Пятница – game over - Усачева Елена Александровна - Страница 9

– Объяснишь – пойму, – легко согласился Жека.

Каринка бросила взгляд на стоящего поблизости Митрофанова и направилась к скамейке во дворе.

Глава 5

Случайность – частный случай закономерности

– Я не нарочно вчера тебя ударила, – вежливо извинилась Сидорова. – Даже не сразу поняла, что это ты.

– Очень хорошо. – Стриженов решил изобразить из себя следователя на допросе, поэтому сел ровно и сложил руки на груди. – Не нарочно. Что ты тогда делала вчера у дома Емцова, а сегодня здесь? Дышала свежим воздухом перед контрольной? Только предупреждаю, если ты скажешь, что все происходящее твоих рук дело, я тебя убью.

Каринка втянула голову в плечи – до того грозно звучали эти слова.

– Не делала я ничего, – прошептала она. – Вернее, делала, но не то, о чем ты подумал. Вчера я следила за Митькой. Если охотятся на всех отличников, то с ним тоже должно было что-то произойти. И если бы это случилось, я бы оказалась рядом…

– Ага, – зло прищурился Стриженов, – и помогла бы добить бедного, несчастного человека. – Он опять схватил Каринку за больную руку. – Говори, кто тебя послал следить?

– Никто, дурак! – взвизгнула Сидорова. – Тебе что, дверью совсем мозги отшибло?

– Ничего у меня не отшибло! – Жека откинулся на спинку лавочки, вспомнив, что он следователь. – В отличие от некоторых, я за чужими домами не слежу.

– Не следишь? – тут же взвилась Каринка. – А сам ты вчера у дома Емцова что делал?

– Мы проводили следственный эксперимент, – важно сообщил Стриженов и покосился на молчащего Митрофанова – не станет ли тот возражать. – Мы без дела не сидим. Мы ищем.

– Ага, ищете, – заерзала на лавке Сидорова. – На Митрофаныча, вон, шкаф свалился, мне чуть руку второй раз не сломали – и это называется «ищете»?

– А ползать по кустам и бить всем встречным в морду гипсом – это, по-твоему, искать? – в тон ей отозвался Жека. – Ладно, – уже более миролюбиво добавил он. – Ты кого-нибудь подозреваешь?

Каринка покачала головой и демонстративно отвернулась, мол, обиделась.

– А может, это… – решил напомнить о своем существовании Митрофанов, – в милицию сообщить?

– Сообщил один такой, – презрительно фыркнул Жека. – Что ты им скажешь? Что таинственный гражданин в черной маске бьет всех отличников дверью по лбу?

– Это пока бьет. А если завтра травить начнет? – не сдавался Митрофанов. – Шкаф меня тоже убить мог. Но промахнулся.

– А чего ты под него полез? – Стриженова не тронула информация о том, что кого-то случайно могло убить шкафом. Его волновало только расследование. – Не для тебя поставлено было. Наверняка в какого-нибудь отличника метили.

– Да какие отличники, если уже всех перебили, – возразила Каринка. – Сегодня только я в школу пришла.

– Значит, еще не всех. – Жека злился. – Митрофаныч, что у тебя с этим шкафом произошло? Или они теперь и на хорошистов охотятся?

– Это не мое место было, – отозвался Митрофанов. – Костомаровского. Я на секундочку присел, шкаф и свалился.

– Они ведь так всех наших укокошат! – горестно покачала головой Каринка. – Владик же вообще двоечник.

– Погоди, – отмахнулся от нее Стриженов. – Может быть, на этом месте у «бэшек» отличник сидит? В него и метились.

– А почему не у «вэшек»? – Каринке очень хотелось спорить.

– У «вэшек» история перед нами, а у «бэшек» следом. – Жека постучал костяшками пальцев по лбу. – Думать надо иногда. Туда же – отличница!

– Ой, подумаешь! – Казалось, еще чуть-чуть – и на щеке Стриженова появится новая царапина: Каринка сдерживалась из последних сил, чтобы не залепить однокласснику очередную пощечину. – Умный нашелся! Сам подумай, зачем им калечить своих отличников?

– Для отвода глаз. – Жека был невозмутим. – Если у всех отличники пострадают, а у них нет, то подозрение сразу падет на «бэшек». А если всем достанется, никого и не заподозришь. Вот где сейчас все отличники из «Б»? Небось живы и здоровы, пакуют чемоданы в Болгарию!

– Сегодня никто не пришел. – Каринке очень хотелось показать вредному Стриженову язык, но она вовремя сообразила, что это будет выглядеть несолидно. – «Бэшки» говорили, что их отличники только в пятницу появятся. Для безопасности.

– Вот, – встрепенулся Жека. – Это-то все и доказывает!

– Ничего это не доказывает, – передразнила его Сидорова. – Они заботятся о своих. Не то что некоторые – чуть что, сразу руки выкручивать…

Стриженов на секунду задумался, а потом лицо его озарила довольная улыбка.

– Слушайте, а может, и нам всем вместе собраться? – воскликнул он. – Сядем у кого-нибудь дома, запасемся продуктами, и фиг нас кто выкурит оттуда до пятницы.

– Меня мама не отпустит, – ехидно сообщила Сидорова.

– Вот так и гибнут гениальные идеи в самом расцвете, – с укором произнес Стриженов и глянул на вздыхающего Митрофанова. Да, команда у него подобралась еще та, героических подвигов вряд ли дождешься.

Митрофанов решил напомнить о себе. Он поерзал на лавочке и негромко произнес:

– А сколько их может быть? Один или трое? Если трое, то, даже если мы их поймаем, ничего хорошего не получится: нас прибьют, а потом скажут, что так и было.

Ребята посмотрели друг на друга, а потом вокруг. С ветки сирени сорвалась стайка воробьев. Во дворе они были одни, и пока убивать их никто не спешил.

– Хорошо! – Стриженов взлохматил волосы. – Если это свой же брат семиклассник, то ничего страшного нет. Они нам накостыляют, мы им – в любом случае мы их остановим. А если кто-то из взрослых, тогда плохо.

– Каких взрослых? – испуганно прошептала Каринка.

– Да тех же самых учителей! – легкомысленно бросил Стриженов. – Если класс победит, то вместе с ним поедет и классный руководитель, ведь так? Учителя тоже люди, они тоже хотят поехать на море, а денег на билет не хватает. Зарплаты-то у них маленькие.

– И кто же это может быть? – удивленно хлопала ресницами Сидорова. – Нашему историку не надо. Он сам родом из Одессы, может каждый год на море ездить. Географичке? Да она ни за что не станет этим заниматься. Может, русич из «В»?

Ребята посмотрели друг на друга, одновременно представив высокого дородного учителя по русскому языку в очках с толстенными линзами, в неизменном пиджаке и галстуке, с медлительными плавными движениями… Как он подкрадывается к входной двери и капает машинным маслом в петли, чтобы они не скрипели и хорошо работали… Или он же поджидает Каринку на лестничной площадке детской поликлиники…

Первым захохотал Жека, за ним захихикала Сидорова. Даже Митрофанов крякнул от удовольствия.

– Да, с учителями у нас проблемы, – согласился Стриженов. – У кого еще какие версии? Кстати, а куда делся Лавренко?

– Он спит, – доложил Митрофанов. – У него под окном всю ночь кто-то свистел. Даже когда шкаф свалился, Макс не проснулся.

– Черт! – Стриженов стукнул кулаком о ладонь. – Никаких зацепок! Поначалу я думал, что это Вовка с Коляном из «Б», потом рассчитывал поймать любителя царапаться. – На этих словах Каринка фыркнула. – И кто остается? Человек-невидимка? Спайдермен? Бэтмен?

– Спайдермен вообще-то со злом боролся, – встал на защиту своих любимых супергероев Митрофанов. – А здесь как-то подло все выходит – бьют из-за угла. И все из-за какой-то дурацкой поездки на море.

– Не из-за какой-то, – повернулась к однокласснику Каринка. – Я, например, сто лет на море не была, и эта контрольная мой единственный шанс…

– Ага, значит, ты во всем виновата, – тут же среагировал Жека.

– Дурак! – Сидорова вскочила. – Все вы тут дураки! Действовать надо, а не сидеть! Если мы не найдем того, кто все это затеял, моря нам не видать. – Она в упор посмотрела на Стриженова. – Я, между прочим, не могу быть виноватой, потому что сама пострадала!

Для наглядности Каринка помахала перед носами семиклассников перебинтованной рукой. Жека уже привычным движением перехватил эту руку и отвел в сторону.