Неестественные причины. Тайна Найтингейла - Джеймс Филлис Дороти - Страница 92

Дэлглиш промычал что-то уместно-одобрительное и немного помолчал, прежде чем завел разговор о мистере Кортни-Бриггзе. Потом спросил довольно наивно, много ли операций хирурга заканчивались так потрясающе неудачно. Сестра Гиринг рассмеялась:

— Боже мой, нет, конечно! Обычно операции Кортни-Бриггза проходят так, как он хочет. Это не значит, что они проходят так, как захотел бы пациент, знай он, что произойдет. К.-Б. из тех, кого называют героическим хирургом. Правда, на мой взгляд, большая часть героизма приходится на долю пациента. И все-таки он делает замечательные вещи. Он один из немногих оставшихся еще хирургов общего профиля. Берется за все подряд: чем более безнадежный случай, тем лучше. По-моему, хирурги чем-то похожи на адвокатов. Нельзя прославиться, оправдывая на суде того, кто явно невиновен. А чем больше вина, тем больше и слава.

— А что собой представляет миссис Кортни-Бриггз? Я полагаю, он женат. Она бывает в больнице?

— Не так чтобы часто, хотя она и член Общества друзей больницы. В прошлом году, когда принцесса в последний момент не смогла приехать, она вручала награды. Блондинка, очень хороша собой. Моложе, чем К.-Б., хотя начинает немного сдавать. А почему вы спрашиваете? Вряд ли вы подозреваете Мюриел Кортни-Бриггз. Ее даже не было в больнице в ту ночь, когда умерла Фэллон. Скорей всего она спокойно спала в своем уютном домике под Селборном. И уж конечно, у нее не было никаких причин убивать бедняжку Пирс.

Значит, у нее были причины избавиться от Фэллон. Любовная история мистера Кортни-Бриггза, вероятно, привлекла к себе больше внимания, чем он думал, Дэлглиша не удивило, что сестра Гиринг знает об этом. Ее длинный нос, должно быть, со знанием дела вынюхивал подобные скандальные истории.

— Я подумал: может, она ревновала?

Не сознавая, что именно она сказала, сестра Гиринг беззаботно продолжала:

— Не думаю, что она знала об этом. Обычно жены ничего не знают. Во всяком случае, К.-Б. не собирался ломать семью, чтобы жениться на Фэллон. Это не для него! У миссис К.-Б. полно своих денег. Она ведь единственная наследница фирмы «Прайс оф Прайс энд Максвелл», так что, учитывая доходы К.-Б. и папашины неправедные барыши, они живут очень обеспеченно. И пока он ведет себя прилично по отношению к ней и денежки продолжают поступать, Мюриел, по-моему, не очень-то беспокоится о том, что он делает. Я, например, не стала бы. И потом, если верить слухам, наша Мюриел тоже не совсем подходит для Союза непорочных.

— У нее кто-нибудь из здешних? — спросил Дэлглиш.

— Нет, ничего подобного. Просто она вращается в обществе избранных. Ее фотографии печатаются в каждом третьем номере журнала светской хроники. А еще они связаны с театральной богемой. У К.-Б. был брат-актер, Питер Кортни. Повесился года три назад. Вы, наверно, читали об этом.

Из-за своей работы Дэлглиш редко имел возможность сходить в театр, хотя это было одним из тех удовольствий в жизни, которых ему недоставало больше всего. Он видел игру Питера Кортни всего один раз, но эта постановка была не из тех, которые быстро забываются. Его Макбет был очень молод, так же чувствителен и самоуглублен, как Гамлет, и при этом — раб полового влечения к собственной жене, которая намного старше его, а его физическая отвага выражалась в истерии и хулиганских выходках. Это была извращенная, но интересная интерпретация, и она, пожалуй что, имела успех. Вспоминая сейчас эту постановку, Дэлглиш подумал, что может уловить сходство между двумя братьями, что-то такое в разрезе глаз, может быть. Хотя Питер был наверняка лет на двадцать моложе. Хотелось бы знать, что думали друг о друге эти два человека, столь сильно отличающиеся по возрасту и дарованиям.

— Пирс и Фэллон ладили между собой? — неожиданно спросил Дэлглиш без всякой связи с предыдущим.

— Нет. Фэллон презирала Пирс. Это не значит, что она ее ненавидела или могла бы обидеть, просто презирала.

— Для этого были какие-то особые причины?

— Пирс взялась доложить главной сестре, что Фэллон по ночам попивает виски. Маленькая ханжа. О, я знаю, что она умерла и мне не следует так говорить. Но в самом деле, ее ханжество бывало совершенно невыносимым. А случилось, по-видимому, вот что: недели за две до того, как эта группа вернулась на очередной цикл занятий в училище, Дайан Харпер (она теперь ушла от нас) сильно простудилась, и Фэллон приготовила ей горячее виски с лимоном. Пирс, кажется, уловила запах из коридора и заключила, что Фэллон уже пытается совратить своих младших подруг этим дьявольским зельем. И вот она явилась в подсобку — они тогда жили в главном сестринском корпусе — в халате, с раздутыми ноздрями, словно ангел мести, и пригрозила, что доложит обо всем главной сестре, если Фэллон чуть ли не на коленях не пообещает никогда в жизни больше не притрагиваться к этому зелью. Ну, Фэллон сказала ей, куда пойти и что там с собой сделать. Уж Фэллон умела цветисто выражаться, когда рассердится, это точно. Дэйкерс расплакалась, Харпер взорвалась, и общий шум привлек заведующую общежитием на место происшествия. Пирс, конечно, доложила обо всем главной сестре, но никто не знает, чем это кончилось, кроме того, что Фэллон стала хранить виски у себя в комнате. Однако это событие вызвало бурю страстей на третьем курсе. Фэллон-то никогда не пользовалась популярностью в группе, она была чересчур замкнута и остра на язык. А вот Пирс девочки стали заметно сторониться.

— А Пирс недолюбливала Фэллон?

— Ну, трудно сказать. Кажется, Пирс никогда не беспокоило, что о ней думают другие. Странная была девушка и какая-то бесчувственная. Например, она могла осуждать Фэллон за то, что та пьет виски, но это не мешало ей попросить у той же Фэллон ее читательский билет.

— Когда же это случилось?

Дэлглиш подался вперед и поставил свою чашку на поднос. Он говорил спокойным, равнодушным тоном. Но вновь почувствовал, как в нем нарастает возбуждение и ожидание, интуитивное ощущение того, что было произнесено нечто очень важное. Это было больше, чем подозрение: это была, как всегда, уверенность. Подобное ощущение могло, если повезет, возникнуть несколько раз за время одного расследования, а могло и не возникнуть вовсе. Дэлглиш не мог вызвать его волевым усилием и боялся глубоко исследовать причины его возникновения, подозревая, что нежный росток этого ощущения быстро завянет от дыхания логики.

— По-моему, как раз перед тем, как они вернулись на занятия. Должно быть, за неделю до смерти Пирс. В четверг, по-моему. Во всяком случае, они еще не перебрались в Дом Найтингейла. Это было сразу после ужина, в главной столовой. Фэллон и Пирс вместе выходили из столовой, а мы с Гудейл шли как раз за ними. Фэллон повернулась к Пирс и сказала: «Вот библиотечная карточка, которую я тебе обещала. Лучше возьми ее сейчас, а то утром мы можем не увидеться. И пожалуй, захвати с собой и читательский билет, а то они могут не дать тебе книгу». Пирс что-то пробормотала и, на мой взгляд, довольно невежливо схватила карточку, вот и все. А что? Разве это важно?

— Да нет, не думаю, — ответил Дэлглиш.

VIII

Следующие пятнадцать минут он просидел, проявляя образцовое терпение. Судя по учтивому вниманию к ее болтовне и по той неторопливости, с которой он пил третью, и последнюю, чашку чаю, сестра Гиринг не могла догадаться, что каждая минута теперь была на счету. Когда чаепитие закончилось, Дэлглиш сам отнес поднос в маленькую сестринскую кухню в конце коридора, а она, слабо протестуя, семенила за ним по пятам. Там он поблагодарил ее и откланялся.

Он тут же направился к похожей на келью комнате, до сих пор хранившей почти все личные вещи, которыми владела Пирс в больнице Джона Карпендара. Не сразу отыскал нужный ключ в тяжелой связке, лежавшей у него в кармане. Комнату заперли после смерти Пирс, и она до сих пор оставалась на запоре. Он вошел и включил свет. Кровать стояла голая, а вся комната была чисто убрана, словно ее тоже выставили для прощания перед похоронами. Занавески на окнах раздвинуты так, чтобы, если смотреть с улицы, комната не отличалась от всех остальных. Хотя окно было приоткрыто, в воздухе чувствовался слабый запах дезинфекции, как будто кто-то старался с помощью ритуального обряда очищения уничтожить память о смерти Пирс.