Сдавайся снова, Александрова! (СИ) - Коваль Лина - Страница 27

- Это очень красиво, Тем. Мы повесим его на елку, а когда папа вернется, ты сам ему покажешь.

- Он не захотел приехать к нам. Значит, я ему дарить ничего не буду! - он сложил руки на груди в замок, а потом разъяренно выкинул свой самодельный подарок в коробку с битыми и старыми игрушками.

- Это неправильно… Папа старается для нас же, много работает, сильно устает. Ехать на один день нет никакого смысла.

- Не хочу ничего знать! - Артем с топотом ускакал в свою комнату.

О том, что Илья тогда согласился на длительную командировку с полевыми условиями, да еще и зимой только потому, как тренер Артема попросил купить новую профессиональную ракетку, я так и не сказала.

Мама в детстве часто попрекала нас с Марьяшей, как много она вложила в воспитание и сколько мы за это должны, поэтому я лично старалась не нагружать Артема и Настю подобным чувством вины.

А сейчас думаю - наверное, зря? Дети должны знать, на что порой идут родители, чтобы у них было беззаботное детство.

Просто во всем должна быть мера.

И в любви, и в воспитании.

Но тогда надо было сказать… Я сейчас жалею.

Повесив в центр елки подарок сына из глины, я заканчиваю с остальными игрушками, оттаскиваю пустые коробки обратно на чердак и прохожусь по ковру в гостиной пылесосом с ручкой.

Только потом, умывшись, зажигаю огоньки на елке и устраиваюсь на ночь с пледом на диван, и быстро засыпаю.

(нудным голосом автора: извините, но Антоши Огнева на Олю нет. Спать с включенной гирляндой нельзя. Никогда так не делайте. Книга про моего пожарного и его училку "Огнев на линии любви")

 Глава 30. Ольга

Перед тем как очутиться на русско-татарской свадьбе, заезжаю домой и выбираю наряд.

Надо признаться, еще утром я планировала надеть что-то обычное, строгое и более повседневное: вроде белой рубашки и узких черных брюк, но потом вспомнила про приближающийся праздник и решила убить двух зайцев.

Хочу встретить этот Новый год красивой.

Яркой и счастливой.

Да-да, для себя. Даже если придется выпить бокал шампанского, приглядывая за двумя вечно дерущимися трехлетними кавалерами, делающими мне нервы.

- И что у нас здесь? - открываю шкаф.

Слышала, астрологи советовали быть в красном, поэтому ставлю ставку на этот цвет.

Тем более он мне очень идет.

Укладываю волосы в высокую прическу, зафиксировав их сзади шпильками, и завиваю пряди у лица. Макияж делаю неброский, но губы выделяю алой помадой в тон тяжелой ткани длинного вечернего платья.

Платье….

Я его не носила ни разу…

Купила на какой-то корпоратив, но перед выходом оно показалось слишком открытым за счет тонких бретелей, в меру демонстрирующего аккуратную грудь декольте и облегающего силуэта.

Это смело, но в сорок три уже могу себе позволить быть такой. Смелой, не оглядывающейся на чужое мнение и недобрые взгляды, женщиной.

В конец концов я вполне себе счастлива.

Да, за плечами развод, но, назвать сейчас неудачным наш брак с Ильей, язык не поворачивается.

У нас прекрасные взрослые дети, каждый из которых уже создал свою семью. У нас трое внуков. Возможно, после того как Настя окончит институт, и она нас порадует.

У нас с Ильей есть главное - воспоминания.

В конце концов, мы оба справились со своими эмоциями и поговорили. Да. Есть проблема со скоростью - это произошло через десять лет, но ведь кто-то и через двадцать не находит в себе сил посмотреть в лицо прошлым обидам.

С этими мыслями забираю цветы и еду во Дворец культуры Горьковского автозавода. На телефоне несколько пропущенных от девчонок.

Алена звонила три раза, Милашка - два.

Обычно тридцать первого декабря мы завтракали вчетвером и обменивались новогодними подарками. В этом году я намеренно проигнорировала ссылку на общую встречу. Разговаривать с Лидой нет никакого желания. А уж она точно найдет слова, чтобы настроить против остальных подруг.

В целом, я к этому готова.

Может быть, они вообще все знали? От этой мысли почему-то становится не по себе.

Оставив машину на парковке, меняю здесь же длинные кожаные сапоги на черные замшевые туфли. Да, можно было бы переодеться в гардеробе, но это всегда смотрится немного нелепо, а красота требует жертв.

Как иначе?

По заснеженной дорожке, несколько раз едва не отдав душу богу, добираюсь до входа и, поздоровавшись с коллегами и подчиненными, сдаю шубу серьезному дедушке-гардеробщику.

- Тудыть твою в качелю! Ольга Александрова, вы чудесно выглядите! - обращается ко мне Степанида Андреевна, непосредственный руководитель Ясмины. Вместо аромата духов от нее всегда исходит легкий флер Корвалола.

- Благодарю.

Такая реакция подбадривает.

Зажав в руке выданную мне бирку, подхожу к большому зеркалу и проверяю макияж. С опаской смотрю на платье. По-моему, все отлично.

Подхватив сумочку и букет, легкой (насколько это возможно в туфлях на десятисантиметровых каблуках) походкой направляюсь в зал, но останавливаюсь как вкопанная, потому что прямо передо мной в компании возрастной дамы оказывается сам Александров. Его высокую фигуру и темные волосы сложно не узнать.

В костюме-тройке и черном галстуке.

В общем, при параде.

Почувствовав на себе взгляд, Илья оборачивается еще до того, как я успеваю отвести глаза, и тут же прощается с собеседницей вежливым кивком. Направляется ко мне, попутно рассматривая мой наряд.

Надо было надеть рубашку и брюки…

К чему это все?

- Привет, Оль. Как у вас дела?

- Привет. Как видишь… Все хорошо… Мальчики с бабушкой Наташей.

Он кивает и, забросив ладони в карманы брюк, озирается по сторонам. Снова смотрит на меня. Его взгляд теплеет.

Мы довольно эмоционально расстались вчера. Эти сутки нужны были, чтобы расставить все по полочкам и перестать чувствовать горечь во рту.

- Не ожидал тебя здесь увидеть… - Илья опускает голову набок.

- Я тоже, если быть честной, не ожидала.

- Микула - мой сотрудник.

- Еще один водолаз?

- Еще один водолаз.

Я вздыхаю и качаю головой.

- Я не знала. А Ясмина - моя подчиненная. - я вытягиваю ладонь для шутливого рукопожатия.

- Соцработник? - хмурится.

- Да…

- Ясно… Значит, веселый будет брак. - Илья сминает мои пальцы и трясет их, прежде чем отпустить. - Платье у тебя красивое, Оля. Очень идет к твоим глазам.

Комплимент, вообще-то, сомнительный. Как ярко-красное платье может идти к моим глазам? Или они у меня от бессонной ночи тоже красные?

Мне срочно нужно зеркало.

- Спасибо, Илья. А у тебя костюм… - осматриваю подтянутую фигуру. - В общем, тоже ничего…

- Что? - он приподнимает брови.

- Хороший костюм.

- Аааа… Так ведь это тот же, что был на свадьбе у Насти…

- Да? - равнодушно пожимаю плечами. Помнится, тогда я его внешний вид раскритиковала. Злая была. Очень злая. - Видимо, здесь освещение другое… - невозмутимо замечаю.

- Тебе виднее. - Илья усмехается и опускает лицо. Подумав, снова смотрит на меня. - Ты одна? Не вижу здесь Валерия…

Вокруг нас много людей.

Мы оба между фразами с кем-то здороваемся, осматриваемся, но не расходимся.

- Я не знаю, где он. - отвечаю честно. - Мы с Валерой больше не виделись… с того вечера, у меня дома.

- Мне жаль. - произносит таким голосом, будто на самом деле «ни капли не жаль».

- Александров! - я закатываю глаза.

- Я серьезно… Если надо, могу извиниться перед ним. Если это вы из-за меня… и из-за особенности Лешки.

- Нет. Не из-за тебя. И конечно же не из-за Лешки… А ты… здесь один? - колко спрашиваю в ответ.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Конечно.

- Алена, наверное, в хлопотах к Новому году? Наслышана, она прекрасно готовит, - хладнокровно улыбаюсь.

- Наверное, мы не вместе отмечаем…

- Аааа… Ясненько, - удовлетворенно киваю.