Марвуд и Ловетт. Компиляция (СИ) - Тэйлор Эндрю - Страница 421

Пить девушка не могла, поэтому я только смочил ее губы. Она попыталась что-то сказать, но я не разобрал ни слова.

– Что? – переспросил я. – Зачем был нужен мышьяк?

– Чую адское пламя. – Голос служанки звучал так слабо, что его было едва слышно. – Вот дьявол до меня и добрался. Зачем я смешала его с сахаром, не надо было, это не она, сэр, это я во всем виновата, и теперь я горю…

– Горишь не ты, а хозяйский обед, – ответил я. – Ты что-то сказала про сахар?

Но тут девушка с криком забилась в конвульсиях и уставилась на потолок, выпучив глаза так, что казалось, они вот-вот выскочат из глазниц.

– Он идет, – выдохнула несчастная. – Дьявол идет…

Чья-то рука легла мне на плечо. Я поднял голову. Солдат доложил, что аптекарь наконец-то прибыл. Я обернулся, собираясь подбодрить девушку и заверить ее, что теперь все будет хорошо. Но служанка молчала. Ее глаза по-прежнему были широко распахнуты и глядели в потолок.

– Стало быть, аптекарь опоздал, – заключил солдат.

Издалека донесся львиный рев.

– Калибан голоден, – заметил господин Фэншоу. – Он привык обедать в это время.

Я не удостоил его слова ответом. Я послал за хозяином и его внучкой. Госпожу Фэншоу я тоже хотел видеть, но та наотрез отказалась со мной разговаривать. Втроем мы беседовали в саду, на солнечном пятачке рядом с летним павильоном. Здесь я надеялся избавиться от стоявшего в носу запаха смертного одра. К тому же в саду нас труднее подслушать.

– Ваша служанка умерла, сэр.

– От чего? Надеюсь, не от чумы?

Я покачал головой.

– Как звали эту девушку?

– Понятия не имею, – ответил старик. – Забыл. А может, и не знал. Она была всего лишь судомойкой. Я видел ее только во время общих молитв.

– Ее звали Ханна, сэр, – произнесла внучка.

– Вот, Мария знает, – с явным облегчением сказал господин Фэншоу. – Моя невестка Анна забрала эту девушку с Флит-стрит после того, как…

– После смерти Эббота, своего второго мужа, – безжалостно договорил я. – И он, кстати, умирал так же, как и служанка. Рвота. Понос. Боли в животе. – Я посмотрел на Марию Фэншоу, та глядела на меня в ответ печальными карими глазами. Между темными бровями девочки пролегла морщинка. – Ханна долго у вас служила? Откуда она?

– Матушка взяла ее перед Рождеством, сэр, когда ушла старая служанка. Ханна раньше приглядывала за лошадьми, которых джентльмены оставляли возле Темпл-Бар, и вообще бралась за всякие поручения.

– Кто ее родители?

– Не знаю, – пожала плечами Мария. – Кажется, они умерли.

– Ханна хорошо работала?

– Делала, что ей велят, сэр. Если не могла отвертеться.

– Твоя мать, похоже, была ею довольна, иначе она не взяла бы Ханну с собой.

– Наверное, – произнесла девочка, переступая с ноги на ногу. – Мне… мне она не нравилась.

– Полно, дитя мое, – укорил внучку господин Фэншоу. – О покойных дурно не говорят.

– Она украла у меня деньги, – продолжила Мария. Ее голос звучал чуть громче шепота. – Грозилась, что наложит на меня заклятие, если я кому-нибудь расскажу.

– Что за глупости? Мария, ты должна…

– Будьте любезны, сэр, обождите минутку. – Я поглядел девочке в глаза, та застенчиво смотрела на меня в ответ. – И часто Ханна воровала?

Мария нервно сглотнула, по-прежнему не сводя с меня глаз.

– Сэр, вчера я видела ее во дворе рядом с нужником. Кажется, она там что-то прятала.

Я нахмурился:

– Кажется? Ты не проверила? Не приперла ее к стенке?

– Вы не понимаете, сэр. Я ее боялась.

– Служанку с кухни? – удивился господин Фэншоу. – Что за чепуха?

– А почему ты ее боялась? – спросил я.

– Потому что Ханна нашла бы способ мне навредить, сэр. Она была очень хитрая. А еще она умела наводить порчу.

Вся эта история про сглаз и порчу звучала дико, но именно поэтому я готов был поверить Марии. Она ведь совсем еще ребенок, к тому же явно робкий. Служанка старше, а поскольку в квартире Эббота Ханна была ближе всех по возрасту к Марии, эти две девочки наверняка общались друг с другом.

– Покажи, где ты видела Ханну, – велел я. – Сейчас посмотрим, действительно ли там тайник.

Следом за Марией мы прошли через калитку и вышли во двор, где стоял нужник. Девочка остановилась у стены рядом с ним.

– По-моему, здесь. Видите? На земле пыль от раствора. – Мария осторожно поводила ладонями по стене. – Сэр, тут кирпич шатается.

Я велел девочке отойти. Под внимательным взглядом господина Фэншоу я вынул кирпич и просунул руку в отверстие. Но для меня оно оказалось слишком узким – мне удалось продвинуться вглубь лишь на три-четыре дюйма.

– Вы мне поможете, юная госпожа?

Девочка кивнула. Сосредоточенно нахмурившись и закусив губу, Мария просунула руку в дыру. Вот внутри скрылась ее кисть, а потом и запястье. Девочка взглянула на меня:

– Там что-то есть, сэр.

Мария выудила узкий сверток, представлявший собой грязную тряпку, завязанную узлом. Девочка отдала мне свою находку. И внучка, и дед следили, как я развязывал узел. Первым, что бросилось мне в глаза, была кружевная кайма.

– Это же твой платок! – воскликнул старик. – Багровый!

– Бордовый, сэр, – поправил я. – Тот самый, который лежал в вольере у льва.

– Я ведь отдал его тебе, – озадаченно хмурясь, обратился Фэншоу к Марии.

– Да, сэр, – подтвердила девочка, глядя на платок во все глаза. – Я думала, что потеряла его.

– Выходит, служанка его украла?

Мария кивнула.

Я развернул платок. В него были завернуты три фартинга, шиллинг и золотая монета. А еще – некий бумажный кулек.

– Да это же золотой. – Господин Фэншоу был не из тех, кто боится изрекать очевидные истины. – Честным путем эта девица его добыть не могла. Будь она жива, ее за такое ждала бы виселица.

Я осмотрел монету. На аверсе красовалась знакомая фигура в доспехах, с мечом в одной руке и пучком стрел в другой.

– Это голландский дукат, сэр, – ничего не выражающим тоном произнес я.

Фэншоу взял монету и перевернул ее:

– Да. С монетного двора в Утрехте.

– Верно. Однако вопрос в том, откуда у служанки этот золотой?

– Двух мнений быть не может: она его украла.

– Или получила за труды, – возразил я. – Если так, то от кого? От ван Рибика?

– Я один раз видела их вместе, – вставила Мария. – Дядю Хенрика и Ханну. Они стояли на дорожке, ведущей на конюшню, и разговаривали. Ханна была с ведром, она несла объедки свиньям.

– О чем ван Рибику беседовать с судомойкой? – удивился Фэншоу.

Я взглянул на девочку. Та смотрела на меня честными глазами.

– Действительно, о чем? – промолвил я.

Оставалось только заглянуть в кулек. Убрав монеты, платок и тряпку в карман, я развернул бумагу. Внутри лежала горка пропитавшегося влагой белого порошка.

– Да эта девица была отпетой воровкой, – часто моргая, заметил Фэншоу. – Что это? Сахар? Мука?

– Ответ на ваш вопрос даст господин Трамбалл, если он еще не ушел, – сказал я, сворачивая бумагу в маленький аккуратный сверток. – Но полагаю, что это мышьяк.

Глава 59

К тому времени как Тёрло и я вместе с гвардейцами покинули дом на Слотер-стрит, было уже почти пять часов. Прохожие украдкой поглядывали на нас, а в окнах соседних зданий мелькали любопытные лица. Никто не осмеливался спросить, зачем мы приходили в резиденцию Фэншоу.

Тёрло повел своих людей обратно в казармы Уайтхолла. Мне не было никакого смысла его сопровождать – лорд Арлингтон еще не вернулся из Дувра, – поэтому я медленно побрел назад в Савой, в Инфермари-клоуз. Сэм и Маргарет уже ждали меня, ведь утром, отправляясь в Уайтхолл, я распорядился, чтобы мой багаж отвезли домой. Как бы я хотел, чтобы мой путь лежал не туда, а на Генриетта-стрит!

И все же, возвратившись в родные пенаты, я испытал облегчение, хотя отсутствие Стивена поразило меня с новой силой.

– Госпожа Хэксби уже на Генриетта-стрит, хозяин? – уточнила Маргарет.