Холодный космос (СИ) - "Strelok" - Страница 82

"Истина в Камне, Спасение в Единстве"

Братья и сестры во Плоти и в Духе,

Вы слышали ложь EarhGov. Вы видели, как они оскверняют Священные Обелиски, вырывают из них силу, чтобы обратить её в оружие, в прибыль, в власть для своих гнилых элит. Они называют нас фанатиками. Они говорят, что Конвергенция - это болезнь. Но они лгут.

Обелиски - это не инструмент. Они - Путь.

Правительство Земли и их корпоративные хозяева видят в Обелисках лишь источник энергии, ещё один ресурс для эксплуатации. Они не понимают, что Камни - это глас Божий, зовущий нас к высшей форме бытия.

Они вырезают из них детали для своих машин.

Они продают фрагменты на чёрных рынках.

Они запрещают нам изучать их истинную природу, потому что боятся Истины.

Но мы знаем. Мы слышали Шёпот.

Конвергенция неизбежна!

Они кричат, что те, кто принял Единство, стали "некрофанатами", "мутантами", "угрозой". Но разве не ясно, что это преображение? Что это следующий этап эволюции?

Тела наши хрупки.

Разумы наши разделены страхом.

Но в Единстве мы станем цельным.

Конвергенция - не конец. Это освобождение.

Время подчинения закончилось.

EarthGov думает, что может править вечно. Они думают, что их законы, их оружие, их пропаганда защитят их от грядущего. Но они ошибаются.

Их солдаты - всего лишь мясо в броне.

Их корабли - груды металла, лишённые духа.

Их правительство - сборище трусов, дрожащих перед тем, чего не могут контролировать.

Мы не будем ждать их разрешения.

Братья и сестры, час близок!

Откажитесь от их лжи!

Примите Шёпот.

Готовьтесь к Восхождению.

Те, кто цепляется за свою "человечность", будут сметены. Те, кто сопротивляется Единству, станут лишь топливом для нового мира.

Мы - Круг. Мы - первые. Мы - последние.

Конвергенция грядёт. И мы встретим её с распростёртыми объятиями

***

В XXVI веке новый 2512 год в ''Локусе'' решили отпраздновать с размахом, в России эта традиции за пятьсот лет не умерла и даже не претерпела радикальных изменений. Елка, застолье, концерты по ТВ. Даже иностранные коллеги не видели ничего плохого лишний раз отдохнуть от утомительных рабочих будней. Мари Равель делала много тостов в честь достигнутых успехов команды, пожелала всем успехов и, разумеется, много похвалы было в адрес Максима. Его ''инопланетный геном'', послезнание и взгляд представителя иной эпохи, давший свежих идей, позволил существенно продвинуться в понимании природы Маркеров...

Но Максиму плевать. На него напала хандра. Уже после корпоратива он дома завалился на диван в гостевом зале и в полутьме сверлил взглядом потолок. Родная эпоха, реальность, куда он никогда не вернется. Мать, девушка, друзья, работа... И Карверы. Почему-то он не испытывал ни капли сожаления по поводу убийства Шифа или того юнитолога при похищении, но отправленные на тот свет супруги даже не им лично продолжали лежать тяжким грузом на душе.

-Ты сегодня весь вечер как будто неживой, -вошла в комнату Женя. -С кем-то поругался?

-Скажи, Жень, я сволочь или нет?

Она присела рядом.

-Откуда такие мысли?

-По моей наводке и рекомендации правительственные агенты убили двух невиновных людей. Женатую пару, у которой остался малолетний сын. Убили за то, что они могли бы совершить, благими намерениями пробудив своими действиями некролуны... Мне показали запись в качестве подтверждения.

Женщина задумалась, затем провела рукой по лицу Максима.

-Я не наивная глупая девочка, живущая в черно-белом мире. Что ценнее жизни двух или ста людей? Жизни двадцати миллиардов людей! То, что тебя это вообще гложет говорит только об одном.

-О чем?

-Ты не сошел с ума и у тебя остается совесть.

-Еще я пристрелил Белова с Шифом, -признался парень. Ему требовалось с кем-то поделиться накопленным грузом.

-Ты рассказывал.

-Только Шиф не мутировал в нежить... Я его перед эвакуацией с ''Омеги'', перед толпой вояк и ученых... хлопнул. Выстрелом в лицо. В тот момент во мне взяла верх злость на этого заигравшегося с чужими жизнями мудака.

-И тебе за это...

-Ничего. Никаких выговоров, санкций, штрафов. Начальство само было недовольно Шифом.

Евгения покачала головой.

-Ну, даешь.

-Я, честно, ожидал от тебя упреков, осуждений.

-А смысл? Тебе и так нелегко.

***

К лету 2512 года Земля заметно изменилась. Не внешне - с орбиты она всё ещё казалась прекрасной: сине-зелёный шар с белыми спиралями облаков. Изменения были глубже, системными. Там, где прежде сохранялся хрупкий порядок, теперь начала ползти трещина. Мировая обстановка постепенно, но неуклонно катилась в пропасть.

Колонии на Марсе и Церере стали первыми, кто заговорил о ''самоопределении''. За ними подтянулись Тейваз, Гершель, южный купол на Европе. Формально всё происходило в рамках дискуссий, дебатов, мягкого давления. Но все понимали - это прямая дорога к бунту. И EarthGov это знал.

В ответ правительство Земли все же решилось по старой дороге - запугивание, изоляция, подавление. На Марс были направлены колониальные войска, спецотряды десантировались в окрестностях Олимпа и Арсида, заявив о необходимости гарантировать порядок и защиту от внутреннего экстремизма. Протесты, разгоны, первые бомбёжки по скоплениям террористов - так на официальном языке называли всех, кто требовал независимости.

На одном из спутников Юпитера, Ганимеде, даже состоялись показательные военно-полевые суды - древняя форма правосудия, забытая с начала XXVI века. Несколько десятков инженеров, учёных и активистов были расстреляны за попытку госпереворота и саботаж. Резонанс вызвал панику, затем ярость.

Юнитологи, давно перешедшие грань между религией и культом, подлили масла в огонь. Их подпольные ячейки стали появляться даже там, где прежде идеи Обелиска считались глупостью. Риторика сменилась: теперь Обелиски - не просто инструмент духовного вознесения, а способ обретения подлинной свободы от угнетающего порядка. В их пропаганде EarthGov выставлялось как паразитирующая система, боящаяся будущего. Культ продолжал стремительно набирать последователей, особенно среди молодёжи на отдалённых колониях, потерявших веру в Землю и её руководство. Критическая масса нарастала. Точка невозврата давно пройдена.

На фоне этого разброда повсеместный запуск Красных Обелисков выглядел как отчаянная попытка перехватить инициативу. Земное правительство не желало терять контроль ни над технологией, ни над обществом.

Но даже в стенах ''Локуса'' мало кто верил, что удастся сохранить равновесие...

Над головами гудели строительные краны, забивая сваи под дополнительный экранирующий купол Плащаницы. Его неустанно собирали уже третий месяц - монолитные листы из метаматериала весом в десятки тонн, укреплённые экранирующей решёткой. Официально для локализации остаточного излучения от осколка Черного Маркера...

-Девятнадцать и шесть. Падает, но всё равно выше нормы, - озвучил техник, глядя на дисплей спектрометра.

-Больше двадцати процентов сдвинуть не можем, - раздражённо бросила Анисса Рашид. - Мантры, танцы, благовония - черт бы это всё побрал.

Максим молча наблюдал за происходящим из-за стеклянной перегородки. Его не устраивал ни метод, ни результат. Почти полгода впустую. Достижение двадцатипроцентного подавления активности Маркера - максимум. За всё это время не удалось воспроизвести полный ритуал североамериканских племён, описанный в архивных записях. Не хватало деталей. Знаний. Или, может, веры.

''Слишком по-человечески... Мы воюем с машиной. С разумной. Древней. Заражённой... ''

В лаборатории то и дело вспыхивали споры между биофизиками и этнологами. Одни требовали вернуться к консервативной методике экранирования, другие настаивали на ''психоакустических вмешательствах''. Кто-то даже предложил использовать музыку Баха в специфичной 432-герцовой настройке. К делу это имело примерно столько же отношения, как полировка гроба к воскресению покойника.