Дым и перья в академии Эгморра. Забытое зло (СИ) - Лин Кира - Страница 85

Ворота на границе Эгморра и Вердландии окончательно отрубили ту реальность от этой, чуждой в стране магов. Я шла от автомобиля Джозефа и слышала только своё дыхание, глубокое и ровное, сосредоточилась на нём, выталкивая из головы сентиментальное дерьмо.

Твою же мать, ну почему я такая чувствительная?!

Раз, два, три, десять - замки щёлкнули за спиной, я не обернулась. Коул спрятал ключ в карман плаща, а я продолжала идти, невольно прислушиваясь к звуку отъезжающего автомобиля Джозефа.

Время остановилось, все движения казались тяжёлыми и заторможенными, будто я пыталась идти под водой. Я больше не слабая, наивная дурочка со смазливым личиком, умеющая из воздуха цветы колдовать.

Карман плаща приятно оттягивал пистолет, тело саднило от затягивающихся царапин, а волосы до сих пор пахли кровью Вивиан, как бы ни пыталась их отмыть.

Из меня словно ложкой вычерпали часть души, отсеяли лишнее, но нечто важное, вот только что именно - я не могла вспомнить.

Я потеряла кусочек сердца, похоронила прежнюю Эшли, оставила её навечно в Вердландии среди вампиров. Она умерла в памяти Стюарта, значит, и мне не стоит её вспоминать.

— Ты со мной? — спросила я, обернувшись к Джошу.

Он как-то странно покосился на меня - отрешённым, тёмным взглядом. И голос его прозвучал угрюмее, чем я ожидала.

— Мне не нравится пустота в твоём взгляде, Эш, — ответил он и задумчиво посмотрел под ноги.

Джоша не заботило возвращение под стражу, а куда больше волновала встреча с Мишель. Мы отсутствовали три дня, а казалось, что целую вечность.

Коул остановился рядом с каретой, Вивиан забилась на заднее сиденье, пряча слёзы и кутаясь в меховом воротнике пальто. Ей понадобится время, чтобы забыть вампира по имени Томас.

Я посмотрела на Коула. Он терпеливо ждал, когда мы определимся с маршрутом.

— Можно и завтра заявиться к Стэнли, — предположила я, глядя на Невидимку.

Он устало пожал плечами и спрятал руки в карманы плаща. Я расценила этот жест, как положительный ответ.

Можно же отсрочить ругань с Главным Фамильяром и отчёт о проделанной работе!? Странно, но мне показалось, что Коулу не хотелось со мной спорить.

— Ты не отреагировала на мои слова, — напомнил Джош бесцветным голосом.

Я вновь посмотрела ему в глаза, пристально и красноречиво.

— Мне пришлось оглянуться назад и посмотреть на себя со стороны, чтобы вырасти, Джош, — сухо произнесла вслух. — Я жила в какой-то ванильно-зефирной сказке, в коробке с мармеладом, где всё так радужно и пёстро… Что-то во мне надорвалось, — я поморщилась и вскользь коснулась рукой груди. — Краски поблёкли, которые так сильно слепили глаза и мешали рассмотреть истину. И я больше не могу размышлять и чувствовать, как раньше. Извини, если новая Эшли не раздаёт идиотские улыбочки налево и направо и не скулит по каждой ссадине.

— Не даёт покоя суровость вампирского края?

— Ага, — лаконично бросила я и небрежно пожала плечами.

Джош непроизвольно рассмеялся.

— Прежняя Эшли не скулила, — спокойно возразил он и, щурясь, посмотрел на небо.

Облака размазались по нему воздушной пеной, и, казалось, стояли на месте. Ветерок затрепетал в волосах запутавшейся бабочкой.

Даже пейзаж за воротами смотрел на нас иначе - нереальнее, словно с картины. Я опустила голову, перебирая пальцами выбившуюся прядь, и тихо вздохнула.

— Правда? — чуть слышно произнесла и сглотнула нахлынувшую тоску.

Джош шаркнул ботинком по гравию - мне под ноги покатились камешки, и в повисшей тишине звук был звонким, щекочущим, ранящим глубоко внутри.

— Она с удовольствием набивала шишки, но пугалась взвешенных решений и ответственности. Влезть в мёртвый дом - безобидные детские шалости по сравнению с тем, что тебя теперь ждёт с этой проклятой побрякушкой на шее, — он пренебрежительно щёлкнул пальцами по моему кулону. Поджав губы, посмотрел в сторону, будто искал подходящие слова в шуме сухих ветвей и тихом свисте ветра. Цыкнув, горько рассмеялся. — И я не против оставить ту малохольную Эш в прошлом.

— Вот и я про что, — улыбнувшись, я взяла Джоша под руку, и мы направились к карете.

Нас ожидало головокружительное, можно сказать, триумфальное возвращение домой после - не побоюсь этого слова - эпического подвига. Вот так поездочка выдалась!

Глава 65

В Эгморре дышалось иначе - привычнее. Домой всегда приятно возвращаться.

Улица казалась опустевшей, вымершей, только ветер шевелил ветви, и с них сыпался снег, словно стеклянный дождь. Он искрился в воздухе, в полнейшей тишине, и почему-то сердце замирало.

Что-то стряслось, пока нас не было?

Остановившись перед калиткой, я посмотрела на окна. Тихо, даже слишком. Никто не отодвинул штору и не выглянул, не вышел на крыльцо. А чего я ждала? Горячего приёма?!

Мишель и Моника должны были выбежать и, набросившись с нежностями, посетовать, как им меня не хватало? Или Бен?

Может, он мог бы проявить немного скупых чувств, на пылкие объятия и страстные поцелуи не претендую. Да что же я разнылась? Меня не было всего три дня!

Шаги Джоша смолкли позади, и стало не по себе. Он не хотел мешать, ведь и сам нервничал, поэтому подумал, что мне нужно хоть на мгновение забыть о его присутствии.

Я толкнула калитку и неторопливо направилась к дому, с комочком тревоги где-то глубоко в груди. Ничего же не произошло, отчего я так разволновалась?

Дело в моей воспалённой фантазии, ориентированной исключительно на трагизм. Скверное ощущение, и оно глодало изнутри. Я разглядывала привычные до боли узоры на шторах и обшарпанные ступени, чтобы отвлечься.

Из приоткрытого окна повеяло тёплыми ароматами кофе и свежей выпечки. Мишель стряпала завтрак, а, значит, всё в порядке.

Зима была в самом разгаре. Ледяной ветер гулял среди флюгеров, влажный промозглый воздух обжигал лёгкие и казался тяжёлым, хоть на ладони взвешивай. Однако, снега почти не было, и из-под редких талых сугробов выглядывала прошлогодняя трава.

Я обернулась, посмотрела на деревья, выстроившиеся вдоль забора, выискивая глазами скучающих птиц. Несколько чёрных воронов чистили клювами перья от недавнего мокрого снега, вуалью крупных хлопьев облепившего провода между домами.

Они будто бы не замечали нас. «Вероятно, это просто птицы», - подумала я с долей горечи и разочарования. Повернув ручку, наконец, толкнула внутрь дверь, шторы на окнах всколыхнулись, и меня обдало привычными ароматами родного дома.

Моего дома, где каждая мелочь знакома, и невольно сбилось дыхание.

Дверь захлопнулась от сквозняка, едва не прищемив Джошу нос, на звук выглянула Мишель. На ней было бледно-розовое трикотажное платье с плиссировкой, нежный цвет подчёркивал свежесть лица.

Сестра выглядела в нём потрясающе женственной. Длинные кудри рассыпались по плечам, так естественно и романтично.

Придирчиво оглядев меня с ног до головы, Мишель нахмурилась, но глаза её потеплели. Убедившись в моём здравии и наличии всех конечностей, она холодно зыркнула мне за спину.

Джош перестал дышать, а её лицо разгладилось и смягчилось. Долгую минуту она присматривалась к нам, перебегая взглядом по очереди с моего лица на лицо Джоша, и чем дольше, тем заметней становились морщинки на переносице.

Приоткрыв рот, сестра перестала натирать полотенцем блюдо, на её лице обозначилась тень огорчения. Я невольно поёжилась. Снова прощупывала нас, ковырялась в душе, как в коробке с вещами.

Возможно, Мишель не была способна читать мысли, но с лёгкостью вычислила, что нам довелось пережить. И что мы ощущали по этому поводу - тоже.

Узнав причину нашего скорбного вида, она удручённо вздохнула. Отведя взгляд, заморгала и с куда большим усердием принялась натирать блюдо.

Мы вернулись целыми и невредимыми, она была рада хотя бы этому и уже почти не сердилась.

— Наконец-то, — проворчала сестра, отворачиваясь к мойке, в которой мерно шумела вода. — Явились.