Эдди Флинн. Компиляция (СИ) - Кавана Стив - Страница 124

«Её подруга не пригласила её на ужин, поэтому она пошла на вечеринку и дала интервью одному из новостных каналов. Она была такая красивая, казалась очевидным выбором для них, и она так горячо говорила о Рилер, что мне захотелось встретиться с ней лично и поблагодарить. Мы встретились, поговорили, разошлись и выпили кофе. Я не очень люблю толпы. Вот и всё».

Машина перелетела через крышку водостока, и было такое ощущение, будто мы только что проехали через защитное ограждение.

«Расскажи мне о ней», — попросил я.

Она была из Вирджинии, изучала языки и какое-то время работала внештатным переводчиком за границей. Не помню, сколькими языками она владела, может, семью или восемью. Она работала по всему миру, потом устала и вернулась в Штаты. Её родители переехали во Флориду. Возвращаться домой не было смысла, поэтому она приехала в Нью-Йорк в поисках работы переводчиком в ООН. Она вернулась всего через несколько недель, когда я её встретил. Это было похоже на судьбу. Поскольку она была в отъезде, она никого не знала в Нью-Йорке, и, полагаю, я тоже. Мы как будто нашли друг друга.

«Она получила работу в ООН?»

«Нет, она сама подала заявку. Она работала официанткой».

«И на месте происшествия не было бывших парней, никого, кто бы держал обиду?»

«Нет. Не могу вспомнить ни одного человека, которому она бы даже не нравилась. У неё было не так уж много знакомых».

Холли вмешалась: «Я знаю Дэвида с восьмого класса. Он не будет против, если я это скажу, но он нечасто ходил на свидания ни в школе, ни в колледже. Когда Рилер стал популярным, Дэвид отлично проводил время, но серьёзных отношений не было. Я права?»

Дэвид кивнул и улыбнулся.

«Я всегда заботилась о нём. Мы друзья, и он заботился обо мне, когда меня уволили. Он также помог мне пережить несколько расставаний. Должна сказать, Клара отличалась от большинства девушек, которых Дэвид встречал после истории с Рилером. Большинство из них…Дэвид был нужен ему из-за его статуса и денег, а он не строил серьёзных отношений ни с одной из этих девушек. Клара была другой. Она была, не знаю… искренней. И в своей привязанности к Дэвиду, и в своём равнодушии к его деньгам. Помнишь, ты купил ей то ожерелье от Тиффани?

По выражению лица Дэвида, по улыбке, а затем по прищуренным глазам я видела, что воспоминание сначала было тёплым, а потом болезненным. Напоминание о человеке, которым он был, и о краже несостоявшейся жизни. Я подумала о Делле, и на мгновение поняла его лучше. Он был убеждён, что Дэвид – убийца, и хотел, чтобы тот заплатил. Гибель человека, такая жестокая, такая внезапная, требовала восстановления равновесия.

Дэвид не мог говорить, и Холли подхватила историю, но говорила она тихо, как будто ее слова могли ранить.

«Они встречались уже месяц, и Дэвид удивил Клару, подарив ей колье Tiffany за сто тысяч долларов. Она сказала ему, чтобы он не говорил глупостей. В ту субботу они вернули колье и отправились за покупками в секонд-хенды в Бруклине. Она выбрала маленькое колье, которое ей понравилось, и Дэвид его купил. Оно стоило сорок долларов».

Мы промчались через ещё один люк, и мой позвоночник начал протестовать против выбора машины Холли. Я снова подумал о Лангимере.

«Ты думаешь, Лангимер мог бы подставить тебя в одиночку? Он может быть безжалостен, когда сидит за клавиатурой, но сможет ли он нажать на курок?»

«Я не знаю», сказал Дэвид.

Я вспомнил кадры из коридора. После Дэвида из квартиры никто не выходил, и полиция обнаружила её пустой. Всё указывало на него. Если Лангимер убил Клару, или даже если он заплатил кому-то другому за стрельбу, они что, просто выпрыгнули из окна после этого? Я думал об этом, приближаясь к зданию Лайтнер-билдинг, и вспомнил слова моего приятеля судьи Форда: иногда заходишь так далеко в поисках объяснений, что игнорируешь решение, которое ждёшь в кармане. Даже с показаниями ГСР, которые я выбил из Портера, Дэвид мог застрелить Клару в перчатках, а затем выбросить их в разбитое окно, оставив на руках только ГСР от взрыва подушки безопасности. Портер об этом не подумал, но, держу пари, Задер в конце концов догадается.

Мне хотелось позвонить своему наставнику, но судья Гарри сказал бы мне, что я сумасшедший, и что независимо от того, что я думаю или во что верю, доказательства указывают только в одну сторону.

Я не хотел этого разговора. Может быть, я боялся, что Гарри убедит меня в своей правоте.

Холли подъехала к зданию Лайтнера, и мой телефон зазвонил. Анонимный номер.

«Эдди Флинн», — сказал я.

«Почему вы хотите встретиться со мной, мистер Флинн?» Это был Бернард Лэнгимер. Я узнал его голос: лёгкий сельский акцент, смягчённый интонациями выпускника Гарварда, заглушал его. Я вышел из машины и вышел на тротуар.

«Я хочу поговорить. Забавно, я только что о тебе подумал. А я уж начал сомневаться, перезвонишь ли ты мне».

«Странно. Я думала, у тебя и так полно забот, учитывая юридические проблемы Дэвида. Но, похоже, ты неплохо с ними справляешься. Я видела в новостях репортаж Дэвида. Это была твоя идея?»

«Почему бы нам не встретиться и не поговорить о Рилере столько, сколько вы хотите».

«Но мы же разговариваем. Зачем ты хочешь со мной встретиться?»

Мне хотелось посмотреть этому сукину сыну в глаза, когда я спросил его, подставил ли он Дэвида. Слишком сложно узнать правду по телефону.

«Это не займет много времени», — сказал я.

«Поможет ли это Дэвиду?»

«Только если я решу, что ты лжешь», — подумал я.

«Сомневаюсь, но кто знает».

«В таком случае, встретимся сегодня вечером?»

«Отлично. Закусочная Теда на Чемберс-стрит. В десять часов».

«Я буду там. Только будьте осторожны сегодня вечером. В здании Лайтнера плавает много акул».

Звонок оборвался. Я уставился на телефон. Лэнгимер отслеживал мой мобильник. Ему явно нравилось запугивать, играть в маленькие властные игры. У меня всё ещё был телефон, который мне дал Делл. Пока что сойдет. Я выключил свой телефон, бросил его на тротуар и поднял каблук, готовый разобрать на запчасти. Я остановился. Поднял его и положил в карман. Если мобильник был выключен, он не мог отследить сигнал. Для него нашлись более подходящие применения.

ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ

Автоматические вращающиеся двери здания Лайтнер позволили нам всем вписаться в один из трёх его сегментов, и мы медленно развернулись, когда оно проводило нас к вестибюлю. Величественный вход был оформлен изысканным сочетанием стали, гранита и мрамора, а единственная стойка регистрации располагалась в шести метрах справа, между нами и лифтами.

На ресепшене сидели четверо мужчин. В это время ночи в большинстве зданий повезёт, если найдётся один администратор; четверо точно не нужны.

Первый мужчина был высоким, широким, в строгом черном костюме с бейджем на лацкане с надписью S ERGEI . У него была копна светлых волос, и я узнал его по фотографиям службы безопасности. За ним внушительная женщина средних лет с клубнично-светлыми волосами, подстриженными под горшок, сосала холодный кофе через соломинку. Слева от стола двое мужчин в черных куртках, лет тридцати с небольшим, с короткими волосами, вероятно, вооруженные — часть службы безопасности Harland & Sinton. Я также узнал их по досье Делла. Фирма была на карантине, и я не сомневался, что эти парни были готовы убить нас, как только мы вошли в лифт.

Я пошёл к стойке регистрации, за мной следовали Дэвид и Холли, Бу и Роджер замыкали шествие. Ящер остался в фургоне. Он был подстраховкой и подслушивал всё, что происходит, по моему мобильному. Я позвонил ему, оставив телефон заблокированным и включённым на громкой связи в нагрудном кармане пиджака.

«Эдди Флинн и Дэвид Чайлд для Джерри Синтона», — сказал я Сергею.

«Эти джентльмены из службы безопасности Харланда и Синтона. Они вас сопроводят», — сказал он.

Охранники не сводили с меня глаз, стиснув челюсти и сложив руки перед собой. Один из них выглядел самоанцем и был почти таким же широким, как стойки регистрации. Второй был белым и поменьше ростом, но выглядел более злобным из них двоих.