Фэнкуан: циклон смерти (СИ) - Дени Женя Женя - Страница 51

— А может, они уже ушли?

— Ага, бабы не ушли, а эти взяли и ушли…

— Ну у баб как бы стимул был…

— Да тихо вы… — Дукалис оборвал перепалку, наклонился к замочной скважине.

Замок здесь был старый, как и сама дверь. Щель для ключа оказалась такой широкой, что через неё вполне можно было разглядеть происходящее снаружи. Однако он увидел лишь окровавленную стену напротив.

— Вроде нет никого… Но на стену будто кто-то кровью чихнул…

Почти сразу за этим раздались выстрелы. Все переглянулись.

— Это что, полиция? — обрадовался Алекс.

— Слава яйцам! — Жеребец вскинул руки вверх.

— Походу, зачищают. Нормально так шумят. Значит, уродов там ещё до хрена, — сказал Рома.

Дукалис снова припал к замочной скважине и увидел, как несколько тел ковыляют в сторону фойе.

— Опа… а в коридоре-то зомбари были, оказывается. Ща бы вышли… нарвались…

— Предлагаю подождать, пока воентура всё зачистит, — Рома переводил взгляд с экрана телефона, проверяя, не появилась ли связь, на дверь гримёрки, оценивая целостность баррикады. — Не будем высовываться. Можно в суматохе пулю схлопотать или покусают ещё.

— Здравая идея. Давайте эту прореху шкафом закроем. Мало ли, бабы всё-таки дверь вынесут.

Дукалис с Ромой поднатужились и подняли тяжёлый металлический шкаф, в котором технички хранили швабры, вёдра и прочий уборочный инвентарь.

— Вы слышали? — Лис насторожился, прислушиваясь.

— Чего?

— Да вроде кто-то в дверь гримёрки стучал. Я голоса слышал...

— Я кроме выстрелов ничего не слышу, — отозвался Жеребец.

Все на мгновение замерли. Сквозь грохот и стрельбу из-за шкафа пробивались приглушённые мужские голоса и неразборчивый бубнёж.

— Это чё такое?

— Видимо, с той стороны тоже зачищают.

— А вдруг это не военные?

— А кто?

— Ну не знаю... Мародёры?

— Лис, какие нахрен мародёры?! Что они тут будут мародёрить? Стринги наши? — Жеребец искренне не понимал хода мыслей коллеги.

— Ну почему сразу стринги? У нас тут хавки навалом. Алкоголь. Бабы...

— Господи, тут такие бабы, что мародёры в ужасе сбегут при виде их, — скривился Рома. — Рановато для мародёров. Этот ядрёный апокалипсис только начался.

— Никогда не рано для мародёров! В любом кино показывают: как только подобное дерьмо случается, сразу начинаются беспорядки и воровство. — Насупившийся Лис, вероятно, продолжил бы свою тираду, если бы его не прервали голоса из коридора.

— Может, это мои парни пришли? — Рома потеснил коллег и прислушался, но ничего не услышал.

— Чисто!

— Подтверждаю, чисто.

— Ура! Военные! — Алекс рванул к двери, толкнул её. — Бля... заперто. Помогите! Помогите нам! Мы здесь!

Дверь закрывалась на ключ, ключом же и открывалась. И, естественно, им располагали только уборщицы.

За дверью на секунду воцарилась тишина, потом раздался приглушённый респиратором, но твёрдый голос:

— Гражданские, обозначьте себя! Сколько вас, есть ли раненые, есть ли заражённые?

— Ам… Один, два… — Алекс начал считать себя и друзей. — Нас пятеро… Никто не заражён.

— Пометь пока дверь. — Сказал кому-то военный.

— У вас там безопасно?

— Ну… в целом… да…

— Тогда сидите. Ждите пока здание зачистим целиком, затем вас вызволим.

— Ап.. а подождите…

Алекса никто слушать не стал, росы просто пошли дальше по коридору.

— Ну так-то он прав… — Почесал макушку Дукалис.

— В смысле? Какой смысл нам тут торчать? — Распсиховался Лис.

— А куда они нас денут? Они ж заняты, им некогда с нами сюсюкаться.. Проще всех тварей убить, затем нас выпустить… Мало ли что… — Рома скрестил руки на груди. — Но надеюсь, что они быстро это сделают… Мои не отвечали на звонки… Мне до Пушкино педрить ещё как-то… Мужики куда-то тоже запропастились…

— Да уж… Успеть бы из Москвы свалить. — Дукалис сел на пол, прислонившись к шкафу спиной.

Глава 18: Лена, Лика, Саша. 31 декабря 2025 года.

— Мне кажется или я слышала стрельбу? — Лена оторвалась от двери и обернулась к девчонкам. Её чуткий слух уловил едва слышимые хлопки, но понять, откуда они доносились — снаружи или изнутри здания, она никак не могла.

— Я ничего не слышала… — Саша покачала головой, но взгляд её всё же метнулся к выходу.

— Писец, из-за того что мы тут заперлись, мы провафлили эвакуацию! — Лика наворачивала круги по раздевалке, чем изрядно нервировала подруг по несчастью. Она не могла усидеть на месте, эмоции требовали выхода, а тесное помещение только подстёгивало тревогу, заставляя её метаться из угла в угол.

— Какую ещё эвакуацию? — Саша посмотрела на свою клиентку с нескрываемым раздражением.

— Ну, ТЦ же закрыли! Ты же слышала оповещение! — Лика указала почему-то на потолок, будто там был администратор Торгового Центра, который ранее объявлял о скором закрытии.

— Девочки, вроде как в зале больше никого нет… — Лена снова прижалась ухом к двери. Она большую часть их заточения простояла здесь, вслушиваясь в малейший шорох, и каждое движение за стеной заставляло её сердце биться чаще.

— Проверить хочешь? — спросила с вызовом Саша.

— Да надо бы…

— С ума сошла! — Лика подскочила к подруге. — А ну отойди от двери немедленно! Я отсюда выйду только тогда, когда Олежек за мной придёт!

— Олежек сейчас с моим бывшим… спасают их лучшего друга… — Лена дёрнула плечом, точно стряхивая с себя невидимую, но вполне ощутимую тяжесть, и в голосе её прорезалась обида, смешанная с колкостью. — А на нас им будто бы начхать… Ну, насчёт Артёма я и не удивлена…

— Пффф… — Саша коротко хмыкнула и устало потёрла переносицу.

— Чего?

— Я тебя не понимаю. То ты явно жалеешь о том, как этот самый Артём чувствует себя после твоего предательства. То брызжешь ядом в его сторону. И кстати, тот чувак, к которому ты ушла? Он хоть как-то проявился за всё это время? Или его вовсе не интересует, где его новая девушка? — Саша тоже была зла. Очень зла на этих двух куриц, поэтому не стеснялась говорить то, что думает. Теперь она не мастер маникюра, чай ей от них не понадобится.

— Это ещё как понимать?! Во-первых, в твоём мнении по поводу моей личной жизни я не нуждаюсь. Во-вторых, мой телефон там остался, блин… — Лена не желала развязывать перепалку, хотя высказывание Саши её и укололо.

Саша прищурилась, переводя взгляд с одной подружайки на другую.

— Как скажешь. А я бы действительно подождала, пока помощь не придёт… Вдруг эти чудовища прям за дверью стоят… Кто знает? Может, они притаились, только и ждут, пока мы высунемся.

Она замолчала, и по лицу её пробежала судорога сожаления. Перед глазами снова вспыхнуло недавнее зрелище в зале. Желудок болезненно сжался.

— Это будет меня долго мучать… — прошептала она, почти не разжимая губ.

— Что? — не расслышала Лена, но Саша только махнула рукой.

— Короче, предлагаю пока тут сидеть.

— Девочки, у меня связи нет… — захныкала Лика, уставившись в экран телефона, надеясь, что палочки сигнала появятся сами собой.

— И у меня… — Саша провела пальцем по экрану смартфона, обновляя ленту неотправленных сообщений. Красный знак восклицания висел возле каждой плашки, и от этого мерцающего предупреждения в груди разливалось тягучее отчаяние. Она уже который раз за последний час отправляла одно и то же: «Тёть Валь, ты как? У нас в Москве и Московской области ввели режим ЧС… Со мной всё в порядке, попытаюсь добраться домой сегодня или завтра... как получится... Будь осторожна, очень много неадекватных людей на улицах ходит. Не выходи из дома. Я люблю тебя». Тётя была глухая, звонить ей было бесполезно. Одна надежда на то, что хотя бы одна смс-ка долетит и тётя поймёт, что с ней всё в порядке.

Где-то неподалёку раздался протяжный женский крик, да такой отчаянный, что девушки чуть не подпрыгнули от неожиданности. Следом посыпались мужские грубые и сбивчивые маты, а потом крик резко оборвался. Звуки прокатились по коридору и затихли, оставив после себя лишь недоумение и страх, осевший на плечи каждой.