Второй шанс для Алой Пиявки (СИ) - Мэйрвелл Айра - Страница 42

В записке было всего одно слово: «Дно».

— Я сходила к «Тетушке Фэн», — рассказывала Сяоту. — В Нижнем Городе паника. Люди боятся выходить на улицу после заката. Пропадают не по одному. Пропадают семьями, целыми домами.

— Сколько? — спросила я, чувствуя, как холодный ком страха растет в животе.

— Десятки. Может, сотни. Никто точно не знает, там не ведут переписей. Но самое страшное не это.

Она замолчала, теребя край передника.

— Говори, Сяоту.

— Те, кто живет ближе к старым стокам… они говорят, что по ночам слышат гул, из-под земли. Будто там, в глубине, бьется огромное сердце. И… запах.

— Какой запах?

— Металла, озона, и… крови. Сладкий, тошнотворный запах старой крови.

Я закрыла глаза. Мои худшие опасения подтверждались. Призрак не врал, он создавал новый ключ. Но не из кристалла и магии звезд. Он создавал его из человеческих душ.

Массовое жертвоприношение. Древняя, запретная магия, о которой я читала в самых темных свитках Запретного Архива. Магия, требующая огромного количества жизненной силы, чтобы пробить барьер реальности.

Церемония Небесного Единения — это парад планет, момент, когда завеса между мирами истончается. Идеальное время.

— «Старик» назначил встречу? — спросил я.

— Нет, он боится. Он сказал, что его люди отказываются спускаться в коллекторы. Двое его лучших соглядатаев ушли туда вчера и не вернулись. Он сказал: «Крысы бегут с корабля, леди, а я слишком стар, чтобы тонуть».

«Старик» паниковал. Теневой король, который держал в страхе весь город, столкнулся с чем-то, что не мог ни купить, ни запугать.

— Он прав, — прошептала я. — Корабль тонет. Только он не понимает, что бежать некуда. Если Призрак активирует «Пожирателя», от столицы останется только воронка.

В этот момент пламя свечи дрогнуло, хотя в комнате не было сквозняка. Я почувствовала знакомое присутствие еще до того, как увидела его.

Цзинь Вэй отделился от тени в углу комнаты. Он пришел, как и обещал. Бесшумно, минуя посты, минуя моего отца.

— Вы слышали? — спросила я, не оборачиваясь.

— Слышал, — он подошел к столу. На нем была черная одежда для ночных операций, делающая его похожим на одного из его наемников, если бы не глаза. Глаза генерала горели мрачным огнем. — Мои люди тоже докладывают о странностях. Земля дрожит в районе южных кварталов. Лошади в императорских конюшнях бесятся.

— Он под городом, — сказала я, поднимаясь. — Призрак, он прямо здесь, под нашими ногами.

— Мы проверяли катакомбы, Лиюэ, там пусто.

— Вы проверяли верхние уровни, те, что построила династия Тан, но под ними есть руины династии Шан, а под ними… — я достала из ящика стола карту, ту самую, что мы добыли в начале нашего пути, но теперь я наложила на нее схему, которую составила по записям астронома.

— Смотрите. Древний водовод, он идет не только к монастырю. Он разветвляется. Одна ветка уходит глубоко вниз, под русло подземной реки. Туда, где даже гномы не копали бы.

Я ткнула пальцем в точку на карте, которая находилась прямо под главной площадью столицы, но на глубине сотен метров.

— «Чрево Земли», — прочитал Цзинь Вэй древний иероглиф. — Легендарная каверна. Считалось, что это миф.

— Для Призрака мифы — это инструкции, — жестко сказала я. — Он там, и он собирает жатву. Эти люди, исчезнувшие из Нижнего Города… они не мертвы. Пока нет. Они — топливо.

Цзинь Вэй сжал кулаки.

— Если он там, то штурмовать это место обычной армией невозможно. Узкие проходы, ловушки, магия. Мы положим тысячи солдат и не добьемся ничего.

— Нам не нужна армия, — ответила я, встречаясь с его взглядом. — Нам нужны мы.

— Снова? — в его голосе прозвучала боль. — Снова вы и я против целого мира?

— Нет, на этот раз у нас есть преимущество. У нас есть «Печать Сдерживания». И у нас есть понимание его плана.

Я подошла к нему вплотную. Сяоту тихо выскользнула из комнаты.

— Цзинь Вэй, он готовится к Церемонии. Это послезавтра. У нас меньше сорока восьми часов.

— Я не могу снова рисковать вами, — он взял меня за плечи, его пальцы сжались, причиняя почти сладкую боль. — Я только что вернул вас с того света. Я вижу, как вы морщитесь, когда делаете вдох.

— Мои раны заживут, — сказала я тихо. — А вот если он откроет врата Бездны, лечить будет некого.

Он смотрел на меня долгим, тяжелым взглядом.

— Вы знаете, что он сделает, когда увидит нас?

— Знаю. Он обрадуется.

— Он попытается забрать вас. Он одержим вами, Лиюэ. Вашей силой, вашим разумом. Он видит в вас свое отражение.

— Тогда мы используем это, — я накрыла его руки своими ладонями. — Пусть смотрит на меня. Пусть думает, что я его. Пока он будет смотреть на меня, он не увидит удара, который нанесете вы.

Цзинь Вэй притянул меня к себе и уткнулся лбом в мой лоб.

— Это безумный план.

— У нас других не бывает.

Мы стояли так минуту, черпая силы друг в друге. Я чувствовала его тепло, его запах, его страх за меня, который был сильнее его страха за империю. И это делало меня сильнее.

— «Старик», — вдруг сказал он, отстраняясь. — Нам нужен «Старик».

— Зачем?

— Чтобы попасть в «Чрево Земли» незамеченными, нам нужны проводники, которые знают эти норы лучше, чем свои пять пальцев. И нам нужна диверсия. Что-то, что отвлечет Призрака, пока мы будем спускаться.

— Вы хотите, чтобы воры и убийцы сражались за империю? — удивилась я.

— Я хочу, чтобы они сражались за свою жизнь. Если город рухнет, им некого будет грабить.

Цзинь Вэй решительно направился к окну.

— Собирайтесь, леди, мы идем в Нижний Город. Нам предстоит самый странный военный совет в истории династии Тан. Генерал Императорской гвардии и дочь Канцлера будут просить помощи у Короля Воров.

Я улыбнулась, впервые за этот долгий, тяжелый день искренне.

— Я возьму свой кинжал.

— Возьмите иглы, — серьезно ответил он. — Разговор будет трудным.

Мы выскользнули в ночь. Город спал, не подозревая, что под его мостовыми тикает часовой механизм апокалипсиса. И только мы двое, две тени на крышах, бежали наперегонки со временем, чтобы остановить стрелки.

На этот раз мы не убегали и не прятались. Мы шли в атаку. И я знала, что этот бой будет последним. Либо для Призрака, либо для нас.

Глава 34

Нижний Город не спал. В отличие от благородных кварталов, погруженных в тревожную, охраняемую стражей тишину, здесь жизнь бурлила даже ночью. Но это была не та веселая, пьяная жизнь, которую я видела раньше. Это была агония.

Мы с Цзинь Вэем скользили по узким, грязным улочкам, стараясь не привлекать внимания. Мой кинжал был спрятан в рукаве, но рука лежала на нем постоянно. Воздух здесь был тяжелым, пропитанным запахом нечистот, дешевого табака и липкого, животного страха. Люди жались к кострам в переулках, перешептывались, оглядываясь на каждый шорох. Игорные дома, обычно сияющие огнями, стояли с заколоченными ставнями.

— Они чувствуют, — тихо сказал Цзинь Вэй, идя рядом со мной. — Животные и бедняки всегда чувствуют приближение землетрясения первыми.

— Это хуже землетрясения, — ответила я, переступая через кучу гниющего мусора. — Землетрясение просто разрушает, а то, что готовит Призрак, выпьет их досуха.

Мы направлялись к «Смеющемуся Будде» — последней точке на маршруте, который дал мне «Старик». Это был самый старый и самый глубокий игорный дом в столице, расположенный в подвалах заброшенного склада.

Вход охраняли два громилы с лицами, на которых, казалось, не осталось живого места от шрамов. При виде нас они напряглись, их руки потянулись к дубинкам.

Цзинь Вэй сделал шаг вперед. Он даже не снял капюшон, но от него исходила такая волна угрозы и власти, что громилы инстинктивно отшатнулись.

— Мы к Хозяину, — сказала я, показывая деревянную крысу.

Один из охранников кивнул и ударил по тяжелой дубовой двери условным стуком. Дверь со скрипом отворилась.