Королева хаоса (ЛП) - Оуэнс Н. - Страница 28

— Мама?

Я понимаю, что произношу это как вопрос, но увидеть женщину, о которой мне говорили, что я убила её… Это слишком. Всё детство я представляла её. Мечтала о тёплых объятиях, когда мне грустно. О возвращении домой после школы к человеку, который заботится обо мне, кормит, укладывает спать, печёт шоколадное печенье, когда я веду себя послушно. Я злилась на эту женщину за то, что она оставила меня с Фрэнком, а теперь стою перед ней, зная правду. Она пожертвовала собой ради меня. Да, я выросла рядом с чудовищем, притворявшимся моим отцом, но каждая рана, каждый шрам, который он оставил на мне… В итоге сделали меня сильнее. Я делаю шаг к ней, мне нужно убедиться, что она настоящая, но внезапно замираю, когда слышу, как где-то за пределами камеры открывается дверь. Женщина широко распахивает глаза и кивает в сторону койки. Во взгляде — мольба. Она хочет, чтобы я снова легла? Я непонимающе смотрю на неё… И вдруг слышу знакомый жестокий смех.

Фрэнк. Я бросаюсь к койке и делаю вид, будто так и не проснулась. Как раз когда я закрываю глаза и замедляю дыхание, слышу, как ключ входит в замок. Моя магия приподнимается где-то внутри груди, подталкивая меня наконец поставить этого человека на место раз и навсегда, но пока я сдерживаюсь. Напоминаю себе: он получит по заслугам в своё время, но сейчас нужно ждать и следовать плану. Всё должно сработать. Иначе никак.

— Это и есть великая сверхъестественная сила? Портал до сих пор держит её без сознания. Нам всё равно вести её к её величеству?

Незнакомый голос. Кто-то внезапно пинает мою койку, но я никак не реагирую.

— Да она вообще какая-то никакая. И что это у неё за отметины по всему телу?

Мужчина продолжает, и по камере разносится смех.

— Это моя работа.

Фрэнк произносит это с гордостью. Какая наглость. Гордиться тем, что издевался над ребёнком, который был в два раза меньше тебя.

— Я наблюдал, как рос этот маленький цветочек. И я следил за тем, чтобы у этой маленькой розы никогда не появились шипы. Королева Марго сказала, что после того, как получит от неё всё, что хочет, я смогу забрать её себе.

Он говорит это почти радостно. Фрэнк наклоняется и проводит пальцем по моей щеке, будто это нежное прикосновение, но он не знает… Цветок расцвел и у него теперь есть настоящие шипы. Я едва сдерживаю дрожь. И молюсь только о том, чтобы не вырвать от отвращения после его мерзкого прикосновения.

Где-то позади меня кто-то ударяет по металлическим прутьям. Фрэнк вздрагивает и отдёргивает руку. Я продолжаю лежать неподвижно, не желая выдавать, что уже пришла в себя, а моя магия продолжает давить изнутри, будто пытается прорваться сквозь кожу. Лишь вопрос времени, когда она вырвется наружу. И я боюсь того, что произойдёт потом.

— Угомонись, сучка. У королевы Марго большие планы на всех вас. Но пока она посылает вам подарки. Вы примете их и завтра вечером присоединитесь к ней за ужином. Нам есть что отпраздновать, и ей хочется немного качественного семейного времени, раз все наконец дома.

Затем он смеётся и этот скрежещущий звук я слышала слишком много раз. Он снова наклоняется, на этот раз прямо к моему уху.

— Мой сладкий маленький цветочек, я знаю, что ты меня слышишь. У твоей сестры большие планы на тебя, но она обещала мне немного твоей сладости. Я знаю, что ты уже отдавалась этим мальчишкам. Я чувствую запах. Но не переживай… это просто значит, что мне не придётся быть слишком нежным.

Он проводит языком по моей щеке и отступает, смеясь и мои мышцы каменеют. Я изо всех сил стараюсь не сорваться и не броситься к туалету, чтобы вывернуть себя наизнанку. Я слышу крики, рычание, низкие голоса где-то за пределами камеры и снова грохот металлических прутьев, но я не могу пошевелиться.

Когда наконец раздаётся громкий лязг закрывающейся двери и щелчок замка, я жду ещё целую минуту, пока больше не могу терпеть. Я резко вскакиваю и бросаюсь к перегородке, скрывающей крошечный туалет. Я успеваю добежать как раз в тот момент, когда желудок начинает выворачивать. Даже не помню, когда последний раз ела, почти ничего не выходит, это значит, прошло уже много времени. Грудь пульсирует, словно боевой барабан, призывающий меня к действию, а желудок всё ещё сводит. Я больше не позволю себе бояться Фрэнка, не теперь, с магией, которая гудит под кожей и даёт уверенность, что я легко могу его уничтожить. Нет, дело не в страхе, а в том, что он коснулся меня так, будто имел на это право. И тут я думаю о своих мужчинах, о том, что чувствую от их прикосновений, на секунду представляю, будто они рядом. Их тепло, запах. И вдруг мне хочется, чтобы им не пришлось увидеть то, что скоро произойдёт.

Я медленно поднимаюсь, даже не заметив, что в какой-то момент опустилась на пол. Вытираю рот и очень хочу зубную щётку, или хотя бы ополаскиватель. Похоже, гигиена зубов не входит в список приоритетов для заключённых. Я поправляю одежду, глубоко вдыхаю и поворачиваюсь к глазам, которые являются отражением моих. К моей матери.

На этот раз я делаю шаг к ней увереннее, потому что теперь знаю: именно эта женщина приходила ко мне в темноту бездны и направляла меня тогда, когда я даже не понимала, что нуждаюсь в помощи. Когда я подхожу к окну, замечаю слёзы, бегущие по её щекам. И на секунду замираю от удивления, когда она протягивает руку и вытирает слёзы уже с моего лица. Когда я вообще начала плакать? Она смотрит на меня сверху вниз и улыбается, но ничего не говорит. А что вообще можно сказать человеку, которого не видел восемнадцать лет? Я растерянно смотрю на неё, когда из-за её спины раздаётся другой голос:

— Марго забрала её голос в день нападения. Мама смогла бы либо наложить заклинание на неё, либо придумать способ сбежать.

Я качаю головой, нет, это не может быть правдой. Я слышала её голос раньше. Она разбудила меня, предупредила до того, как появились Фрэнк и тот второй. Я точно слышала.

Я непонимающе перевожу взгляд на мужчину. Папа говорил, что у мамы были другие истинные пары, но этот парень выглядит всего на несколько лет старше меня. Неужели сверхъестественные стареют настолько медленно?

— Кто ты? — спрашиваю я, потому что до этого даже не замечала, что рядом с ней кто-то есть. Мама смотрит на него и кивает. И к моему шоку он просто проходит сквозь стену прямо в мою камеру. Я отшатываюсь. Похоже, я всё ещё не привыкла к магии и тому безумию, на которое способны некоторые люди. Он протягивает мне руку, словно приглашает взять её и сначала я колеблюсь. Потому что незнакомцы — зло и всё такое, но потом смотрю на маму, она снова ободряюще кивает. Я осторожно беру его за руку и в следующую секунду он тянет меня сквозь стену. Магия внутри меня колыхнулась от этого странного ощущения прохождения через что-то настолько твёрдое. Я резко хватаю воздух ртом, потому что движение будто выбило из меня дыхание. А ещё через секунду меня уже окутывает тёплое объятие, запах жасмина и ванили. Мама.

— Меня зовут Джаспер. Я твой старший брат. Рад наконец познакомиться, Аззи. Жаль, что при таких обстоятельствах, но времени у нас мало. Мама говорит, у тебя есть план. Расскажешь?

Я стою и просто смотрю на него в шоке. А потом непроизвольно начинаю быстро кивать. Неверие всё ещё проносится по телу. Но затем я вспоминаю, как Майкл говорил, что у меня есть старший брат, но можно ли ему доверять? Моя старшая сестра хочет убить меня ради моей силы и короны. Почему он не может захотеть того же? Я делаю шаг назад, подальше от него и от мамы тоже. Похоже, Джаспер сразу всё понимает — и подозрение на моём лице, и страх. Он поднимает руки и смеётся.

— Марго делает всё это сама. Править может только королева, а мне такая власть не нужна. Я пленник здесь не меньше остальных.

И прежде чем успеваю себя остановить, выпаливаю:

— Если ты можешь проходить сквозь стены, почему просто не ушёл?

Его лицо становится грустным. Он пожимает плечами.

— Сквозь стены я пройти могу. Но не через металлические двери. Они блокируют магию. Очередная больная игра нашей сестрички. Она позволяет нам сохранить способности, прекрасно зная, что использовать их с пользой мы всё равно не сможем.