Друид. Трилогия (СИ) - Молотов Виктор - Страница 61

Эх и неловко же выйдет, если Валерьян вернётся с подмогой, а я уже и сам стал призраком!

Мы с Виктором забрели вглубь леса. Идти оставалось недолго. Не больше километра. Я освещал наш путь масляной лампой. Виктор выглядел хмурым. Что‑то сильно его тревожило. И лишь через десять минут после отбытия он наконец заговорил.

– Я хотел попросить у вас прощения, Всеволод Сергеевич. И поблагодарить вас, – заявил он. – Собственно, поэтому я к вам и пришёл посреди ночи.

– Не помню, чтобы ты в чём‑то передо мной провинился, – подметил я. – Ах да… И давай уже перейдём на “ты”. Я ведь помню, что ты такой же бастард, как и я.

– Непризнанный, – подметил он.

– Какая разница? Твои охотники пусть и дальше обращаются ко мне как к дворянину. А между собой мы можем не любезничать, – произнёс я. – Не вижу в этом никакого смысла.

– Спасибо, Всеволод, – едва заметно улыбнулся Виктор. – Но я всё же перед тобой провинился. Не знаю, рассказал ли тебе правду Слава, но вообще‑то это я виноват в том, что тебе пришлось с вервольфами вместо нас схватиться. Я не сразу понял, что там была самка с выводком. Нужно было иначе действовать. В итоги мы чуть не погибли, а всё дерьмо, уж прости за выражение, разгребать пришлось тебе. Хотя это не твоя обязанность.

– Ерунда, – помотал головой я. – Всегда мечтал смахнуться с вервольфом.

– Правда?

– Нет, – усмехнулся я. – Шучу, чтобы поддерживать себя в сознании. Но ты зря извиняешься, Виктор. Ты уже вернул свой долг. Увёл Елизавету в лес, когда за ней пришли. А теперь идёшь вместе со мной в глушь посреди ночи.

– Хм… – поджал губы Сокольников. – А я в тебе ошибся, Всеволод Дубровский. Зря я с тобой общался в таком тоне… Когда мы впервые встретились, я и мои люди ели твою пищу. И насмехались над тобой. Потому что набрались лживых слухов. Я позволял себе говорить с тобой, как с каким‑то…

– Забудь, – попросил я. – Мы плохо знали друг друга. Главное, что сейчас могли найти общий язык.

– И всё же я тебе очень благодарен, Всеволод. Ты позволил мне и моим людям остаться. Ты не представляешь, как важна для меня эта охота, – заявил Виктор.

– Чем же она так важна, если не секрет? Доходностью? – предположил я.

Виктор промолчал. Долго сомневался, стоит ли дать ответ на мой вопрос. Но всё же решился.

– Видишь этот шрам, Всеволод? – он указал на своё лицо. На незрячий глаз, который пересекала уродливая полоска. – Ты удивишься, но этот глаз – то, что нас с тобой отличает.

– Ну, у меня такого точно нет, это факт, – с иронией ответил я. – А если серьёзно, к чему ты клонишь?

– Мы оба бастарды. Ты и я. Фамилия мне досталась от матери. Отец не решился взять меня в семью. Не признал меня. Этим мы с тобой и отличаемся, – заявил Сокольников.

– Погоди, ничего не понимаю, – я поморщился, поскольку по моему лицу ударила ветвь дерева. Из‑за отсутствия маны лес перестал меня слушаться. Не понимал, что через него идёт друид. – Отец не принял тебя из‑за какого‑то шрама?

– Всё куда сложнее, – покачал головой Виктор. – Этот шрам оставил мой младший брат.

– А я думал, что ты его от монстра получил.

– Именно, Всеволод. От монстра, – кивнул Виктор. – Мой брат в него обратился. И когда это случилось, он меня ранил. Это произошло десять лет назад. Мне тогда было всего лишь пятнадцать лет.

Так… История явно запутанная. Но пока что меня больше всего удивляет возраст Виктора. Я думал, что ему уже далеко за сорок.

– Что? Думал, будто я старик? – расхохотался он. – Нет, Всеволод. Это на мне так жизнь отыгралась. Я старше тебя лет на пять, не больше. Представь себе, бывает и такое!

– Погоди, ничего не понимаю, – помотал головой я. Мы уже почти подошли к месту, где я впервые ощутил себя в теле Всеволода Дубровского. Стоило бы поспешить, но мне было любопытно разобраться в истории своего нового соратника. – Каким образом твой брат стал монстром? И почему в итоге отец тебя не принял?

В целом, удивляться тут нечему. Бастардов признают не так уж и часто. И наследство им передаётся в исключительных случаях. Тут моему предшественнику жутко повезло. Когда Сергей Дубровский лежал на смертном одре, у него не оставалось выбора. Наследников не было, кроме одного единственного бастарда. Человека, который впоследствие стал мной.

У Виктора ситуация сложилась совершенно иначе.

– Мой отец уже был готов признать нас с братом, – объяснил Виктор. – Но Павел… Мой младший брат обратился в чудовище. Ранил меня. И сбежал в аномальную зону. Отец испугался. Решил, что и я могу обратиться в монстра. И не стал меня признавать.

– А почему твой брат вообще превратился в монстра? – поинтересовался я. – Не знал, что такое возможно. Разве для этого не должны случиться какие‑то мутации? Вы ведь не в аномальной зоне жили?

– Его прокляли, Всеволод. История долгая, – вздохнул Виктор. – Важно лишь одно. После того, что случилось, я решил стать охотником на монстров. Чтобы найти брата и… Ну, ты понимаешь. Избавить его от страданий. И что самое главное – мне удалось найти его следы. В твоём лесу.

– В моём?! – оторопел я.

– Прости, что не рассказал сразу. Но это правда. Да, Всеволод. Он где‑то здесь. Бродит в дальних участках твоего леса. Иногда уходит в аномальную зону, но всегда возвращается, – объяснил Виктор. – Я нашёл его следы. Но мне пришлось убежать. Твой лес слишком опасен. Даже с имеющимся у меня опытом, я пока что не готов столкнуться с тем, что обитает там.

Всё ясно… Значит, брат Виктора Сокольникова обитает на территории Тенелиста. Мага, который решил отнять у меня мой же собственный лес.

Вывод из этого следует только один.

– Значит, теперь мы союзники, Виктор, – заключил я. – Мне тоже нужно попасть в те места, где бродит твой брат. Не беспокойся. Мы достанем его вместе. Если я переживу эту чёртову ночь!

Как раз в этот момент мы добрались до того самого места, где я стал Всеволодом Дубровским.

До боли знакомый участок. Дуб, около которого я проснулся, а напротив – пень. Рядом с этим пнём меня и встретил старик Валерьян.

Я попытался совершить медитацию, но ничего не вышло. Погрузиться в транс, как это описывалось в книге, не получилось. И что же это значит?

В самоучителе друида ведь сказано, что я должен найти своё собственное “сильное место”. Самый дорогой для меня участок земли в этом лесу. Но где же он, если не здесь?

Точно… Как же я сразу не догадался!

Разумеется, он находится в другом месте. И нет, это – не особняк. Жить я могу где угодно. Даже в землянке, если потребуется. Есть в этом лесу здание, которым я сейчас одержим.

Старая лечебница. Начало моего будущего санатория. Чуть ли не с самого первого дня я горю идеей создать в этом лесу место, где люди смогут оздоравливаться. Место, которое будет давать жизненные силы людям. А в ходе этого обмена я смогу получать достойный доход.

Вот он – смысл моей жизни в данный момент. Один из смыслов.

И ведь это место таит в себе ещё одно загадку. По какой‑то причине именно лечебница стала укрытием для всех духов, когда начался пожар. Огонь не смог досюда добраться.

Почему? Потому, что это место так для меня важно? Или же есть другая причина?

– Нужно пройти ещё немного, Виктор, – я улыбнулся через боль. Моё тело уже начало гореть от яда, который я подхватил от клеща.

Сокольников не стал со мной спорить. Мы добрались до здания лечебницы, и оказавшись внутри, я смог провести обряд повторного пробуждения.

Потерял сознание на несколько минут и воспрял вновь. Моё магическое сердце вновь забилось. Тело начала заполнять тёплая магическая энергия. Мана.

Я ощутил прилив сил. Удовольствие, которое обычно возникает в тот момент, когда ты чем‑то заряжен. Когда радуешься достигнутой цели и готов перейти к следующей. Словно попил холодной воды в жаркую погоду после долгого трудового дня.

Другими словами, я вновь пробудился.

– Поверить в это не могу… – прошептал Виктор Сокольников. – Я вижу вокруг тебя ауру. Магическую ауру! Вижу своими глазами!