Министр товарища Сталина 2 (СИ) - Коруд Ал - Страница 24

Для начала сотрудники доктора Греттрупа приняли участие в воссоздании в СССР «Фау-2». С неё, собственно, и началась история советской ракетной техники. Затем им поручили сконструировать более мощную и совершенную ракету. Но главным достижением группы Греттрупа стал проект ракеты, способной доставлять боеголовку весом в тонну на расстояние свыше 2500 километров. В ходе той работы выдвинули комплекс идей и решений, определивших по сути высокий уровень советского ракетостроения: «пакетная», или иначе параллельная, компоновка ракеты.

На этих принципах построили все ракеты, вышедшие из конструкторского бюро Королёва, который до сих пор считается их автором. В 1949 — начале 1950-х годов филиал на острове Городомля работал над проектом ещё более мощной ракеты с боевой нагрузкой три тонны и дальностью три тысячи километров. Этот проект признали лучшим, чем проект, подготовленный КБ Королёва. Хотя его не осуществили, заложенные в нём научные и технические решения в полной мере использовал Королёв в дальнейшей работе.

Кроме того, Греттруп впервые в мире сформулировал доктрину проектирования сложных систем, к которым относятся и ракетные комплексы. Его группа работала независимо от советских конструкторов, что позволило внедрить ряд оригинальных решений. Некоторые из них оказались даже более удачными, чем у советских коллег. Однако из-за политических решений в конце 1950 года «немецкий» филиал НИИ-88 упразднили, и дальнейшее участие немецких специалистов в советской ракетной программе прекратилось. Вот тут точно стоит разобраться и немецких товарищей не отпускать. Если не на основном направлении, то на другом Греттруп может пригодиться.

В Пенемюнде Греттруп был заместителем доктора Штейнхофа, отвечая за системы управления баллистических и крылатых ракет. Вот на это направление его и поставим! Вместо акцента на баллистические ракеты СССР мог бы сделать ставку на развитие крылатых ракет и авиационных носителей. В ряде стран (например, в США) именно крылатые ракеты и стратегическая авиация рассматривались как основной способ доставки ядерного оружия на начальном этапе холодной войны. Такой путь мог бы привести к более раннему развитию авиационных комплексов с крылатыми ракетами и, возможно, к иной структуре стратегических ядерных сил. Так что пусть в теории, но такая идея побудет. В связке «самолёты — крылатые ракеты» мы сможем создать серьёзные проблемы на европейском театре действий. Вместо того чтобы клепать десятки тысяч танков и держать миллионы пехоты.

И я сейчас совершенно бессовестно воплощал в бумаге будущие успехи наших конструкторов. На память рисовал расчёты и формулы, чертежи. Позже приходилось объяснять Антонине, что есть что. Она, внезапно осознав, что мы такое рисуем, была честно поражена. О космосе ведь в СССР уже снимали художественные фильмы. Интересно, Королёв, Челомей и Янгель узнают свои проекты или хотя бы собственный почерк? Не исключено, что в будущем так и выйдет. То-то их настигнет когнитивный диссонанс. Но пусть сейчас думают, что мы стырили новейшие разработки американцев и англичан. Пожалуй, нужно сразу привлекать и авиаторов. Часть чертежей и расчётов касаются авиационной техники и реактивных моторов. Детские болезни, требования к технологам — всё это ложится на бумагу. Блин, на такое потребуется несколько дней или даже неделя.

К вечеру мы с Антониной были буквально в мыле. Она вечером за чаем решила, что нужно привлечь ещё двух проверенных сотрудниц. Одна из них неплохо рисовала. Я подумал и согласился. Не хочется выносить эти бумаги из особняка. Распорядился, чтобы внизу девушкам приготовили комнаты и отдельные автомобили, которые будут их забирать и доставлять домой. Груша взяла на себя заботы по готовке. Я же с чувством честно выполненного долга завалился спать. И был под утро разбужен весьма пикантным образом. Видимо, Тоня решила меня немного расслабить. Всё-таки в постоянной женщине есть своя прелесть. Но из головы не уходила Маша. Это точно какая-то химия! И она сводила меня с ума. Придётся завалить себя работой и физическими упражнениями.

В итоге неделя превратилась в «День сурка». С утра — зарядка, небольшая прогулка по осеннему городу в сопровождении охраны. Затем — рабочее совещание на Лубянке и приём докладов. В принципе управления и отделы заряжены указаниями, лишний раз не дёргают. Все руководители знают, что за обращение по мелочам могут получить люлей. Но им и так забот хватает. Контрразведка по выданным мной ориентирам усиленно ищет нелегальную резидентуру. Пока не особо успешно. То ли память подвела, то ли первые волны темпоральности начали работать. И мне удалось тормознуть приезд израильской делегации. Молотов меня внимательно выслушал и принял резоны. Пока не до евреев и их влияния на политику страны. Да они мне ещё нужны будут, когда начнём прижимать беглых нацистов. Отпустим в Израиль ветеранов войсковой разведки с условием, что те начнут мочить нацистов. Желающих в этой среде хватает. Я рискую, конечно, но зато получаю в руки замечательный инструмент. «Моссад» ещё не создана, но какие-то структуры по примеру английской разведки евреи создают. Вот и будем использовать их втёмную. А я посмотрю, насколько они могут быть для нас полезны. Есть более глобальная идея, но пока о ней говорить рано. Иногда мысли уносят меня так далеко, что становится страшно. Жестокость реципиента и времени так сказываются? Или собственная вторая смерть? Умирать оно никогда нерадостно.

Судоплатов завален работой в связи с текущей операцией, но заодно курирует проект «Золото гномов». Эйтингон в Европе занимается семейством Валленбергов и через них — золотом нацистов. Моя задача — не просто уничтожить шведских олигархов, а выжать из них деньги или получить контроль над предприятиями. Говорит, что эти хитрые шведы имеют глубоко законспирированные связи в глубинной Европе — той, что заварила на континенте две войнушки. Только нашей стране они таким боком вышли, что мама не горюй. И я считаю своим моральным долгом отплатить этим тварям сторицей. Мягковаты стали со временем большевики и ГБ. Хотя сейчас еще хоть на что-то годны. Брежнев же в моем мире подписал Хельсинки, затем нас постоянно этот пакт в морду европейцы совали. Зачем он нам был нужен? Европа рвет договоры при любом удобном случае. Так что никаких договоров с этими ворами.

Так что жду скоро Наума и полковника Копелянского с докладами. Тогда же дёрну Ивашутина, который сейчас плотно разрабатывает разведку Гелена. Будем вместе раскладывать стратегию об охоте за нацистами, а также об уничтожении разведывательной сети США в Европе. Против англичан мы пока слабоваты. Но, ребята, не мы эту холодную войну начали.

Хозяин меня не дёргает, предупредил, что двух докладов в неделю хватит. В прошлый мой приезд выглядел он откровенно плохо, даже не задал никаких лишних вопросов. Мне уже почудилось, что из-за прямого вмешательства события могут пойти совсем не так. А я ещё не готов перехватить власть в свои руки. Да и пора Леонова переключать на Меркулова, но тут будет грозить конфликт с Берией. Вот так и живём, как гадюки в яме! Общество справедливости, млять! Иногда реально хочется ввести своих волкодавов в столице и перестрелять всю эту сволочь. Но мы не в Латинской Америке. И в условиях начавшейся жёсткой конфронтации мне ослабление страны невыгодно против мировой закулисы. Интересно, а был ли шанс с ними как-то сотрудничать? Я бы даже рассмотрел такой вопрос. Ставлю жирную галочку в «Блокноте на подумать». Только вот с кем переговариваться? И лучше делать это с позиции силы. Так что подождём воплощения «Золота гномов».

А что у нас там по авиации?

Глава 9

25 октября 1948 года. Срезы решений

Лубянка

Генерал Судоплатов с недовольством посматривал на подчинённого: