После развода. Мне нужна жена получше (СИ) - Кривенко Анна - Страница 21

Утром в кабинет вошла Виктория с папкой в руках.

— Виталий Николаевич, я собрала жалобы за последние дни.

Он кивнул, не поднимая глаз от экрана.

— Оставьте на столе.

Она положила папку и, помедлив, добавила:

— В основном по одному сотруднику. По Наталье.

Внутри неприятно кольнуло.

— Вы свободны, — холодно сказал он.

Когда дверь закрылась, Виталий несколько секунд просто смотрел на папку, затем открыл её. Сверху лежал список фамилий — почти весь коллектив. Даже несколько человек из ювелирного отдела оставили свои отзывы. Он нахмурился и начал читать.

Жаловались на низкий уровень обслуживания, на то, что Наташа переманивает клиентов, влезает в чужие продажи, агрессивно навязывает товар, вводит покупателей в заблуждение, создаёт напряжение в коллективе, ведёт себя высокомерно и непорядочно. В жалобах от клиентов говорилось о чрезмерной настойчивости, о психологическом давлении, о том, что после покупок остаётся неприятный осадок. Формулировки были разные, но смысл один и тот же.

Он читал медленно, строку за строкой, и лицо его мрачнело всё больше. Если бы это написали один или два человека, он бы даже не задумался. Но здесь был почти весь отдел. И даже те, кто с Наташей едва пересекался.

Виталий откинулся в кресле и тяжело выдохнул.

Неужели правда?

В памяти тут же всплыла другая Наташа. Та самая, из детства. Прямая, честная, упрямая в своей принципиальности. Он прекрасно помнил, как пытался уговорить её соврать родителям — из-за проделок, из-за прогулов, из-за разбитых окон. И каждый раз она качала головой и говорила, что не может. Лучше наказание, чем ложь. Она всегда была такой. Иногда это его раздражало, но именно за это он её уважал.

И всё, что он сейчас читал, совершенно не вязалось с тем образом.

Но прошли годы.

Люди меняются.

Жизнь делает жёстче.

А вдруг она действительно стала другой?

Он снова посмотрел на стопку жалоб. Столько голосов против одной его памяти. И память вдруг показалась слишком слабым аргументом.

— Или это правда… — тихо произнёс он. — Или это массовое проявление ненависти…

И понять, что из этого хуже, он сейчас не мог…

Глава 25 Брат…

Глава 25 Брат…

Телефон зазвонил в самый неподходящий момент, когда я только успела снять куртку и устало опустилась на край дивана у Светы. День выдался тяжёлым, голова гудела, а внутри всё ещё стояло напряжение от бесконечных мелких стычек в бутике. Я мельком взглянула на экран. Номер был незнакомый.

Ответила не сразу, но всё же провела пальцем по экрану.

— Алло.

В трубке тут же раздался знакомый, слишком бодрый и весёлый голос.

— Привет, сестрёнка! Как дела?

Я на секунду растерялась, прислушалась, и сердце вдруг ёкнуло.

— Я тут в городе проездом, — продолжал голос. — Точнее, на пару месяцев обосновался. Можно у вас пожить это время? Не охота в общежитии толкаться…

— Славка ты, что ли? — выдохнула я.

— Ну а кто ещё? — притворно оскорбился двоюродный брат. — Как я у тебя подписан, что ты меня не узнаёшь?

— Извини, — слегка смутилась я. — Телефон недавно поменяла, твой контакт потерялся. Так что сейчас запишу заново.

— Ай-ай, Наташа, — протянул он с наигранным укором. — А я-то надеялся на счастье в твоих глазах при виде меня, а в итоге такое разочарование.

Я невольно хмыкнула.

Славка всегда был таким. Вечный весельчак, шутник, человек, который умел превращать любую ситуацию в анекдот. Даже в самые тяжёлые времена он умудрялся смеяться и заставлять смеяться других. В юности я его обожала, да и сейчас была искренне рада слышать его голос.

Но радость быстро сменилась неловкостью.

Я понимала, что помочь ему не смогу.

Сама-то сейчас без крыши над головой.

Сердце сжалось. Неужели придётся говорить о разводе с Валеркой? О том, что я больше не живу в своей квартире, что перебралась к подруге, что жизнь пошла наперекосяк…

Глубоко вдохнула.

— Слав… — начала я осторожно. — Извини, но принять тебя в квартире не могу. Я там уже не живу.

На другом конце повисла тишина.

А потом раздался ошеломлённый голос:

— Что???

— Ну… — я сглотнула. — Так получилось.

— Но почему? — воскликнул он. — Наташ, ты что, шутишь?

Я прижала телефон к уху сильнее, будто это могло защитить меня от предстоящего разговора.

— Нет, не шучу.

Славка молчал несколько секунд, а потом уже гораздо тише спросил:

— Вы что, с Валеркой поругались?

Слова застряли в горле.

Как же всё это тяжело произносить вслух.

— Мы разводимся, — наконец сказала я.

Он снова замолчал.

Я почти физически ощущала его удивление.

— Ничего себе… — протянул он. — Вот это поворот.

— Угу, — тихо ответила я.

— И ты теперь где? — осторожно поинтересовался он.

— У подруги живу.

— Вот это да… — вздохнул Славка. — Сестрёнка, ты меня прям расстроила.

Я грустно усмехнулась.

— Прости.

— Да ты чего извиняешься, — тут же оживился он. — Я просто не ожидал. Но ничего, прорвёмся. Мы ж с тобой сильные.

Его лёгкость вдруг немного согрела душу.

— Слушай, — продолжил он, — давай встретимся, поболтаем. А еще… я на машине, могу с утра тебя на работу подвозить…

— Да ты что! — мне сразу же стало неловко. — Я и сама доберусь…

— Не спорь… — бросил брат. — Мы не чужие друг другу. Я должен о тебе позаботиться…

— Ну здравствуй, сестрёнка, — протянул Славка, широко улыбаясь, едва я подошла к столику у окна.

— Привет, — ответила я и неловко уселась напротив. — Ты совсем не изменился.

— Врёшь и не краснеешь, — рассмеялся он. — Я, между прочим, повзрослел.

— Ага, конечно.

Он подмигнул, и в этом жесте было столько прежнего Славки, что мне вдруг стало тепло.

Мы заказали кофе. Он болтал о прошлом, о том, как устроился в городе и что снимает комнату недалеко отсюда. Я слушала вполуха и разглядывала его.

Славка и правда изменился.

Ему было всего двадцать два, а выглядел он уже совсем не мальчишкой. Высокий, плечистый, с аккуратно подстриженной тёмными волосами и светлыми глазами, в которых всегда плясали искорки. Красавчик, что уж там. Такой, на которого девчонки оборачиваются на улице.

Мы общались с ним лет десять уже, наверное, с тех самых пор, как пересеклись у общих родственников на каком-то семейном празднике. Тогда он был ещё подростком, худым и смешным, а я — уже замужней женщиной, уверенной, что моя жизнь сложилась.

Но несмотря на разницу в возрасте, братец сразу же влип мне в сердце и не отпускал.

Он частенько звонил поболтать, рассказывал о своих делах, смеялся, спрашивал, как у меня дела. В последнее время, правда, изменил этой традиции и звонил не чаще одного раза в месяц. Видимо, появились свои заботы, своя жизнь.

И вот теперь я сидела перед ним — потерявшая всё.

Без семьи, без дома, с работой, за которую приходилось цепляться зубами.

А он улыбался.

Его смазливая мордашка выглядела слишком идеальной, чтобы принадлежать реальному человеку. Славка всегда умел себя подать. Даже сейчас — в простой куртке и джинсах — выглядел так, будто сошёл с обложки журнала.

— Ну что, — вдруг сказал он, став серьёзнее. — Рассказывай.

— О чём?

— О вас с Валеркой.

Я замерла.

Он внимательно смотрел на меня, больше не улыбаясь.

— Он тебя обижал? — тихо спросил Славка. — Отчего развод?

Я опустила глаза.

Почему-то стало стыдно. Словно всё случившееся было моей виной. Словно я не справилась, не удержала, не смогла быть нужной.

— Он сказал, что такая жена, как я, ему больше не нужна, — выдавила из себя.

На секунду повисла тишина.

Я подняла взгляд и увидела, как в глубине его светлых глаз мелькнул гнев.

Лицо Славки напряглось.

— Я ему рожу расквашу, — процедил он неожиданно яростно.