Бывшая жена дракона. Вернуться по приказу (СИ) - Скофилд Майкл - Страница 39

— Да.

Дорн тихо застонал:

— После кладовой сразу в архив?

Лиара посмотрела на него.

— Вы хотите сначала позавтракать?

— Если честно, да.

— Потом.

Арден сказал:

— Ты сначала перевяжешь руку.

— По дороге.

— Нет.

Она повернулась.

Он сразу добавил:

— Прошу.

Ройс отвернулся к стене. Плечи у него снова дернулись.

Лиара прищурилась:

— Весь замок скоро начнет этим пользоваться.

— Хорошо бы, — пробормотал Дорн. — Давно пора.

Арден обработал ее ладонь сам.

Неуклюже? Нет. Осторожно. Слишком осторожно. Он явно запомнил ее движения у раненых: промыть, осмотреть края, нанести порошок, наложить чистую ткань, не затягивать слишком сильно.

— Где научился? — спросила она.

— У тебя.

— Я не учила.

— Ты лечила. Я смотрел.

Лиара опустила взгляд на его пальцы.

— Когда?

— Чаще, чем ты думала.

Сердце сделало глупую вещь.

Дернулось.

Она тут же забрала руку.

— Достаточно.

— Да.

Они перенесли ларец в малый кабинет рядом с архивом, где защита была сильнее. Дорн поставил вокруг три круга, Ройс остался у двери, Ортен привел еще двух воинов. Арден, несмотря на состояние, отказался уходить. Лиара не стала спорить. После нападения в кладовой оставлять его одного было почти так же опасно, как брать с собой.

Восточный архив открылся не сразу.

Там действительно был пожар. Старый, но последствия виднелись до сих пор: закопченные своды, обугленные полки, запах мокрого пепла, который не выветривался годами. Часть документов спасли и перенесли. Часть сложили в сундуки без разбора.

— Когда был пожар? — спросила Лиара.

Дорн ответил:

— Через год после развода. В ночь первого сильного сбоя.

— Очень удобно.

— В этом замке удобство стало дурной приметой, — пробормотал маг.

Арден подошел к дальнему сундуку.

— Материалы по разводу должны были храниться в железном шкафу.

— Должны были?

— После пожара Велсар сказал, что часть уничтожена.

Лиара посмотрела на него.

— А ты проверил?

Он встретил ее взгляд.

— Нет.

— Хорошо.

Арден удивился.

— Хорошо?

— Ты не стал говорить, что хотел проверить.

— Я хотел.

— Арден.

— Но не проверил, — закончил он.

— Вот теперь хорошо.

Дорн открыл железный шкаф.

Внутри лежали папки, некоторые обгоревшие по краям, но целые. Родовые споры, земельные договоры, магические отчеты. И одна папка без названия, перевязанная черной лентой.

Лиара уже знала, что это она.

Рука сама потянулась.

Арден остановил ее не касанием, а словом:

— Подожди.

Она замерла.

Он достал платок, осторожно снял папку и положил на стол.

— Теперь.

Внутри были документы ночи развода.

Расторжение брака.

Протокол обвинения.

Свидетельство крови.

Показания Селлы, написанные не ее рукой.

Письма.

Три письма.

Лиара смотрела на них долго.

Вот они.

Строки, которые три года жили в ее кошмарах.

“Советник Морр, восточный барьер ослаблен…”

“Драконьи печати подчинятся, если кровь хозяйки отречется…”

“После развода сердце дома останется открытым…”

Она медленно подняла голову.

— Это не просто обвинительные письма.

Арден стоял рядом, бледный.

— Нет.

— Это инструкция.

Дорн присвистнул сквозь зубы:

— Тот, кто писал, знал, что развод нужен для вскрытия контура.

— А значит, письма составлялись не чтобы доказать мою вину после предательства, — сказала Лиара. — А чтобы создать предательство и заставить Ардена разорвать связь.

Арден закрыл глаза.

Связь между ними вспыхнула болью.

— Не сейчас, — сказала она.

Он кивнул.

Она положила рядом настоящие черновики из ларца и поддельные письма из архива.

Разница была видна. Но для суда нужно было больше.

— Дорн, можно показать магический след почерка?

— Если есть исходные образцы, да. У каждого письма остается микрослед руки: давление, ритм, личная магия. Подделка может имитировать форму, но не движение крови.

— Делайте.

Маг разложил письма в круг, поставил кристалл и начал формулу.

Лиара держала ларец открытым. Арден стоял у двери, чтобы не мешать, но она чувствовала его взгляд.

Кристалл вспыхнул.

Над настоящими образцами поднялись тонкие зеленоватые линии — неровные, живые, с мягкими колебаниями.

Над поддельными письмами — линии другого цвета.

Синие.

С примесью вишневого.

Дорн побледнел.

— Две руки.

— Мирена и Морр?

— Возможно. Смотрите.

Синие линии были основой. Ровные, расчетливые, с холодной королевской магией. Поверх них шли вишневые тонкие исправления: изгибы букв, смягчение почерка, подражание Лиаре.

Морр составил.

Мирена подгоняла под ее руку.

— Доказательство? — спросила Лиара.

— Сильное. Если закрепить с кровью Мирены и перстнем Морра — почти неоспоримое.

— Перстень у нас?

Арден сказал:

— У Иланы был один. У Морра — другой. Его снять будет непросто.

— Значит, начнем с Мирены.

В этот момент двери архива распахнулись.

Ортен появился на пороге.

— Милорд. Советник Морр требует аудиенции. Говорит, если его не выпустят через час, королевский отряд за воротами начнет считать его пленником.

Арден холодно ответил:

— Пусть считают.

— И еще, — Ортен посмотрел на Лиару. — Леди Мирена просит встречу с госпожой Вейл.

Дорн поднял брови.

— Сама?

— Да. Говорит, что готова рассказать о письмах.

Лиара закрыла папку.

— Конечно готова.

Арден посмотрел на нее.

— Это ловушка.

— Несомненно.

— Ты все равно пойдешь.

— Разумеется.

— Я с тобой.

Она посмотрела на его повязку, на серое лицо, на пальцы, в которых еще пряталась дрожь после ночного срыва.

— Нет.

— Лиара…

— Не из упрямства. Морр ждет, что ты будешь рядом. Мирена тоже. Им нужна твоя реакция. Если я пойду без тебя, она может сказать больше.

— И может ударить.

— Она в кандалах.

— В этом доме кандалы почему-то не гарантируют здравый смысл.

— Со мной пойдет Ройс. И Дорн. И Ортен за дверью.

Арден молчал.

Она впервые сама добавила:

— Я позову, если понадобится.

Он поднял глаза.

Связь стала теплой и болезненной.

— Обещаешь?

Лиара хотела ответить резко.

Не смогла.

— Обещаю.

Мирену держали в малой каменной комнате под западной башней. Не в темнице — в старом помещении для магических допросов, где стены не пропускали внешние заклинания, а родовые руны записывали каждое слово. После пустой могилы, синих меток и украденного браслета Лиара сочла это почти уютным.

Мирена сидела за столом.

Без украшений, без прически, в простом сером платье, которое ей, вероятно, выдали служанки. Даже так она умудрялась выглядеть гордой. Только глаза выдавали бессонную ночь.

Она посмотрела на Лиару и усмехнулась.

— Пришла без него.

— Разочарованы?

— Нет. Так даже лучше.

Ройс остался у двери. Дорн поставил кристалл записи на стол и отступил.

Лиара села напротив.

— Вы хотели говорить о письмах.

— Хотела.

— Говорите.

Мирена наклонила голову.

— Морр написал их не один.

— Это мы уже знаем.

В ее глазах мелькнуло раздражение.

— Конечно. Ты же теперь у нас хозяйка, любимая замком. Камни шепчут, стены раскрываются, бывший муж смотрит так, будто готов умереть на пороге.

— Вы звали меня ради этого?

— Нет. Ради предупреждения.

— Как мило.

Мирена подалась вперед.

— Морр не просто хотел надзор над Черным Клыком. Ему нужен Арден.

Лиара не изменилась в лице.

Внутри — да.

— В каком смысле?

— В прямом. Драконья кровь Рейнаров — оружие. Но не каждый дракон подходит. Нужен глава рода, связанный с сердцем дома, пораженный проклятием и вынужденный искать внешнюю поддержку. Морр не хотел уничтожить Ардена. Он хотел довести его до состояния, когда корона сможет объявить его опасным и взять под контроль.