Звёзды, пламя и сталь. Гексалогия (СИ) - Лопарев Игорь Викторович - Страница 33

Брукс убрал планшет и посмотрел мне в глаза.

— Слушай внимательно. Это разведка, а не зачистка. Увидели что-то серьёзное — отходите. На рожон не лезьте. Мёртвые герои никому не нужны.

— Понял, господин сержант.

— И ещё, — добавил он, понизив голос. — Будьте осторожны. У меня плохое предчувствие насчёт этого задания.

В его словах была какая-то тревога, которую я раньше не слышал. Брукс всегда был уверен в себе, всегда знал, что делает. Но сейчас в его голосе звучали сомнения.

— Что вас беспокоит? — осторожно спросил я.

Сержант помолчал, подбирая слова.

— Как-то странно всё это. Под боком у нас кто-то в наглую затевает какую-то возню… И не боятся же ничего…

Его слова меня насторожили. Я и сам чувствовал, что тут что-то не так. Но услышать это от Брукса было несколько неожиданно.

— Готовьте команду, — сказал он, возвращаясь к деловому тону. — Выдвижение через час. Транспорт будет ждать у северных ворот.

Я кивнул и направился к выходу, но Брукс окликнул меня:

— Ржавый. Возвращайтесь живыми. Все трое.

Гвидо и Тихий восприняли новость о задании по-разному. Гвидо оживился — наконец-то настоящее дело, а не бесконечные учения. Тихий, как всегда, просто кивнул и начал тщательно проверять снаряжение.

— Боевые патроны, — с удовлетворением отметил Гвидо, осматривая магазины. — Значит, ждут серьёзных неприятностей.

— Или хотят, чтобы мы были готовы к ним, — поправил его Тихий.

Мы быстро облачились в доспехи. Они сидели как влитые — казалось, их специально настроили под наши размеры. Но на самом деле там были хитрые алгоритмы авто-подгонки. Системы жизнеобеспечения работали безупречно, воздух поступал чистый и прохладный.

— Проверка связи, — сказал я, активируя внутренний канал.

— Бык на связи, — отозвался Гвидо.

— Тихий слышу, — добавил наш снайпер.

— Отлично. Помните — мы идём на разведку. Без геройства и лишних рисков.

Северные ворота лагеря встретили нас рёвом двигателей. У КПП стоял лёгкий разведывательный глайдер — быстрая, манёвренная машина, способная нести пятерых в полном снаряжении.

Пилот, молодой лейтенант с усталыми глазами, махнул нам рукой:

— Садитесь быстрее. С запада идёт песчаная буря. Если не успеем проскочить, застрянем на несколько часов.

Мы забрались в транспортный отсек глайдера. Движки катера взревели и он оторвался от земли. Мы с пол-минуты висели в полуметре над плитами площадки. А потом глайдер дрогнул и сорвался с места, быстро удаляясь прочь от лагеря.

Полёт проходил в молчании. Слева и справа мелькали красные пески, изрезанные каньонами и усеянные скалистыми холмами. Иногда вдали были видны какие-то развалины — остатки первых поселений, заброшенные много лет назад.

— Вон она, — сказал пилот, указывая вперёд.

На горизонте темнела стена красно-бурой пыли. Песчаная буря двигалась со скоростью экспресса, поглощая всё на своём пути.

— Успеем? — нервно спросил Гвидо.

— Должны, — ответил лейтенант, прибавляя газу.

Глайдер рванул вперёд, уходя от безжалостной стихии. Я чувствовал, что стена песка уже близко — первые порывы ветра уже достигали нас.

— Там! — крикнул пилот, указывая на группу разрушенных куполов среди скал. — Комплекс «Дельта-7»!

Планета Сканда-4, комплекс «Дельта-7»

Даже издали было видно, что место давно заброшено. Купола частично обрушились, металлические конструкции покрылись ржавчиной. Всё было затянуто какой-то фиолетовой плесенью, которая цеплялась и за бетонные стены, и за стальные рёбра проваленных крыш…

— Посадка будет жёсткой! — предупредил пилот. — Держитесь!

Глайдер камнем пошёл вниз, уклоняясь от первых порывов бури. Посадочные двигатели взревели, гася скорость. Мы ударились о землю с такой силой, что мы все, как по команде, дружно лязгнули зубами. Чуть язык себе не прикусил…

— Всё, слазь — приехали! — крикнул лейтенант. — У вас есть шесть часов, пока буря не утихнет. Потом заберу вас отсюда.

Мы выскочили из кабины и отбежали на безопасное расстояние. Глайдер взревел двигателями и скрылся в надвигающейся стене пыли, направляясь к временному укрытию в одном из каньонов.

Остались мы одни среди развалин.

Первое, что поразило — запах. Даже через фильтры шлема чувствовался тяжёлый химический аромат. Датчики показывали высокую концентрацию токсичных веществ в воздухе.

— Без доспеха или скафа тут делать нечего, — констатировал Тихий, изучая показания сканера, — ну, или на худой конец полный комплект высшей химической и радиационной защиты.

— А что это за плесень такая? — спросил Гвидо, указывая на фиолетовые наросты, покрывавшие стены ближайшего купола.

Я подошёл ближе и внимательно рассмотрел эту странную растительность. Плесень росла правильными геометрическими узорами, словно следуя какой-то скрытой логике. При ближайшем рассмотрении она даже слабо светилась.

— Мутация, — предположил я. — Радиация и химические выбросы могли вызвать такие изменения. И есть её, Гвидо, нельзя.

Тихий едва слышно хрюкнул в попытке задавить смех — Гвидо слыл вторым после меня проглотом.

Но что-то в этих узорах казалось мне знакомым. Словно я уже видел нечто подобное…

— Ржавый, — позвал Тихий. — Смотри сюда.

Он стоял у входа в один из куполов и рассматривал что-то под ногами. Я подошёл и увидел то, что заставило меня напрячься.

Следы. Свежие отпечатки ботинок в пыли. Сломанные веточки пустынной колючки. Кто-то был здесь совсем недавно.

Я задействовал «Реакцию» на минимальном уровне. Мир стал чуть ярче, детали — чётче. Теперь я мог различить больше подробностей.

— Четверо, — сказал я, изучая следы. — Двигались осторожно, но не скрывались. Прошли не больше часа назад.

— Откуда такая уверенность? — удивился Гвидо.

Я не мог объяснить, что подросшее восприятие позволяет мне читать следы как открытую книгу. Пришлось бы слишком много врать. И я решил искать отмазку попроще.

— Учился в детдоме у старого охотника, — выдал я на голубом глазу. — Он научил читать следы.

Хотя, если учесть, что детдом у нас был на орбитальной станции, то ложь у меня получилась крайне грубая. Вряд ли даже очень опытный охотник и следопыт смог бы читать следы на стальном полу станционных коридоров. Хорошо, что Гвидо не стал развивать эту скользкую тему…

Мы двинулись по следу, держась в тени разрушенных строений. Путь вёл к центру комплекса, где возвышался самый большой купол.

По дороге я заметил ещё несколько странностей. Некоторые обломки металла были аккуратно сдвинуты в сторону, словно кто-то расчищал проход. На одной из стен виднелись свежие царапины — следы инструментов.

— Похоже, они что-то ищут, — шепнул я в микрофон.

— Что именно? — спросил Тихий.

— Скоро узнаем.

Мы подобрались к центральному куполу и осторожно заглянули внутрь через пролом в стене. То, что мы увидели, заставило нас затаить дыхание.

Внутри работали четверо. Все были в качественных скафандрах. Их скафы и обвес были явно не армейскими — но всё было очень дорогим и современным. Рядом с ними деловито суетился строительный дроид, методично разбирая завал в центре купола.

— Мародёры? — прошептал Гвидо.

— Не похоже, — ответил я. — Слишком организованно работают. Да и снаряга у них, как у крутых научников. Мародёры — те обычно попроще одеты.

Я наблюдал за ними, пытаясь понять, что они ищут. Их движения были уверены, словно они точно знали, где копать. Это не случайные грабители, а профессиональная команда.

И тут один из них что-то нашёл.

— Есть! — крикнул он, и его голос прозвучал в наших наушниках — видимо, они работали на открытой частоте.

Остальные бросились к нему. Из завала они извлекли титановый контейнер размером с небольшой чемодан. На его поверхности виднелись угловатые письмена, которые я узнал мгновенно.

Это была клинопись Джоре.