"Фантастика 2026-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Юркина Ирина - Страница 1103

Глава 26

Мы с Кори замерли и уставились друг на друга.

— Ты слышал? — неуверенно спросила она, косясь на боковые окна.

— Слышал. И, кажется, это не буря.

Стук повторился ещё раз, и теперь сомнений не осталось — к буре он не имеет вообще никакого отношения. Слишком уж ритмичный, с правильными, одинаковыми промежутками между ударами, да ещё и их количество точно такое же, как в первый раз — ровно четыре.

— Это точно не буря, — уже уверенно сказал я, и Кори тут же слетела с меня и принялась искать свою майку по кабине, а я вернул кресло в вертикальное положение и выглянул в окно.

И оказалось, что бури-то уже и нет никакой. За текилой, разговорами и всем, во что они вылились мы даже не заметили, сколько времени пролетело. А пролетело его вполне достаточно для того, чтобы буря прошла мимо и оставила после себя только ветер — сильный, всё ещё кидающий на окна горсти песка, но явно не такой убийственный, как до этого.

А ещё снаружи стоял человек. Даже несколько человек, судя по тому, что в окне с другой стороны тоже мелькали размытые силуэты.

Одетый в зелёный плотный комбинезон и белый сплошной тактический шлем, закрывающий полностью всё лицо и обеспечивающий возможность видеть только через дисплеи с дополненной реальностью, человек поднял руку и в третий раз постучал в окно, на сей раз уже нетерпеливо. Я тоже поднял руку и помахал ему, но он никак не отреагировал на это, будто не видел.

А, может, и правда не видел? Помнится, когда мы глядели на «Хион», парящий над рекламным подиумом, он выглядел как чёрный монолит, без окон и дверей… Скорее всего, окна у него с односторонней поляризацией — так, что снаружи не видно, что происходит внутри, а наоборот — вполне себе видно.

Тогда я дотянулся до окна и постучал тоже. Человек кивнул и сделал жест, будто открывает дверь, а сам отошёл подальше. Я бросил короткой взгляд на Кори, убедился, что она уже оделась, и дёрнул ручку двери.

— Спасательный экипаж корпорации «Митцукани»! — перекрикивая какой-никакой, а все же ветер, представился человек в шлеме. — Раненые есть?

— Нет, все целы! — ответил я ему, прикрывая глаза от песка.

— Отлично! Тогда сейчас быстро переведём вас в другой транспорт и вернём обратно на курорт! — шлемоголовый на мгновение исчез, и тут же вернулся, держа в руках два таких же шлема, как у него. — Наденьте!

Мы с Кори быстро надели шлемы, в которых сразу же стало легче дышать, да и шум ветра поутих. После этого мы вылезли из гравикара, и наш сопровождающий махнул рукой, призывая идти за ним.

Я же, прежде чем сделать первый шаг, быстро огляделся. Вокруг «Хиона», занимая позиции на углах, рассыпались ещё четверо ребят в таких же комбинезонах и шлемах, только эти были ещё и вооружены короткими скорострельными пистолетами-пулемётами. Логично, в общем-то — мы всё-таки за пределами курорта. Вдруг придётся отбиваться от каких-то представителей местной фауны.

Хотя, конечно, сейчас всей местной фауне явно было не до охоты. Буря, может, и ушла, но непогода вполне себе осталась, и вряд ли кто-то отправился бы на охоту сейчас, будучи в здравом уме. Ни следа ни взять, ни запаха ни учуять от этого ветра, да ещё и глаза песком занесёт так, что потом неделю моргать не сможешь. Одно разочарование, в общем, а не охота.

Даже «Хион» на четверть высоты успело занести песком за то время, что мы сидели внутри.

Идти пришлось недолго — уже через десять метров мы дошли до огромного колёсного грузовика, высокого и приземистого, всем своим видом демонстрирующего, что он тут не для того, чтобы мороженое и сладкую вату развозить. Раскрашен он был в те же цвета, что и прибывшие на помощь ребята — белый и зелёный, чтобы уж точно ни у кого не осталось сомнений, кому он принадлежит.

Внутри грузовика нам открылось единое большое помещение, уставленное рядами кресел. Простеньких, не особенно комфортных, явно не рассчитанных на то, чтобы люди в них проводили больше пары часов. Кресел было около десятка, и на ближайшие сразу же указал наш провожатый:

— Садитесь. Мы доставим вас обратно на курорт.

— А… «Хион»? — осторожно спросила Кори, хотя совсем недавно называла гравикар ведром с болтами.

— Не волнуйтесь, о нём позаботятся, — не меняя интонации, ответил шлемоголовый. — Или вы про то, что он вышел из строя? Не переживайте, вас никто в этом не обвиняет. Наш торговый представитель официально зафиксировал, что поломка произошла не по вашей вине, и никаких обвинений вам никто выдвигать не будет. Пожалуйста, садитесь.

Не знаю уж, что именно из сказанного успокоило Кори, но главное — успокоило. Настороженность пропала из взгляда, и девушка села в одно из кресел. Я сел рядом.

— Я — Глюк. Погрузились, — произнёс наш провожатый, садясь в одно из кресел тоже.

Через минуту в грузовике оказались и остальные четверо. Не снимая шлемов, они расселись по креслам, выдерживая дистанцию от нас и держа оружие в руках вместо того, чтобы поставить в специальные крепления рядом с сидушками. Всё логично — безопасность и протоколы превыше всего, как и должно быть в крупной корпорации.

Аппарель, по которой мы поднимались, закрылась и отсекла от нас вой ветра, заменив его на едва слышный гул. Грузовик завёлся, мелко завибрировал и тяжело стронулся с места, оставляя «Хион» на откуп погоде и природе.

Сюда мы добирались минут пятнадцать, вряд ли больше. Но то было на «Хионе», а вот обратно, на грузовике, мы ехали почти час. Даже несмотря на то, что он нёсся во весь опор, постоянно подпрыгивая на валунах и неровностях рельефа так высоко, что нас аж приподнимало над креслами.

Спасательный экипаж молчал (хотя скорее всего они на самом деле переговаривались между собой по радиосвязи, отключив внешние динамики, из-за чего мы их не слышали), мы молчали тоже. Я, не скрываясь, рассматривал внутренности грузовика, подмечая различные интересные решения вроде форсунок системы пожаротушения и скрытых вышибных панелей на пиропатронах, которые позволяли покинуть машину в случае заклинивания главного выхода. А Кори вообще, по-моему, заснула. По крайней мере, она обхватила меня за руку, положила голову на плечо, прижалась и не шевелилась до тех пор, пока грузовик снова не взлетал на очередной кочке. Тогда она недовольно ворчала, перехватывалась поудобнее и затихала снова.

Как только мы вернулись на курорт, нас тут же окружила целая толпа разных людей, среди которых вообще не было знакомых лиц. Медики, пытающиеся нас облапать и осмотреть, юристы «Митцукани», наперебой то сующие под нос какие-то бумажки, то голосящие по терминалам, то учтиво интересующиеся нашим самочувствием, и даже техники, которые пытались выяснить, что же пошло не так.

Повреждённую руку Кори быстро зафиксировали в надёжном положении, заодно вкатив ей сразу такой коктейль разнообразных препаратов, что сама Пиявка бы одобрительно кивнула. После чего нас попытались отвести сразу в местный временный офис «Митцукани», но я решительно от этого отказался. День уже начинал клониться к закату и острых ощущений (а никак иначе общение с корпоративными крысами я назвать не мог) с нас было достаточно. После всего произошедшего мозгу критически требовалось хотя бы немного отдыха перед тем, что нас ожидает дальше. А то, что нас что-то ожидает — в этом я не сомневался.

Так оно и оказалось. Мы нашли свою команду, вкратце рассказали им, что произошло, после чего увалились спать и спали целых четырнадцать часов до следующего дня, потом ещё раз рассказали, что произошло, но уже в подробностях…

А потом всё и началось.

Неделя, которую мы собирались провести в праздном ничегонеделанье, потонула в бюрократическом хаосе. Под наш случай сформировали аж целую команду, чтобы она разобралась в случившемся, сделала так, чтобы этого больше никогда не повторилось, и, конечно же, заставила нас не выкатывать им судебный иск за испорченный отпуск и ущерб, в том числе и моральный. Каждый день был похож на предыдущий, и у них даже появился свой чёткий распорядок: подъем, завтрак, обследование у медиков «Митцукани» на предмет возможных последствий, разговор, больше похожий на допрос, с техниками корпорации, которые из раза в раз слушали одну и ту же историю, словно надеялись услышать в ней что-то новое, потом обед, и до самого вечера — разговоры с юристами и торговыми представителями.