"Фантастика 2026-90". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Седой Василий - Страница 1155

— Мазохистка, — припечатал Ваня.

На лицах сокурсников проступила солидарность с Ужурским. Эфирный шторм действовал на них гораздо сильнее, чем могло показаться.

Надир пришёл к точно такому же выводу:

— Надо добавить ещё пару привалов по пути, — посоветовал так, чтобы никто не слышал. — Лучше позже прийти, чем в неполном составе.

— Определённо.

Сама я какого-то особого дискомфорта действительно не чувствовала. Скорее всего, после обнуления у тела Василисы сохранилась часть иммунитета к негативному воздействию извне. Хоть в чём-то повезло! Мне хватало другого ощущения — присутствие «человека за спиной» вернулось. На сей раз оно было не эфемерным, а очень даже материальным, поэтому я смогла определить его происхождение. Это псионика. Среди жителей или гостей Танда-ура находятся практики стихии разума. Кто из них, сказать не могу, но вывод не подлежал сомнению точно так же, как зверский мороз, кусающий щёки.

Погодите, получается, в институте я тоже ощущала псионика?..

Нет, вряд ли. Последний псионик выпустился из СВИ в прошлом году, а среди преподавателей их нет. Наверное, дело было в чём-то ещё.

— Для чего вообще нужны такие сложности с восхождением? — ход моих мыслей прервала Лана Ка́менская. Пока остальные бодрились и пытались шутить, она с подружкой с ужасом таращилась на огромные «ворота» из двух каменных глыб, за которыми начиналась тропа в горы. — Клинок ведь можно выковать в любом месте. В Княжестве полно подходящих кузниц, разве нет?

— Можно и в других, — ответила я. — Да только качество будет хромать. Считается, что самые крепкие клинки получаются лишь в местах особой силы и обязательно после интенсивной эфирной атаки на организм, чтобы подстегнуть собственную стихию.

— Но пешком-то идти зачем?

— А вот это нам сейчас расскажут. Внимание, курс, строимся!

Из штаба, возле которого мы топтались с момента выгрузки, вышел мужчина в преклонном возрасте и звании полковника, о чём любезно сообщали морщины на лице, седые волосы, выбившиеся из-под шапки-ушанки, и два просвета без звёздочек на погонах.

— Приветствую в Танда-уре, курсанты! — зычно пробасил он.

— Здравия желаем, ваше превосходительство!

Лениво заложив руки за спину, высокий чин медленно двинулся вдоль шеренги курсантов-первокурсников. Его испытующий взгляд заскользил по нашим лицам без какого-либо интереса.

А потом он увидел меня.

— Тобольская? — в округлившихся глазах промелькнуло нечто, похожее на панику вперемешку с гневом, и мне вдруг захотелось помахать ему ручкой чисто из вредности. — Скажите, что она всего лишь сестра той Тобольской.

Декан Рязань-Тульская покачала головой и поспешила успокоить:

— Всё в порядке. Институт берёт ответственность за курсантку Тобольскую на себя. Его превосходительство ректор Костромской подготовил соответствующие бумаги на случай… гм… эксцессов. Которых не случится! — добавила она с недвусмысленным намёком в мой адрес.

Да-да, ваше высокородие, из шкуры выпрыгну, но не допущу никаких происшествий. Даже насморка.

— Рискованно, Алиса Святославовна, — буркнул полковник.

Ещё раз обласкал меня взглядом и только тогда приступил к торжественной речи. Голос его звучал чётко, как удар клинка о сталь, заставив последние шёпоты замолкнуть:

— Господа курсанты! Сегодня вам предстоит совершить восхождение к Пагоде Пяти Стихий. Преодолеть шестнадцать километров двести сорок один метр по пересечённой местности вдоль ущелья Каменного Медведя, без подготовки и помощи старших товарищей. Дорога для стихийника не сложная, но она станет вашим личным испытанием. Испытанием выносливости, целеустремлённости и, особенно, силы духа! Полагаю, вы уже почувствовали эссенцию стихий, бушующую у подножия хребта?

Кое-кто из курсантов кивнул, остальные предпочли промолчать. Эта самая эссенция давила сильнее, если не двигаться. С момента прибытия прошло всего полчаса, а некоторые из моих товарищей уже сейчас вызывали опасения неважным видом. Как бы они в самом деле не сбежали на полпути.

— Отлично, — удовлетворённо хмыкнул полковник. — Ваша задача на ближайшие сутки — подчинить эссенцию своей воле, доказать самому себе, что вы достойны великого дара эволюции, и навсегда запомнить ощущение власти. Власти природы над вами и вашей над ней! Все, кто выдержит дорогу, сможет приступить к Ритуалу Клинка под руководством мастера Лау Фонга. В его кузнице вы создадите свой первый стихийный клинок, который откроет вам возможность тренироваться на качественно новом уровне и впоследствии занять достойное место в рядах защитников Родины.

— Так точно, ваше превосходительство!

Закончив со словами напутствия, суровый полковник уступил место декану Рязань-Тульской.

— А теперь выслушайте меня и отнеситесь со всей внимательностью. К Пагоде вы пойдёте одни. Мы, — она кивнула на своих коллег Валдайского и Вэла, — останемся здесь. Шестнадцать километров пути на первый взгляд не много. Хребет не высокий, тропе присвоена всего лишь вторая категория трудности, она не требует альпинисткой подготовки, только хорошую физическую форму, но это всё равно горы. Местность далеко не парк «Зелёная роща» и погодные условия не самые простые. Восхождение займёт почти сутки. Вам придётся заночевать на половине пути у перевалочного тотема, там оборудована площадка под костёр и стоят шалаши.

Пока она говорила, майор Валдайский раздал каждому из нас по сигнальной ракете.

— Пригодится, когда вы поймёте, что больше не выдержите, и захотите сойти с дистанции, — объяснил он. — Достаточно выстрелить в воздух, чтобы маячок активировался и послал сигнал бедствия военному гарнизону.

— Простите, ваше высокоблагородие, но не «когда», а «если», — поправила я Валдайского. — Мы только на вид хилые, а на деле железо.

Майор недоверчиво выгнул бровь, но вслух издеваться не стал. Почти не стал:

— Вера, курсантка Тобольская, хорошее качество. Она превращает четвертак в двадцать пять копеек.

— А теперь краткие правила безопасности, — продолжила декан. На последнем слове послышались саркастические смешки, которые она мастерски проигнорировала. — Дорога к Пагоде проверена десятилетиями, проблем возникнуть не должно, тем не менее бдительности не теряйте. Эфирный шторм не единственная трудность. Егеря постоянно отстреливают местную фауну, однако с гор периодически прорываются голодные стихийные твари. Ни в коем случае не приближайтесь к ним и не провоцируйте, тогда они не нападут.

Здорово! Для полноты ощущений не хватает только японцев за деревьями.

И последним эстафету перехватил Вэл:

— Помните о важности взаимной поддержки. На хребте Сетте-Дабан нет места индивидуализму, только командному духу. И, конечно же, не забывайте, чему научились на медитациях. Внешние неудобства ничто. Игнорируйте их и сосредоточьтесь на собственной эссенции — она многим сильнее той, что бушует снаружи. Вы обязательно справитесь, я в вас верю. Удачи!

— На этом всё, — сказала декан. — Рассчитываю на ваше благоразумие, и в первую очередь на твоё, Тобольская. К выполнению восхождения приступить!

— Есть приступить!

Кураторы с видом выполненного долга отправились в штаб седовласого полковника пить таёжный чай и обсуждать перспективы охоты в здешних лесах, а мы — все двадцать первокурсников — не особо ровным и не особо бодрым строем пошагали к каменным глыбам.

Глава 4

Ветер немного успокоился, зато усилился снегопад. Начало темнеть. Совсем скоро солнце скроется за горизонтом, и Танда-ур погрузится в февральскую ночь. Сам по себе вояж вдоль ущелья в исполнении группы дилетантов нарушает каждый пункт здравомыслия, а в такое время суток и такую погоду вообще смахивает на узаконенное самоубийство, но в этом мире я уже давненько не удивляюсь. Здесь так принято. Стихийники гораздо сильнее и выносливее обычных людей, нас непросто покалечить, так чего церемониться?

Обрадовав товарищей вестью о скором привале, я заняла место во главе шеренги и двинулась вперёд по хорошо протоптанной дороге с редкими фонарями вдоль пути. На наше счастье, они исправно сияли бледно-жёлтыми маяками. Сразу за мной следовали Ваня и Далан, в середине все девчонки, и замыкали цепочку оставшиеся парни и мой заместитель Надир. Шли медленно. Угол подъёма тропы небольшой, но ветер, снег и эфирный шторм существенно осложняли передвижение.