Мастер и марионетка (ЛП) - Секер Бренди Элис - Страница 67

— Всё будет хорошо, — успокаивает меня Дессин.

Я уверена, он буквально чувствует мой страх, словно у него есть какое-то шестое чувство, которое он и сам до конца не понимает.

— У меня есть что предложить. То, что гарантирует безопасность всех.

Его уверенность успокаивает меня сильнее, чем я ожидала. Я доверяю его суждению больше, чем этому колючему страху под кожей. Он касается моей поясницы пальцем, и я не могу сдержать дрожь, пробегающую по телу.

— Говорить буду я. Мы вернём его. Обещаю тебе. Мы вернём его.

Я киваю, не в силах ответить голосом. Он спрятан. Боится вырваться наружу и испортить его планы. Я не знаю, с кем мы встретимся и удастся ли нам вообще увидеть лидера Демехнефа. Того, кого боялись Альбатрос и Абсент. Наверное, он пахнет, как этот коридор — старыми деньгами и дорогим алкоголем.

Я оглядываюсь и замечаю, что мои друзья идут неестественно близко друг к другу, плечом к плечу, бёдра к бёдрам, будто из стен в любой момент могут выстрелить ножи и пронзить их. И никто не хочет оказаться в конце группы. Кроме Уорроуза, который идёт медленно, с хищной грацией, словно провоцируя угрозу напасть. Он готов к бою. Жаждет насилия.

Моя рука сама тянется к Дессину, будто под действием магнита. Страх, сковывающий меня, становится слабее, когда я смотрю, как он идёт, словно непобеждённый воин. Владеющий всем. Останавливающий время по своей воле. Плащ уверенности волочится за ним. Я не могу не поддаться очарованию этим человеком, который гордо шагает в логово могущественных людей и опасного оружия. В мир заговоров и боли.

Через несколько минут мы проходим через зал, заполненный солдатами, бизнесменами, учёными. Все — мужчины. Ни одной женщины. Без сюрпризов. Они смотрят на меня так, будто я дышу под водой или лечу без крыльев.

Коридор расширяется, переходя в общий зал с такими же ребристыми сводами, вишнёвым полом, но уже без ковра. Сначала мне кажется, что все глаза устремлены на меня — они таращатся, будто поражённые ядовитой стрелой. Ошеломлённые, не зная, бежать, сражаться или прятаться.

Но затем я слежу за их окаменевшими взглядами, направленными на Дессина. Они смотрят на него так, будто… король вернулся домой. Сначала я не заметила, но, раз увидев, уже не могу отвести взгляд. Он либо идол, либо безумный тиран, против которого никто не смеет восстать. Некоторые мужчины отходят в сторону, когда мы проходим, другие прислоняются к глянцевым стенам, будто никогда не ожидали, что доживут до дня его возвращения. Он — ходячая чума, и каждый сантиметр этого пространства затаил дыхание.

Важный член этой организации проводит нас в отдельную комнату. Жирное лицо, чисто выбритое, сонные глаза, мощное телосложение. Он не выглядит таким напуганным, как остальные, но явно не хочет задерживаться здесь дольше необходимого.

Мы ждём в приватной комнате с единственным ореховым столом на шаровидных ножках. Столешница из тёмно-коричневой кожи с золотым тиснением. В левом углу — антикварная масляная лампа, хрустальный графин с виски и три бокала. Остальное пространство освещено масляными лампами на стенах. Мягкий свет отражается в глазах Дессина, как два крошечных светящихся шара, парящих в его зрачках. Окон нет — мы погребены внутри горы. Я делаю глубокий вдох и ощущаю запах кофе, виски и сигарет. Всё это смешивается в воздухе, создавая что-то затхлое и старое.

— Не могу поверить, как сильно я не скучал по этому месту, — Уорроуз прислоняется к стене, играя с ножом.

— Есть кое-что, чего мы тебе ещё не сказали, — осторожно произносит Дессин, почти шёпотом.

— Что?

Дессин медленно закрывает глаза.

— Потому что мы хотели, чтобы ты увидела это сама…

Вторая дверь слева от стола приоткрывается, показывая лишь полоску тьмы и руку, лежащую на ручке. Краем глаза я замечаю, как Дессин поднимает подбородок, реагируя на эту руку, бросая вызов смене доминанты. И в глубине живота появляется тянущее чувство, волна тошноты, подползающая к горлу. Это ощущение, будто ты вот-вот поймаешь кого-то на лжи, распахнёшь дверь и увидишь предательство.

Тело Дессина напряжено, будто он готовится к взрыву или самовозгоранию. Его ожидание ощутимо, как густой дым — я почти могу вдохнуть его. Сердце начинает бешено колотиться, сжиматься, биться о костяную стенку груди.

Дверь внезапно распахивается, и из щели тьмы выходит высокий мужчина, за которым следуют трое других. Но я не трачу ни секунды, разглядывая их. Дессин полностью поворачивает голову ко мне, с дискомфортом наблюдая за моей реакцией. Мои глаза в панике мечутся между ним и первым мужчиной.

И тогда, словно удар молнии из грозовой тучи прямо в грудь, я падаю на колени с глухим стуком. Губы немеют, пересыхают, пока я жадно глотаю воздух, будто его не хватает. Я задыхаюсь от собственного резкого вдоха.

Не может быть.

— Ты вернулась. Я боялся, что напугал тебя навсегда.

Этот голос. Этот знакомый, ужасающий голос. И бледно-голубые глаза под идеально изогнутыми чёрными бровями. Ангельское фарфоровое лицо. Лицо, которое когда-то было моим другом. Моей единственной надеждой начать жизнь заново.

— Что… ты… здесь делаешь?! — я запинаюсь, вцепляясь пальцами в холодный пол.

— Скайленна… — голос Дессина звучит сверху. Его рука сжимает мое плечо. — Это лидер нашей страны.

Тишина. Ледяные когти впиваются в позвоночник и ползут вниз по спине. Этого не может быть.

Дессин с отвращением прочищает горло.

— Это Аурик Демехнеф.

Продолжение следует...