Вечно голодный студент 7 (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 72

— Окей, — ответил я. — До встречи.

Ронин покинул беседку и направился к местной администрации, в которой заседают деды, а я пошёл в «командировочное жильё», то есть, к Хумай Мердановне, чтобы доесть остатки плова.

Захожу на кухню и ставлю перед собой здоровенный казан, на дне которого лежит плов, а под ним скопился жир, который интересует меня больше всего, ведь в нём просто дохрена килокалорий.

Вдова налила мне полный стакан местного коньяка «Гарабекевул». Алкашки тут, кстати, довольно-таки много — запасов на складах, явно, больше, чем могут усвоить местные жители, поэтому ценится она не так сильно.

А я и рад, потому что коньяк — это интересный источник килокалорий, впрочем, как и другой алкоголь.

— Спасибо, — поблагодарил я хозяйку и приложился к гранёному стакану. — Уф…

Зажёвываю коньяк большой ложкой плова, а затем допиваю остатки из стакана.

Вдова смотрит на меня, как на больного на голову — наверное, ей сложно осознать, что очень скоро весь спирт, содержавшийся в коньяке, будет расщеплён и обращён в бесценные килокалории.

Мне, конечно, похорошело от 250 миллилитров коньяка, выпитых залпом, но это призрачное ощущение сытости быстро прошло, как и всегда…

«Я, наверное, уже могу называться алкашом», — подумал я, жуя плов. — «Я ведь просто обожаю алкашку и пью её при любом удобном случае».

Но всё это ради этого самого мимолётного ощущения, будто я наелся. А в башку алкоголь мне уже не даёт — нужно навернуть сивушного говна с максимальным содержанием спирта и токсинов, чтобы меня поплавило.

Хороший коньяк такого эффекта на меня уже давно не оказывает, поэтому я пью его не ради этого.

Доедаю плов и перехожу к самой лучшей части — к выпиванию жира…

Божественный нектар полился мне в глотку, начав расщепляться на радость и блаженство прямо в ротовой полости. Организм-то, сучий потрох, прекрасно понимает, что мы получаем ударную дозу килокалорий, поэтому сразу же выделяет мне поощрение в виде гормонов счастья, чтобы закрепить такое поведение.

Но жир со дна казана закончился, я поставил его обратно на стол и поскоблил его стенки ложкой.

— Спасибо, Хумай Мердановна! — поблагодарил я хозяйку.

— Пожалуйста, — ответила она. — Как вернёшься, будет готово ещё.

— Вы, кстати, надумали уже о переезде? — спросил я.

— Да, я уже приняла решение, Костя, — ответила она. — Сегодня начну собирать вещи и завтра поеду в аэропорт.

Желающих переехать в Волгоград не так много, как я ожидал изначально — десятки людей согласны на переезд, но остальным привычнее жить тут, потому что тут не так плохо, как может показаться.

«21 градус тепла зимой, блин…» — подумал я. — «Отопление, в принципе, необязательно. Теплицы отапливать тоже необязательно, а это роскошная экономия».

— Ты не передумал? — спросила Хумай Мердановна. — Я точно могу переехать в твой дом?

— Не передумал, конечно! — ответил я. — У меня здоровенные апартаменты и вы сможете жить в них вольготно — будете помогать Елене Викторовне и её мужу, Сергею Ивановичу, поддерживать дом в хорошем состоянии. Считайте, и жильё есть, и работа!

— Спасибо тебе, Костя, — поблагодарила она меня.

— Да не за что, — сказал я. — Я выигрываю от этого не меньше, чем вы.

Я стратегически заскаутил её, чтобы иметь постоянный доступ к ебейшего качества плову.

— И не забудьте свои специи! — попросил я.

— Конечно, не забуду, — пообещала Хумай Мердановна.

— Ну, тогда я пошёл, — сказал я. — До встречи!

*Исламская Республика Иран, остан Хорасан-Резави , деревня Дор Бадам, 16 января 2028 года*

«Мы уже не в Техасе, Тотошка, блядь…» — подумал я, рассмотрев деревню.

Я понял, что покинул Туркменистан, гораздо раньше — когда на дорогах появились знаки с персидским алфавитом. В Туркменистане же латиница, поэтому различие бросилось мне в глаза.

Большую часть пути я прошёл по горам, непроходимым для нормального человека, но вполне проходимым для меня. По шоссе я шёл последние километров пять, потому что увидел издалека какое-то поселение.

Рассматриваю деревню в комбинированном режиме зрения, чтобы ни одна сука не могла ускользнуть от меня. И осмотр принёс свои плоды — я заметил собак, лежащих в окраинном саманном доме.

Эти твари меня тоже заметили и сразу же пошли на выход. Крупная группа, под прикрытием здания, двинулась на юго-восток. Думаю, местные собаки не тупее сородичей из Волгоградской области, поэтому это не бегство, а какой-то тактический манёвр.

А вот меньшая группа, уже показавшаяся мне, по-видимому, будет отвлекать меня и сближаться, чтобы минимизировать риск моего бегства.

Между мной и этой группой меньше 300 метров, поэтому можно было уже начинать стрелять, но я не стал, потому что не хочу тратить патроны зря.

Отпускаю «Печенег» и вооружаюсь профовским мечом.

Иду на собак, а те идут на меня — по их мордам я вижу, что они удивлены и размышляют о природе происходящего.

Неспешно ступая, разминаю руки, готовя их к жестокой рубке, а собаки разыгрывают классику, то есть, дробятся на три группы, одна из которых будет отвлекающей, а две будут фланговыми.

Ничего нового, блин, хотя казалось бы — Иран…

Отвлекающая группа набирает скорость, сокращает дистанцию и на меня кидается слабейший пёсик.

Молниеносным движением отрубаю ему башку, и меня окропляет его кровью. Моих ноздрей касается невероятно тухлый запах — возможно, эти псы пробавляются исключительно падалью и мутировали для лучшего её усвоения.

Следующие двое псов атакуют одновременно, нацелившись мне в ноги, но я совершаю рывок на пару метров в сторону и вбиваю занесённый меч в череп левому псу, убивая его мгновенно.

Никакого опыта мне, конечно же, не дают, потому что эти твари безопасны для меня. Нужно полностью раздеться и оставить оружие дома, чтобы они представляли для меня хоть какую-то опасность, но даже так, сильно много опыта я не получу.

Правого пса я бью с ноги и роняю его на каменистую почву, а затем добиваю уколом меча в грудную клетку. Пёс подёргался несколько секунд, а затем обмяк, но я в такую херню уже давно не верю, поэтому наношу укол остриём меча в шею.

Остальные псы, обходившие меня с фланга, растерялись, так как весь их схематоз накрылся мохнатой пиздой — нет больше отвлекающей группы.

Их собачьи мозги не смогли выработать решения лучше, чем просто атаковать меня с двух сторон одновременно.

Начинаю жестокую рубку кидающихся на меня собак, не забывая бить кулаками и ногами тех, что умудряются вцепиться в мой брезентовый костюм.

Когда сдох восьмой по счёту пёс, оказавшийся сукой, оставшиеся трое сразу же бросились в паническое бегство.

«У них всегда примерно одинаковый запас прочности», — подумал я. — «Очень предсказуемые твари».

Интерфейс вообще никак не оценил произошедшее, потому что я не получил ни единого очка опыта. Разочарование, капец…

Крупная группа, пошедшая в обход, скоро будет здесь, потому что я вижу, как эти твари стремительно движутся примерно в семистах метрах к северо-востоку, под прикрытием невысокого дувала.

Я насчитал девятнадцать голов и мне вообще не захотелось возиться с ними, потому что это вообще не имеет никакого смысла лично для меня.

Но собаки всё никак не появлялись, а затем из-за холма выглянула одна из них и визуально оценила ситуацию. А ситуация такова, что я уже начал ходить и стаскивать туши собак к зданию то ли магазина, то ли пекарни.

Оглядываюсь на пса-разведчика, и тот сразу же прячет голову.

Пожимаю плечами и продолжаю стаскивать туши.

Мне не нравится то, как воняют эти твари. Особенно мне не нравится, как воняет их кровь. Оказалось, что запах тухлого говна исходит именно от крови, а это, вообще-то, очень странно. Значит, у них какая-то тухлая кровь? А если кровь у них тухлая, то и жрать их, получается, нельзя?

Становлюсь на колено перед одним из псов, распарываю ему грудную клетку и вытаскиваю из неё сердце. Да, так и есть — жутко воняет тухляком.