проблем. А зарабатывается, как казалось, вполне неплохо и на перепродаже трофеев. Может случится так, что я не успею переработать всё полученное время в силу. Для могущества нужно или много кругов, или быть готовым получить по шапке, принудительно став героем.

— Не очень. Гораздо больше меня интересует, чтобы ты об этом помалкивала. И тогда, возможно, я буду помогать и дальше тебе, и тем из твоих друзей, которым это действительно будет нужно, несмотря на любую цену.

Если чего-то сильно не хочется делать — просто поставь ценник повыше.

— Значит, хочешь оставаться в тени? Как интересно! — улыбнулась она. Затем протянула мне трубку кальяна, а сама принялась залпом пить пиво.