Фэнкуан: циклон смерти (СИ) - Дени Женя Женя - Страница 121

Люди в касках перекрикивали друг друга, пытаясь скоординировать действия сквозь гул пожара и вой сирен. Один из командиров, стоя возле машины, яростно тыкал пальцем вверх, отдавая распоряжения. Рядом разворачивали ещё автолестницу, но даже отсюда было ясно, что до верха ей всё равно не дотянуться.

— Мамин юбилей там справляли, — отстранённо сказал Юра, провожая взглядом полыхающую гостиницу.

Ева ничего ему на это не ответила, только мельком глянула на него и уткнулась в навигатор. Ещё тридцать три минуты, и они будут на “Ярославке”. Эта мысль немного согревала, пока Юра не свернул на другую дорогу и они не упёрлись в хвост длиннющей пробки.

— Ну да… данные по пробкам теперь же не обновляются, — устало подумала она, потирая переносицу. Эти тридцать минут в действительно могли растянуться до часу.

Совсем близко сухо защёлкали выстрелы, и друзья одновременно вздрогнули от неожиданности. Боба, дремавший до этого на заднем диване, испуганно вскочил и залился громким, надрывным лаем.

— Тихо! Тихо, малыш! — Ева протянула руку назад и почесала собачью макушку, стараясь успокоить животное лаской и привычным прикосновением. — Тихо, всё хорошо…

Сквозь застывший, парализованный поток машин медленно двигались белые фигуры в защитных костюмах, держа автоматы наперевес. Они останавливались возле каждого автомобиля, светили яркими фонариками в затемнённые салоны, проводили какой-то беглый, но внимательный осмотр. Несколько раз они стреляли в прохожих людей, которые шатались по дороге, не разбирая пути. Ну как людей… Это уже были не люди — Ева и Юра успели насмотреться на таких сегодня, — но всё равно от этого леденящего душу зрелища пробирала дрожь. Ева занервничала, решив, что сейчас подойдёт их очередь, однако патруль лишь мельком глянул в их сторону, задержался взглядом на пару секунд и безучастно зашагал дальше, к следующей машине.

Бронированная машина медленно двигалась по соседней улице, и из укреплённого громкоговорителя разносился усиленный динамиками, механический, равнодушный голос:

— Граждане, внимание! Здания и машины без официального разрешения и средств индивидуальной защиты покидать категорически запрещено! Припаркуйте автомобили возле обочины и оставайтесь внутри! Перемещение по городу ограничено! Повторяю…

В действительности лишь часть водителей послушалась приказа: они съехали на обочину и заглушили моторы, покорно сложив руки на руль. Остальные, включая Еву с Юрой, продолжили свой путь, лавируя между брошенными автомобилями и надеясь на лучшее, вопреки любым инструкциям. Но дорога с каждой минутой становилась всё запутаннее и опаснее. Юре постоянно приходилось менять маршрут: навигатор упрямо вёл то в тупики, заваленные сугробами по середину человеческого роста, то упирался в военные кордоны, где людей разворачивали обратно, заставляли парковаться и отсиживаться в машинах до особого распоряжения.

Спустя час бесконечного, изматывающего плутания Юра кое-как выбрался на относительно чистую дорогу, однако и здесь их поджидала новая пробка, длинная вереница таких же отчаянных беглецов, решившихся нарушить комендантский час.

— Не проедем, — глухо сказал он, вглядываясь вперёд.

— Что?

— Дорогу перегородили, — пояснил Юра, кивнув куда-то вдаль.

— Опять?! — Ева завертелась на сиденье, пытаясь разглядеть хоть какой-то съезд или объезд, но впереди стоящие машины полностью закрывали обзор. Наконец она увидела бетонные блоки в бело-красную полоску, расставленные в шахматном порядке, чтобы ни одна машина не могла проскочить между ними. — Чёрт! Как же это уже задолбало…

Юра начал сдавать назад, матерясь сквозь зубы и лихорадочно крутя руль.

— Хочешь, я сяду за руль? — предложила Ева, видя, как он вымотан. — Отдохнёшь немного.

— Нет, я сам, — отрезал он, даже не взглянув на неё. — Поменяемся, когда будем на Ярославском шоссе.

Они плутали ещё долго: час, а может, и все полтора. Бензин почти закончился, стрелка топливного датчика уже давно нервно плясала возле нулевой отметки, однако это не было самой большой проблемой: в багажнике дожидались своего часа три полные канистры, залитые с запасом, опять же спасибо Валере, который по просьбе Юры удружил. Проблема заключалась в другом. Чем больше путей они перебирали, тем отчётливее понимали: выбраться из города сегодня, кажется, вообще не представляется возможным. И чем активнее они пытались найти выход, тем сильнее отдалялись от нужного выезда на Ярославку, уходя всё глубже в лабиринт перекрытых улиц и тупиков.

А потом беда пришла оттуда, откуда её совсем не ждали. Сначала на приборной панели тускло, но настойчиво вспыхнула красная лампа аккумулятора. Юра заметил её краем глаза и нахмурился, но ничего не сказал, потому что с самого начала почти все лампочки в этой старой машине жили своей собственной, непредсказуемой жизнью. Однако через несколько минут свет на панели начал заметно тускнеть. Стрелки приборов дёрнулись, магнитола тихо щёлкнула и погасла, а фары впереди стоящей машины вдруг стали казаться непривычно тусклыми.

— Юр… у нас всё нормально? — насторожилась Ева, чувствуя неладное.

Он не успел ответить. Двигатель вдруг противно захрипел, обороты резко провалились, и машина обречённо дёрнулась, словно споткнулась на ровном месте. Юра машинально выжал сцепление и попробовал добавить газу, но мотор уже дышал на ладан, и через секунду окончательно затих, потушив за собой и приборную панель.

Юра повернул ключ зажигания. В ответ раздался только слабый, жалкий щелчок и больше ничего. Он попробовал ещё раз, потом ещё, но тишина была им единственным ответом.

— Зашибись! — Он со всей силы ударил по рулю, и от удара ладони противно заныли.

— Что случилось? — встревоженно спросила Ева, хотя уже догадывалась, что ничего хорошего.

— Понятия не имею… — процедил Юра сквозь зубы и уже начал натягивать на себя ненавистный защитный костюм. По его резким, нервным движениям было видно, как он зол. Ему уже хотелось разгромить это проклятое ведро в щепки, но сейчас было не до выяснения отношений с машиной.

Он наспех застегнул липучки, натянул капюшон и, раздражённо хлопнув дверью, выскочил наружу прямо посреди дороги, даже не оглядевшись по сторонам. Водители сзади недовольно засигналили и начали объезжать их по встречной полосе, матерясь и показывая неприличные жесты.

Юра подошёл к капоту, дёрнул замок и поднял тяжёлую крышку. Из-под капота тут же потянулся тонкий, сизый, едкий дымок. В нос, даже сквозь плотный респиратор, ударил резкий, тошнотворный запах горелой изоляции и кислого, раскалённого металла. Он посветил фонариком внутрь и выругался так громко и отборно, что Ева услышала каждое слово даже сквозь закрытые окна.

— Генератор… — только и смог выдавить он, глядя на почерневшие детали.

Тот самый убитый генератор, на который Валерик ещё тогда посоветовал не обращать внимания, потому что он, цитата, "чудной, но вполне себе рабочий". Ремень привода был чёрным и блестел от перегрева, а возле корпуса генератора почернела и оплавилась проводка, кое-где обнажив медные жилы. Похоже, внутри сгорел регулятор напряжения или диодный мост, и теперь аккумулятор оказался полностью высажен в ноль, а без исправного генератора и заряженной батареи эта машина превращалась в бесполезную груду железа.

Починить это на дороге не представлялось никакой возможности. Ни инструментов, ни запасных частей у них с собой не было. Да и на починку у них не оставалось ни времени, ни малейшей возможности, ибо вокруг с каждой минутой становилось только опаснее. Уже начинали собираться подозрительные фигуры, выходящие из сумрака. Юра краем глаза уловил нескольких шатунов, которые медленно выползали из дворов и подворотен, да и просто брели по тротуарам в сторону дороги, привлечённые шумом машин и запахом живых людей. В автомобили они проникнуть пока не могли, потому как не хватало сообразительности, так что, находясь внутри закрытой машины, ты оставался в относительной безопасности. К тому же вояки, проезжавшие мимо, периодически отстреливали особо настырных, поддерживая шаткий порядок. Однако надолго ли хватит этого хрупкого равновесия, никто бы не взялся предсказывать.