"Фантастика 2026-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Юркина Ирина - Страница 1253

Кори, прищурившись, критически осмотрела администратку, и охнула:

— Это же… Это же!..

Она явно узнала ту суку, из-за которой её любимый корабль сначала получил критические повреждения, чуть не лишившие весь экипаж жизни, а потом и вовсе — врезался во врекерскую станцию!

— Это та тварь! — выпалила Кори, и, если бы Кирсана сейчас была в сознании, наверное, испугалась бы даже она. — Убью!

Кори дёрнулась было к поясу, но я перехватил её руку на половине пути, и не позволил схватить меч.

— Пусти! — она яростно дёрнулась. — Эта тварь! Я её помню! Она нас сбила! Как её!.. Крысана, вот!

А вот теперь Кирсана точно обиделась бы. Если бы была в сознании.

— Да, это она, — кивнул я, перехватывая вторую руку Кори. — Ты совершенно права.

— Пусти! Я её убью!.. — Кори пыхтела и пыталась вырвать руки, но я держал крепко.

— Не пущу, — спокойно заявил я, глядя на то, как краснеют от гнева её щеки. — Сейчас она — спасённый по сигналу «мейдей» человек. Она не капитан эсминца. Эсминца, судя по всему, вообще больше нет.

— И это, кстати, странно… — капитан поджал губы. — Если эсминца нет, то почему она в спасательной капсуле? Там вроде другая система эвакуации предусмотрена… Нет?

Да. Система эвакуации на боевых кораблях Администрации тоннажем выше среднего действительно была другая. Администрация, как суровая и расчётливая структура, делала ставку на высший командный состав, а остальные — как получится. Поэтому на эсминце класса «Санджи» было несколько десятков спасательных капсул, но они все предназначались для линейного персонала. Капитан и первые офицеры, составляющие командование корабля, и обычно не выходящие за пределы мостика, в критической ситуации должны были быть спасены этим самым мостиком. Говоря откровенно, мостик это и сам по себе был космическим кораблём, причём очень быстроходным за счёт своей массы. В критической ситуации, по велению капитана, он должен был загерметизироваться, отстрелиться от эсминца и на полной скорости полететь к ближайшему спейсеру, после чего совершить прыжок в систему, случайно выбранную из нескольких десятков заложенных в память, и только после этого заглушить двигатели и лечь в дрейф, транслируя при этом всё тот же сигнал «мейдей». Это всё делалось автоматически, даже без участия команды. Капитан просто нажимал две кнопки и — айда-пошёл.

Конечно, на любой стадии полёта корабля-мостика управление можно было перехватить и перевести в ручной режим, например, чтобы не болтаться в космосе, излучая аварийный сигнал, а сразу же пристыковаться к ближайшему кораблю или структуре… Но конструкторы всей этой системы исходили из допущения, что раз мостик понадобилось отстрелить — значит с высокой долей вероятности командный состав не в состоянии управлять им вручную.

Идея правильная, безусловно, но штука в том, что всей этой системой практически никто не пользовался по причине банального отсутствия необходимости. Никто просто не мог победить администратские корабли, некому было их побеждать. Противостояние флотилии Джонни Нейтроника много-много лет назад преподало Администрации хороший урок, который они помнят до сих пор. Поэтому, если наклёвывается какая-то операция, в которой один корабль может пострадать или даже провалить её, они шлют туда сразу пять. А туда, где могут пострадать пять — шлют двадцать. Никто и ничего не может противопоставить такой силе, такой мощи.

По крайней мере, ещё три дня назад я бы сказал именно так.

А сейчас я своими глазами вижу, как вокруг нас плавают обломки целого звёздного флота, и понимаю, что сделать подобное могла только одна сила в обжитом космосе… И ещё вопрос — относится ли вообще эта сила к «обжитому» космосу.

А у нас на корабле находится единственная, кто может пролить свет на этот вопрос… С какой-то долей вероятности.

— Вообще да, система эвакуации там другая, — Магнус нахмурился. — Но тогда что она делает в капсуле? Она же капитан, насколько я помню?

— Капитан, капитан, — я кивнул. — А вот что касается первого вопроса… Боюсь, ответа мы не получим, пока не разбудим её. Не выведем из гибернации.

— Что ты сказал⁈ — только-только притихшая Кори снова взорвалась гневом. — Разбудить администратку⁈ Пустить её на наш корабль⁈ На… мой корабль⁈ Да ей нельзя позволить даже дышать этим воздухом, не то что шляться по моему кораблю!

— Кори! — прикрикнул на неё капитан. — Прекратить истерику! Пока ещё никто никого не будит!

— А будешь себя так вести, я попрошу Пиявку, чтобы она тебе что-нибудь уколола, и ты тоже отправилась в гибернацию, — добавил я серьёзным тоном, глядя Кори в глаза.

— Что⁈ — снова вспыхнула она. — От тебя я такого не ожидала! Ты вообще за кого, а⁈

— Ни за кого, — я покачал головой. — В этой ситуации — ни за кого. Потому что ты сейчас ведёшь себя точно так же, как вела себя она. Уничтожить, истребить, не допустить — знакомые лозунги, нет? Вот только разница в том, что она это делала по приказу своего начальства… А ты — по собственному желанию. Не надо так.

Я говорил серьёзным тоном, и Кори внезапно послушалась. Она перестала вырываться, и обмякла в моих руках.

— Но она… Корабль… — неразборчиво пробормотала девушка, а я лишь обнял и прижал её к себе:

— Я знаю. Я знаю, малышка.

Я успокаивающе погладил её по волосам и случайно поймал взгляд капитана. Он был… сложный. В нём одновременно можно было прочесть и удивление, и удовлетворённость и при всём этом почему-то — настороженность. Словно он сам был не уверен, нравится ему то, что происходит с его дочерью, когда она рядом со мной, или же нет.

Кори перестала сопеть и всхлипывать, и, кажется, успокоилась. Я отпустил её, и она громко шмыгнула носом:

— Ладно, пусть живёт… Пока что. Пока она вам нужна.

— Она не то чтобы прямо «нужна»… — медленно произнёс капитан. — Но кодекс… Сама понимаешь, теперь мы просто не можем её проигнорировать. Мы уже взяли её на борт, теперь надо её доставить… Ну хоть куда-нибудь. Хоть даже на ближайшей серой базе сбросить. Дальше пусть сама выкручивается как хочет.

— Но нам же вовсе не обязательно её для этого будить! — Кори всплеснула руками. — Пусть себе остаётся в гибернации, пока мы не прибудем, куда надо! А потом разбудим её, и, пока приходит в себя, вынесем в атмосферный док! Дальше — не наши проблемы!

— Боюсь, всё не так просто, девочка, — вздохнула Пиявка. — Гибернация это тебе не просто снотворное вколоть, это очень сложный и далеко не полезный для организма процесс. Поэтому спасательные капсулы устроены так, что, как только их пристыковывают и вскрывают, автоматика начинает прерывать этот процесс. Говоря проще — она уже постепенно просыпается, просто очень медленно. Пройдёт не меньше пятнадцати минут до того момента, как её пульс и дыхание вернутся в норму. А в сознание придёт и того позже — через полчаса, не раньше.

— Да твою ж мать… — простонала Кори, глядя на Кирсану с бессильной ненавистью. — Значит, нам от неё совсем никак не избавиться⁈

— Избавься, — сумрачно произнёс Магнус. — Если рука поднимется. Если уверена, что потом не будешь просыпаться ночью от кошмаров.

— От кошмаров⁈ — Кори фыркнула. — Да я Валдиса Дарта вот этими самыми руками обезглавила!

— Мужика. Который, можно сказать, собственными руками убил твою мать. В бою. Чуть не проиграв, при этом. Из последних сил, — напомнил я. — А тут беззащитная женщина. Без сознания. К тому же, ты сама сказала «пусть живёт».

— Это было до того, как оказалось, что она уже просыпается! — возразила Кори. — Ну давайте Жи позовём! Он-то точно быстро от неё избавится!

— Мы не будем звать Жи, — хором ответили мы с капитаном, и переглянулись. Я взглядом показал, что пусть говорит он.

— Мы не будем звать Жи, — повторил капитан, уже более уверенно. — И мы не будем от неё избавляться. И ты прекрасно это знаешь, просто, как всегда, устраиваешь сцены.

— Знаю, знаю… — вздохнула Кори, внезапно осунувшись и даже ссутулившись. — Иногда мне становится тошно от того, какие мы хорошие. Ватроса пощадили. Братьев помирили. Кетрин помогли, дважды. «Шестой луне» базу подогнали.