"Фантастика 2026-90". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Седой Василий - Страница 936

Фэн Юань, с тревогой наблюдавший за неудавшейся попыткой убийства, побледнел. По его виску медленно скатилась капля пота.

— Давайте опустим мечи, — медленно и отчетливо проговорил он. — Нет никакой необходимости продолжать бой. Я приношу извинения за свою старшую сестру, она всегда реагирует слишком остро на любую опасность.

Опустив глаза, принц медленно согнулся в поклоне.

Фэн Жулань вытерла кровящие пальцы о складки платья, оставляя уродливые полосы. Несколько мгновений она молча смотрела перед собой, потом медленно, немного неуклюже приблизилась к принцу и рухнула рядом с ним на колени. В ее ушах продолжал звучать пронзительный нечеловеческий плач умирающего духа цитры. Нельзя уничтожить физическое тело инструмента, пока живо его сердце, но Юкай развеял маленького духа, даже не касаясь его хрупкого убежища.

Юкай перевел взгляд на стоявшую перед ним Фэн Чань. Воительница была высокой, и ей пришлось лишь слегка приподнять подбородок, чтобы заглянуть в лицо младшему Дракону. Поза ее не казалась вызывающей, но и страха в глазах не было.

— Я была несдержанна, — без капли раскаяния подтвердила она. — Но должна была попытаться тебя убить.

В голове Юкая раздавался невыносимый, раздражающий вой. Глаза его медленно наливались кровью.

Добровольно служившая ему Ши Янмей окружила тело непроницаемым щитом, оберегая от ран; это не было способностью оружия или его просьбой. Похоже, дух меча решил оберегать хозяина по собственной воле. Но когда призрак хромоногой женщины выскользнул из меча, даруя защиту, орудием завладел другой дух.

Руки Юкая начинали подрагивать. Безумная Безликая была куда сильнее госпожи Ши, но она так долго меняла тела, что не имела никакого физического воплощения. Даже силуэт ее не мог проявиться в воздухе — она оставалась только голосом в голове и тяжелой, давящей изнутри мощью. Мощью отчаяния, боли и ненависти.

Можно сколько угодно долго противостоять внешнему врагу, но никак не унять того врага, что поселился прямо в голове и просочился в каждое воспоминание.

— Забери ее, — шептала Безликая, и вокруг словно скапливалась тьма; только лицо Фэн Чань оставалось в крошечном пятнышке света. — Перережь ей горло. Забери ее!

Серебристая пелена вокруг мерцала и двигалась, будто второй дух ощущал опасность. Только вот вокруг по-прежнему были враги, и добровольного своего поста госпожа Ши не бросила.

Не в силах больше сдерживаться, Юкай крепче сжал рукоять меча. Хриплый голос его раскатился по залу, как вороний грай:

— Убирайся! Пошла… вон!

Стоило ему потерять над собой контроль, как разум охватила бушующая волна. Лицо младшего Дракона, смотревшего довольно равнодушно, внезапно исказилось. Сцепив зубы в приступе сильнейшей боли, он отвел меч в сторону, оставив на шее Фэн Чань длинную царапину, и закричал дико и сорванно.

Воительница от неожиданности отшатнулась, оступилась на обломках своего меча и тяжело осела на пол; Юкай, столь же внезапно успокоившись, мерно поднял клинок. Теперь он казался равнодушным палачом.

У Фэн Чань не было возможности увернуться. Встречая смерть, она закрыла глаза.

Однако удара не последовало. Услышав странные звуки, девушка снова осторожно приоткрыла глаза, готовая увидеть образ летящей на нее черной смерти, и застыла в недоумении.

В рукав обезумевшего младшего Дракона вцепился незаметный жилистый воин, все это время тихо простоявший у входа. Словно натренированная удерживать воров собака, он болтался туда-сюда, продолжая крепко держать правую руку Юкая.

— Господин, ну зачем нам убивать такую чудесную девушку? — негромко и успокоительно забормотал он, преданно заглядывая в глаза Юкаю. — Ну зачем? Посадим ее в темницу, потом отцу отдадим, неужели вам денег не надо? За троих всяко больше дадут, чем за двоих!

Юкай еще несколько раз дернул рукой, будто не понимая, что происходит. Нахмурившись, он посмотрел на своего помощника. В глаза его медленно возвращалось осознание; тонкие губы дрогнули.

Увидев, что господин приходит в себя, Чен Е выпустил его рукав и начал медленно отходить, непрерывно кланяясь. Отходил он ровно туда, где лежала опешившая Фэн Чань, и за спиной подавал ей какие-то знаки, непрерывно помахивая ладонью.

Мастер Ло молча продолжал наблюдать за самым нелепым сражением, которое только мог вообразить. Искалеченный обидой и чувством вины юноша, заполучивший темные силы и явные проблемы с разумом, сборище неопытных интриганов с островов и совершенно ничем не примечательный дочерна загорелый воин, не боящийся ни богов, ни демонов, ни зловещей магии. Вся эта пестрая компания наверняка камня на камне не оставит от дворца: в дипломатические навыки что Юкая, что семейства Фэн Мастер пыток не верил ни капли.

Тяжело вздохнув, он расправил неброский наряд, щелкнул веером и покинул свое убежище.

— Приветствую молодого господина, — мелодично проговорил он, выступая из тени. Голову он склонил как перед равным, как склонял ее каждый раз при встрече с Юкаем. — Прошу: не надо убивать этих детей. Они в самом деле поддерживали хоть какой-то порядок, выполняя вашу работу. Фэн Жулань глупа, но она будущая наследница Сибая, и отец не поскупится, выкупая ее из плена. У принца тоже есть немало секретов, которыми он сможет поделиться. Если не хотите возиться с ними, этим могу заняться я.

Почуяв поддержку, Чен Е воспрял духом. С опаской обернувшись, он наклонился к Фэн Чань, однако девушка в раздражении отбросила его руку и поднялась сама.

Фэн Юань быстро выступил вперед, бросив благодарный взгляд на господина Ло, однако прекрасный Мастер пыток только закатил глаза и едва слышно фыркнул.

— Я знаю, куда бежал император: он рядом с одним из моих людей, и мне известно обо всех его передвижениях, — напомнил принц. — В обмен я просто прошу для нас… достойных условий на время ваших поисков. Мы не хотим стать для вас врагами.

— Поздно же вы спохватились! Просишь сохранить тебе жизнь, пока я не найду брата? — внезапно отозвался Юкай. — Почему думаешь, что после я вас отпущу?

— Мы не делали вам ничего плохого, — пожал плечами Фэн Юань, однако голос его едва заметно просел. — Моя старшая сестра ничего не смыслит в политике, но она хороший человек; младшая же стала марионеткой в руках вашего брата. Я верю, что вы не склонны убивать каждого, кто окажется на вашем пути.

— Разве? — пожал плечами Юкай. — Если человек не успел убраться с моего пути — это его беда, не моя. Не припомню, чтобы я собирался здесь оставаться.

— А вы, господин, решили снова все разрушить и сбежать? — переспросил Мастер Ло. Крошечная голубая жилка запульсировала на его виске, однако лицо было безмятежно, только глаза горели недобрым огнем. — Не забывайте о своих клятвах и обязательствах.

Юкай на секунду застыл. С угрожающим видом он осмотрел Мастера с головы до ног и скривил губы.

— Значит, это — ваша цена? — тихо спросил он и усмехнулся, покачав головой. — Хотите сохранить город? Любой правитель будет лучше, чем я. Вот уж не ожидал, что Мастер пыток столь сентиментален.

— Я уже немолод, — вернул улыбку Ло Чжоу, — могу позволить себе некие слабости.

С минуту Юкай молча сверлил взглядом безмятежного Мастера, потом коротко кивнул и вложил клинок в ножны. Темное оружие словно съежилось, принимая размеры обычного меча. Серебристое сияние вокруг младшего Дракона дрогнуло и рассеялось.

— Я помню свое обещание. Я оставлю их в живых, пока не найду и не убью брата. — Янтарные глаза по очереди остановились на каждом из трех растерянных сибайцев. — Если после этого ваш отец не пожелает выкупить ваши жизни… не стоит винить меня в жестокости. У меня будет много вопросов к вам, и вы будете отвечать, раз уж желаете жить.

— Господин, я лично прослежу за тем, чтобы всех ваших пленников разместили по камерам. — Лицо Чен Е вспыхнуло.

— Слуг не осталось, как и солдат, — лениво проговорил Мастер пыток. — За кем вы собрались следить? Размещайте сами. Вам показать дорогу?