Парагвайский вариант. Часть 3 (СИ) - Воля Олег - Страница 13

Производство швейных машинок в Пакистане

Ссылка: https://t. me/paragvajskij_variant/133

Устройство двигателя/генератора постоянного тока

Ссылка: https://t. me/paragvajskij_variant/135

Тот самый пистолет, из которого стреляли в живот Солано

Ссылка: https://t. me/paragvajskij_variant/136

Фабрика по производству резиновых сапог

Ссылка: https://t. me/paragvajskij_variant/137

Заводик по выпуску резиновых шлангов

Ссылка: https://t. me/paragvajskij_variant/132

Видео о водолазном деле

Ссылка: https://t. me/paragvajskij_variant/131

Модель паровой машины от завода Merrick Towne Реплика устройства, запрошенного Солано у инженера из Филадельфии.

Ссылка: https://t. me/paragvajskij_variant/130

Прототип яхты Солано — шлюп «Клируотер»

Ссылка: https://t. me/paragvajskij_variant/124

Шифровальная машина Джефферсона

Ссылка: https://t. me/paragvajskij_variant/74

Шифровальный диск Альберти

Ссылка: https://t. me/paragvajskij_variant/110

Глава шестая

Вода сталкивается с огнем, а мужество — с коварством

В тесном салоне флагманского корвета «Реставратор» (который ранее именовался «Либертад») собрались капитаны микроскопического по меркам Европы перуанского флота. Генерал-капитаном эскадры и капитаном непосредственно «Реставратора» был Хосе Ботерин Бесерра. Рядом с ним сидели капитаны: корвета «Сокабая» Хуан Хосе Панисо-и-Таламантес; корвета «Юнгай» Игнасио Мариатеги-и-Тельерия; Хосе Мария Сальседо, командовавший барком «Лименья». Все они сосредоточенно слушали доклад капитана шхуны «Янакоча» Эстебана Сальмон де Луна.

— Таким образом, на всех местах, пригодных для высадки, видны следы активной подготовки. Особенно активно укрепляются пляжи, близкие к Лиме: Анкон, Макаа, Чилька, Мала. Далее на юг активность снижается.

— Да что они могут построить? — фыркнул капитан Сальседо. — Нагнали крестьян, нарыли бруствер и поставили что-то из арсеналов Кальяо или Лимы. Такое укрепление — это на час обстрела. Мы всё там разметём по камушку.

Разведчик покачал головой.

— Батареи расположены в полумиле от кромки прибоя и не способны работать по кораблям, зато очевидным образом они могут эффективно работать картечью по десантным средствам. В бухте Анкон батареи построены ближе к берегу, но так, что по акватории они стрелять не могут из-за массивного защитного вала, а стволы орудий направлены вдоль кромки прибоя. То есть обороняющиеся планируют расстреливать именно десант, а не корабли. А защитный вал не позволит нам их подавить. Кроме того, я совершенно уверен, что видел далеко не все позиции. А те, что я видел, скорее всего, будут замаскированы. И не откроют огня до момента высадки десанта с лодок. Вы готовы, капитан, пожертвовать сотнями хороших парней для того, чтобы узнать, где же пушки гуанерос? А?

— У страха глаза велики.

— Вы назвали меня трусом⁈ — с вызовом воскликнул капитан шхуны.

— Спокойно, — рявкнул командующий, прекращая начинающуюся ссору. — Капитан де Луна, что известно о Писко?

Горячий идальго недобро посмотрел на обидчика и, пошевелив роскошными усами, переключился на доклад.

— Около Писко мою шхуну обстреляли со старой королевской позиции. Так что, очевидно, она вполне боеготова. Близко подойти я не рискнул, но издали строительства новых батарей я не видел. Зато я внимательно осмотрел берега бухты Паракос и кромку берега южнее полуострова и нигде никакого строительства не заметил. А берег там благоприятствует высадке во множестве мест.

Эстебан замолчал, а капитан «Юнгая» проворчал:

— Три здоровенных пушки калибром в тридцать два фунта. Зачем им ещё что-то, если они могут нашпиговать наши корабли с трёх миль?

— Ты преувеличиваешь, Игнасио, — улыбнулся командующий. — Три мили — это максимум. И попасть на таком расстоянии можно только в стоячую мишень. Мы же не собираемся такой быть?

— А мы что, уже решили идти на Писко? — удивился Игнасио Мариатеги. — Нас же там наверняка ждут.

— Ну с чего ты решил? — возразил командующий. — У гуанерос не бесконечные силы, и они не могут везде на побережье иметь сильные отряды для отражения высадки. Очевидно, что они защищают берег вблизи от столицы. Это для них критически важно. На берега близ Писко и Ики им просто сил не хватит. Если наша армия высадится в Писко, то ей ещё сто пятьдесят миль идти до Лимы, и гуанерос могут рассчитывать на сухопутные сражения на подготовленных ими позициях.

— Именно этого жаждут избежать наши генералы, — развёл руками генерал-капитан Бесерра. — Я специально вас всех собрал, чтобы выработать единую позицию по этому вопросу и единым фронтом её отстаивать. Я предлагаю Писко. Наши резоны следующие. Это ближайший оборудованный пирсом порт на территории, захваченной гуанерос. От нас до него всего четыреста миль.

— Четыреста девять, — буркнул капитан Сальседо, но командующий от него отмахнулся.

— Это четыре дня хода для транспортов. И значит, за короткое время мы можем перебросить любое количество войск вместе с их лошадьми и пушками. На необорудованный берег разгружать кавалерию и пушки — это потеря времени. Чилийцы в Анконе трое суток разгружались и десятую часть лошадей утопили при этом.

Собравшиеся кивнули с пониманием. Недавнюю кампанию чилийцев против перуано-боливийской конфедерации все хорошо помнили.

— В порту мы разгрузимся за сутки, — продолжал мысль командир. — Армия быстро подчинит район Писко и Каньете. Это будет отличным тылом для войска и существенным успехом для снижения морали и воли к сопротивлению у врага. А то, что армии придётся продвигаться вдоль берега, преодолевая сопротивление гуанерос, — так это их работа. Мы с моря всегда поможем своими пушками.

— Не везде, — опять проворчал капитан барки «Лименья». — Дорога часто идёт очень высоко над водой. Мы не увидим цель и не добросим даже ядра. Я хорошо знаю эту дорогу. У меня же поместье под Каньете.

— Хорошо. Не везде, — согласился командующий. — Но мы можем угрожать высадкой десантов, и гуанерос будут вынуждены держать часть сил для отражения нашей угрозы. Этим мы существенно поможем армии. Какие у вас будут соображения?

— Писко, значит, — вздохнул Игнасио Мариатеги. — В принципе, если не жалеть пороха, то подавить старую батарею мы должны. У нас суммарно сорок пушек в бортовом залпе. Если будем маневрировать колонной и постоянно сближаться, то им по нам попасть будет сложно.

— Только разворот нужно совершать все вдруг, а не колонной, — добавил капитан корвета «Сокобайя» Хуан Таламантес. — Колонна при развороте будет проходить через одну точку, и я бы на месте артиллеристов этот момент специально бы ждал. А если все разворачиваются «вдруг», то мы им не подставляемся.

Обсуждение шло ещё больше часа, и командующий был удовлетворён итогами. Даже в случае ожесточённого сопротивления они высаживали десант в порту. Пусть и с некоторыми потерями для экипажей кораблей. Но записка, лежащая в его кармане и, о которой он не стал никому сообщать, сулила вариант ещё благоприятнее.

Рука капитана выудила листок, полученный от консула Британии.

«…Этот патриот обещает заклепать орудия ввиду приближения вашего десанта. Вы знаете, что выбить зазубренный гвоздь из запального отверстия — задача нетривиальная, хоть и возможная. И времени бездействия этой батареи вам, вероятно, хватит».