"Фантастика 2026-101". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Конторщиков Виталий - Страница 507

Владыка бросился на меня. Несколько тонн костяной брони неслись, сотрясая землю.

Я активировал Искажение дистанции. Мир дёрнулся, и я оказался в трёх метрах левее. Тварь пронеслась мимо, но тут же развернулась.

Голова уже раскалывалась. Даже простое перемещение отдавалось вспышкой боли в висках.

[2:31… 2:30… 2:29…]

Думай, Глеб! Думай быстрее!

Обычные атаки не сработают. Пространственный разрез вряд ли пробьёт такую броню. Эта тварь в разы крепче всего, что я встречал сегодня. Там были твари куда ниже рангом, и моё лезвие на них не действовало с нужной эффективностью. Я работал только по тонким местам.

Но портал внутри Титана сработал. Разорвал внутренности, несмотря на броню снаружи.

Однако сейчас с порталом так не выйдет. Система уже показала анализ, что его мощности не хватит. По сути, только у одного навыка хватит мощности справиться с этой тварью. Но он меня добьёт.

Владыка снова атаковал. Пасть раскрылась, готовая перекусить меня пополам.

На этот раз использовал Фазовый сдвиг. Тело стало прозрачным, и когти прошли сквозь меня.

Всё тело пронзила адская боль. Такая, что я едва не потерял концентрацию. Каналы горели, требуя остановиться.

Нет. Не сейчас.

[2:12… 2:11… 2:10…]

Я сосредоточился. Руки дрожали от напряжения. Пальцы не слушались. Кровь стучала в висках так громко, что заглушала всё остальное.

Владыка развернулся и снова бросился на меня. Быстрее, чем раньше. Я сильно его разозлил.

Пять метров. Четыре. Три.

Пусть подходит ближе… Ещё ближе…

Два метра.

Сейчас!

Я не стал формировать воронку снаружи, как делал это всегда раньше. Вместо этого направил всю энергию внутрь твари. Прямо в центр этой костяной туши.

Разрыв пространства раскрылся в груди владыки. Чёрная воронка появилась там, где должно было быть сердце. Если у этой твари вообще есть сердце, анатомию монстров мы ещё не проходили.

Владыка издал звук, которого я никогда раньше не слышал — что-то между воем и хрипом. Предсмертный крик монстра был поистине ужасен.

Воронка расширялась, засасывая плоть и кости изнутри. Костяные пластины трескались, проваливались внутрь. Прочнейшая броня складывалась как бумага.

Кровь брызнула во все стороны. Испачкала меня с ног до головы.

Тварь рухнула в метре от меня. Дёрнулась последний раз. И затихла.

[Убито: Костяной владыка — аномалия]

[Получено опыта: 300]

[Текущий опыт: 364/800]

Я хотел улыбнуться и обернуться к ребятам. Хотел сказать что-то вроде «справились». И даже не стал мысленно возмущаться, почему за эту тварь дают меньше опыта, чем за Альфу.

Но вместо этого посмотрел на свои руки. Они были красными, даже почти багровыми. Под кожей лопались капилляры. Кровь проступала сквозь поры, окрашивая ладони в цвет сырого мяса.

Это уже очень плохо…

Сначала руки онемели, словно их облили кипятком. А потом накатила ужасная боль. Нет… Это было что-то хуже. Жгучая, пульсирующая агония, поднимающаяся от кончиков пальцев к локтям.

Я посмотрел на Алексея. В его глазах застыл животный ужас. Но не от твари. От моего вида.

[0:03… 0:02… 0:01…]

[КРИТИЧЕСКОЕ ПОВРЕЖДЕНИЕ КАНАЛОВ]

[Запуск аварийного восстановления]

Ноги подкосились. Колени подогнулись сами собой. Земля качнулась и понеслась мне навстречу.

Последнее, что я увидел — как Алексей срывается с места. Паралич с него спал, и он бежал ко мне, что-то крича. Рот его открывался, но я уже не слышал слов. Только нарастающий звон в ушах.

А потом всё стало чёрным.

Паралич спал, и Алексей сразу рванул к Глебу.

Ноги несли его сами. Но каждый шаг отдавался в груди глухим ударом сердца.

Только не это… Только не снова…

Его команда уже потеряла Громова совсем недавно. Алексей до сих пор просыпался по ночам, видя его лицо в последние секунды. Спокойное. Умиротворённое. Словно командир смирился со своей судьбой. Словно в тот момент всё шло по плану.

И теперь этот парень лежал на земле. Весь красный. И на нём слишком много крови. И его, и чужой.

Алексей упал рядом с ним на колени. Схватил за плечи, перевернул на спину. Руки действовали на автомате.

Первое, что Алексей заметил сразу — это обширное кровоизлияние. Капилляры лопнули по всему телу. Парень выглядел так, словно его облили красной краской.

Грудь почти не поднималась. Дыхание было слабое, едва заметное. Если бы Алексей не приложил ухо к его губам, решил бы, что парень уже мёртв.

Он быстро провёл осмотр. Благо оказывать первую помощь его ещё в Академии научили.

Сперва ощупал живот, пытаясь понять состояние внутренних органов. Затем прощупал пульс — нитевидный, еле ощутимый. Алексей приподнял веко Глеба — зрачки расширены, на свет не реагируют. Очень плохо.

Он понимал, что внутренние органы Глеба повреждены. Печень, почки, может быть, селезёнка. А может, и всё сразу. Алексей видел такое раньше, когда маги перегружали каналы сверх предела. Тело не выдерживало и начинало разрушаться изнутри.

Обычно такие не выживали.

У некоторых тело даже взрывалось. Но раз с Глебом такого не произошло, значит — надежда ещё есть!

— Ирина! — заорал Алексей, не оборачиваясь. Голос сорвался на хрип. — Экстренный набор! Быстро!

За спиной раздался топот шагов. Паралич спал со всех. И Алексей слышал, как люди приходят в себя, как кто-то охает, как Лена вскрикивает.

— Что с ним⁈ — Дружинин рухнул рядом на колени. — Что произошло⁈

Глаза куратора были широко раскрыты, лицо бледное, как у трупа. Руки его потянулись к Глебу, но не коснулись, словно он боялся ещё больше навредить парню.

Алексей посмотрел ему прямо в глаза. Он не хотел произносить это вслух, словно это сделает всё окончательным и необратимым.

— Он умирает, — прошептал Алексей.

Два слова. Простых и страшных. Они повисли в воздухе со всей тяжестью, как надгробные плиты.

Дружинин отшатнулся. Прикрыл лицо ладонями. Это был жест человека, который не хочет видеть реальность. Алексей заметил, как дрожат его пальцы.

— Мы не можем его потерять, — прошептал куратор. Голос надломился. — Не можем… Только не его…

— Знаю. Я знаю, чёрт побери!

Алексей стиснул зубы так, что заныли скулы.

Этот парень — не просто маг. Не просто преемник Громова. Не просто «ценный актив», как любят говорить в ФСМБ. Он — последнее, что осталось от человека, которого Алексей считал отцом.

Воспоминания нахлынули сами собой. Очень не вовремя, но он не мог их остановить.

Алексей сам был сиротой. Вырос в детдоме под Новгородом. В сером, унылом месте, где дети были просто номерами в журнале. В девятнадцать, сразу после прохождения спецподготовки, он попал в команду Громова. Параллельно учился в Академии, но только в первой половине дня. Тогда правила были не такие строгие.

Алексей был совсем зелёный и самоуверенный. Думал, что всё знает. Думал, что ему никто не нужен. Думал, что сила огня делает его особенным.

Громов разбил эти иллюзии за первую же неделю. И начал учить. Не только магии, но и жизни. Терпению. Ответственности. Тому, что сила без контроля — это просто разрушение. Тому, что команда — это семья, которую ты выбираешь сам.

Командир был ему отцом больше, чем любой человек с кровным родством. Больше, чем биологический папаша, который бросил мать ещё до рождения Алексея.

И когда Громов собирался войти в разлом на Дворцовой площади, Алексей видел его глаза. Видел, как командир смотрит на этого парня, на Глеба. Как губы шевелятся, произнося что-то именно для него.

Это был не случайный выбор. Громов знал, что Дар получит именно этот парень.

А теперь его наследие лежит на земле и умирает. Потому что спас всех остальных. Точно так же, как поступил сам Громов.

— Алексей! — Ирина возникла рядом, протягивая небольшую сумку.

Руки у неё тоже дрожали, а глаза блестели от непролитых слёз, но голос оставался твёрдым.