Эдди Флинн. Компиляция (СИ) - Кавана Стив - Страница 228

Перевернув последнюю страницу, я прочел заключение.

Пол: мужской

Возраст: предположительно от тридцати восьми до пятидесяти лет.

Расовая принадлежность: неизвестна

Государственное происхождение: неизвестно

Внешность: Данные отсутствуют, однако, учитывая физическую силу, необходимую для нанесения травм в некоторых случаях, НП, вероятно, достаточно силен и находится в хорошей физической форме.

Психология: НП обладает высоким уровнем интеллекта. Чрезвычайно организован. Социально адаптирован. Манипулятивен. Склонен к нарциссизму. Наличествуют признаки социопатии и психопатии, но при этом НП остается высокофункциональной личностью, у которой хватает интеллектуального потенциала скрывать вероятную симптоматику от общественности, друзей и родственников. Жестокость, проявленная к жертвам как в ходе убийств, так и, в ряде случаев, посмертно, подразумевает садистическую составляющую преступлений. В частности, перекладывание вины за свои преступления на невиновных людей может быть формой эмоционального садизма. Высока вероятность психосексуальной одержимости болью, а также какого-то парафилического расстройства – скорее всего, сексуально-садистического. Образован, наверняка на уровне колледжа. Хорошее знание криминалистических процедур. НП, учитывая его патологию, наверняка относится к тем, кто не преуспел в избранной им области, или же кто-то из его близких так и не сумел раскрыть свой потенциал. Можно предположить, что какую-то часть своей жизни НП провел в бедности. Его миссия – извращенное покушение на американские ценности и амбиции – наверняка мотивируется стремлением отомстить за собственные неудачи.

– Он думает, что убивает Американскую Мечту, – произнес я вслух, сам того не сознавая.

Поднял взгляд от документа и обнаружил, что обе женщины не сводят с меня глаз.

– Он должен предварительно изучать свои цели. Через газеты, местное телевидение или что-то в этом роде. Знаете – положительная история в конце вечернего новостного выпуска, полного всякой чернухи. Про счастливчика, сумевшего воплотить в жизнь свои грезы. Вот так он их и находит. Я поищу, – сказала Харпер.

– Я придам вам двух моих сотрудников, – пообещала Дилейни. – Они прямо сейчас начнут обзванивать местные новостные агентства.

Комната на глазах наполнялась энергией. Дилейни явно ощутила, что неуловимый призрак где-то уже совсем близко. И все же что-то во всем этом не давало мне покоя. Версия выглядела убедительно, но этому Биллу как-то слишком уж подозрительно везло. А чем еще это объяснялось? До настоящего момента он совершил убийства уже в восьми штатах и добился чьего-то осуждения за них во всех восьми случаях. В Нью-Йорке дело шло к девятому. И могло быть что-то еще, чего Дилейни еще не выяснила.

Я получше любого другого знал, что в уголовном процессе может случиться все что угодно. Слишком уж много переменных, даже в случае с сильной доказательной базой. Неужели Биллу настолько улыбалась удача, что он получил обвинительный приговор в восьми случаях из восьми?

– Когда будете связываться с новостными агентствами на местах, постарайтесь получить весь изобразительный материал с судебных разбирательств. Там могут быть видео или фотографии толпы, присутствовавшей на процессе. Я думаю, что наш человек наблюдал за каждым разбирательством от начала и до конца. Есть шанс, что где-то он просто случайно попал в кадр, – сказал я.

– Шансов мало, но мы этим займемся, – ответила Дилейни. – Посещение слушаний соответствовало бы его психологическому профилю. Многие убийцы возвращаются на места своих преступлений или забирают трофеи у своих жертв. Это позволяет им вновь и вновь переживать этот волнующий момент. Конечно, это не то же самое, что убийство, они не получают такого же кайфа. Но что-то все-таки получают.

Харпер встала и собрала свои записи – ей не терпелось приступить к работе.

– Этого достаточно, чтобы снять с Соломона обвинения? – спросила она.

– Не знаю. У Прайора хватает веских улик, которые он сегодня предъявит присяжным. Было бы лучше, если б Бобби смог вспомнить, где, черт возьми, его носило в тот вечер.

– А он и вправду не знает? – спросила Харпер.

– Говорит, что был пьян и ничего не помнит.

– Наверняка же кто-нибудь узнал бы его, если б он заглянул в какой-нибудь бар? – сказала Дилейни.

– Можно подумать. Но я видел запись с камеры наблюдения. Он был в темной одежде, бейсболке и с поднятым капюшоном. Многим знаменитостям сходит с рук прогулка по городу вроде Нью-Йорка, если они прикрывают даже…

Слова застряли у меня в горле. Дилейни попала в точку. Бобби просто должны были узнать. Именно что должны. Вот оно.

– Дилейни, у вас есть список криминалистов ФБР в этом здании? – быстро спросил я.

– Могу достать. А что?

– Это в наших общих интересах, если Бобби уйдет от ответственности. Мне нужна ваша помощь, – сказал я.

Сперва Дилейни насторожилась. Встала, скрестив руки на груди.

– Если в этом нет ничего противозаконного, то мы могли бы протянуть руку помощи, – осторожно произнесла она.

– А вот с этим-то как раз могут возникнуть проблемы.

Дилейни вопросительно посмотрела на меня. Я улыбнулся и добавил:

– Правда, с юридической точки зрения это будет незаконно, только если мы спалимся.

Глава 51

Судебный пристав колотил в дверь уже почти десять минут. Была половина восьмого. Застарелый душок тушеных овощей в коридоре сменился ароматом яичницы. Большинство присяжных уже спустились вниз. Кейн, пристав, Бетси и Рита остались на этаже, призывая обитателя номера открыть дверь.

– Черт, да где же этот носильщик с ключом? – в сердцах воскликнул пристав. Опять забарабанил в дверь, позвал.

Прямо в эту секунду тот вывернул из-за угла и передал ему запасной ключ.

– А побыстрей нельзя было? – недовольно заметил пристав.

Носильщик лишь пожал плечами.

– Мы заходим! – крикнула Бетси.

Кейн, как и все остальные, был уже полностью одет, хотя и с полотенцем на плечах. Он успел принять душ, переодеться и нанести грим, чтобы прикрыть оставшийся от перелома носа синяк на лице, и теперь пытался подавить возбуждение, когда пристав вставил ключ в замок и открыл дверь.

– Вы уже встали? Это охрана! – крикнул пристав, переступая через порог. Легонько отстранив Бетси, Кейн последовал за ним.

Комната выглядела нетронутой. На кровати лежала спортивная сумка. Одеяло было откинуто, но кровать справа от Кейна была пуста. Из ванной комнаты слева лился свет. Пристав направился туда, окликая жильца.

– О господи! – вскрикнула Бетси.

Пристав резко обернулся. Кейн тоже. Бетси с Ритой взвизгнули. Обе смотрели на узкое пространство между кроватью и левой стеной неподалеку от двери. Пристав ухватился за спинку кровати, отодвигая ее от стены. Все уставились на труп Мануэля Ортеги, сгорбившийся на полу. Вокруг шеи у него была обмотана простыня. Другой конец ее был привязан к изголовью кровати. Выглядело все так, будто он сам себя задушил.

Держа Бетси, Риту и пристава в поле зрения, Кейн попятился назад, якобы испуганно прикрыв рукой рот. Быстро, пока остальные, стоя к нему спиной, в ужасе таращились на тело Мануэля, сдернул с плеч полотенце и прикрыл им оконную защелку. Одно быстрое движение, и окно оказалось заперто изнутри. Ни отпечатков пальцев, ни ДНК. Все чисто. Кейн опять накинул полотенце на плечи, шагнул вперед.

Выглядело все очень похоже на самоубийство. Пристав уже говорил в рацию, запрашивая помощь полиции. Выпученные глаза Мануэля безжизненно уставились на бежевый ковер.

…В ранний утренний час Кейн постучал в окно Мануэля. Поначалу изумленный, тот тихо впустил его.

– Ты че творишь, мужик? – шепотом спросил Мануэль.

– Только так мы можем поговорить с глазу на глаз. Меня очень беспокоит это дело. По-моему, копы просто подставили Соломона. Надо постараться освободить его. Я и на секунду не верю, что он убил этих людей.