"Фантастика 2026-90". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Седой Василий - Страница 1150

Мощная сила с потрясающей лёгкостью оторвала грубияна от пола и отправила в недолгий полёт целовать стену, прямо как Вэла в этом же, между прочим, зале.

— Странный у тебя воздух, — просипел Яр, поднявшись на ноги только со второй попытки. — Я не почувствовал его воздействия.

— Да не ври, — ответила я. — Тебя его воздействие только что знатно приложило о стену.

— Я не о том, — он мотнул головой. — Тут было нечто… да ничего тут не было!

— О чём ты?

— У каждого приёма каждой стихийной техники есть свой след в эфирном поле, но сейчас я его не уловил.

— Хочешь сказать, — в неверии протянула я, — ты можешь на ощупь понять, какой именно удар прилетел в тебя?

— Подобно любому практику-кинестетику.

Ох, ё! Ещё одна дичь нарисовалась…

Глупая Вася, глупая! Я нервно сглотнула, соображая, насколько критичным был залёт. Чисто внешне психокинез имеет определённое сходство со стихией воздуха, но у него, как только что выяснилось, нет следа в эфирном поле, чем бы это поле вообще ни было.

— А, ты про это! — хлопнула себя ладонью по лбу. — Это был спонтанный выплеск чистой эссенции в результате потери контроля. Недавно я то же самое исполнила на тренировке у Благовещенского. Доктор Смоленск-Московская говорит, такое случается в ранний период адаптации организма. Витамины ещё прописала вкусные. Группы В.

Красноярский озадаченно скуксился. Вроде бы поверил, а если нет, пусть бежит к Анне Брониславовне за подтверждением.

— Ладно, Тобольская, — он снова вышел на центр помоста. — Ударь меня ещё раз.

— Как скажешь.

Эмоции гнева улеглись. На сей раз я не ошиблась со стихией и вдарила полноценным «Дыханием ветра» на максимальных настройках.

Пальцы обожгло, будто в костёр сунула, но Яр даже не пошатнулся, только волосы разлохматились.

— Вот теперь правильно, — ухмыльнулся довольной лыбой. — Удар один-один-ноль каким и должен быть у практика с твоим потенциалом. Тебе круто повезло, куколка, — после обнуления не потеряла в силе.

— Что-то сомневаюсь… — помрачнела я. — Почему такой слабый эффект? У Благовещенского я стабильно выбиваю больше семидесяти процентов на болванках. Ты сколько вообще весишь?

— Неважно сколько. Проценты у Благовещенского показывают не силу, а эффективность, чтобы новички могли правильно поставить удар, о чём ты и сама знаешь. Силы в один-один-нуле одна джоуль-секунда, максимум пять, если взять таких, как мы. Что ей сделать-то?

— Вообще-то, на моих сокурсниках «Дыхание ветра» работает, как толчок.

— Сравнила тоже! — парень едва не рассмеялся. — У них сопротивление стихиям околонулевое, а я в стихийных камерах не книжки читал. Ты меня не сдвинешь ни одним из приёмов ниже ВЗ-2-, а вот землёй могла бы.

Злость начала возвращаться.

— Тогда, какого хрена ты подначивал меня?

— Честно говоря, не думал, что ты в самом деле поведёшься как первоклашка.

— Напомнить, как только что обнимался со стеной, Красноярский?

— А сможешь повторить? — он задал встречный вопрос.

Хочется, дичь свидетель, как сильно хочется снова его размазать, но нельзя. И немного сомневаюсь, что получится с тем же эффектом. Сейчас-то я владею собой.

Яр правильно истолковал моё молчание, и его ухмылка приобрела просто неприличный окрас:

— Вот именно!

— Дай срок, блондинка, — пообещала с полной на то уверенностью, — и я уложу тебя на обе лопатки своей стихией быстрее, чем успеешь моргнуть.

— Прозвучит безумно, но мне почему-то хочется на это посмотреть. Быть может, ещё не состарюсь к тому времени. Ну что, Василиса Анатольевна, на сегодня всё или устроим бонусный раунд?

Вместо ответа я приняла левостороннюю стойку и нагло поманила парня пальцами.

Спарринг завершился ближе к полуночи парой новых синяков, усталостью в каждой клеточке тела и чувством глубокого удовлетворения. Больше дополнительных занятий шаолиньцюань не будет. До прежнего мастерства Василисы мне ещё далеко, но программа минимум выполнена. Я больше не нуб, которого можно безнаказанно лупить на потеху собственного эго. Почти все нужные реакции восстановились, а где заминка, там выручает любимый хук справа.

Глупое чувство, но мне будет не хватать полуночных драк. Был в них свой кайф. А ещё они отлично помогали слить недовольство всем подряд в этом мире.

Глава 27

Времени хронически не хватало. Январь месяц лютый! Помимо занятий с псионикой, каждый вечер вплоть до 19 января — даты начала олимпиад — я допоздна проводила в библиотеке вместе с Надиром, Викой и остальными товарищами-однокурсниками, а когда выпадал перерыв, умудрялась заниматься рутинными делами лидера курса и попытками прочесть сигнатуру ВЗ-1−1–0. Рельефно-палочный шрифт не поддавался осмыслению. На финальном спарринге Яр невольно подсказал, в каком направлении копать, но в результате я запуталась ещё больше.

Каждый стихийник воспринимает эссенцию одним из четырёх способов:

— зрением — таких людей называют визуалами;

— через слух — аудиалы;

— с помощью осязания и движения — кинестетики;

— и через логическое осмысление — дискреты.

Судя по дневнику, Василиса была аудиалом, однако, проводя пальцами по тактильному рисунку, я ничего не слышала, сколько не напрягайся. И не видела, и никак не чувствовала. В конце концов пришла к выводу, что мне нужно понимать логику процесса. Короче говоря, теперь Вася диверге… дискрет. Это плохо — я тупо не знаю, как объяснить то, во что месяц назад ещё даже не верила. Здесь поможет только практика, причём практика с клинком.

Чего и следовало ожидать, в суете новых обстоятельств расследование кровавого ритуала временно отошло на второй план. Сказывался недостаток информации. Из реальных улик у меня по-прежнему одна только пуля с ритуальным рисунком, вынутая из плиток в душевой. Интересная, как выяснилось. Согласно справочнику по судебно-баллистической экспертизе, ритуальный рисунок на теле пули парализующего действия. Меня вовсе не хотели убить, лишь вывести из строя, а потом… похитить?

Покушений новых не случилось, но бдительности я не теряла. Знакомый незнакомец в чёрной маске на всё лицо и псионик Фиолетовые Глазки вряд ли обо мне забыли. Скорее всего, им просто не представилось возможности пробраться в институт. Смею надеяться, после наглого взрыва ректор заткнул дыры в безопасности, чтобы снова не пришлось затыкать рты своим подчинённым.

А затем стартовали олимпиады. Я подошла к ним со всей ответственностью и более того — озаботилась фирменной атрибутикой: значками с эмблемой «тотемного» животного первого курса логистов — счастливым воздушным кроликом. Правила института дозволяли цеплять неуставные украшения к форме, но только на пояс. Двадцать стальных бляшек, покрытых цветной эмалью, обошлись сравнительно дёшево, зато как подняли командный дух!

И уже в понедельник 19 января мои умные подсобники, мотивированные обещанными плюшками и личным примером лидера курса, пошли в атаку, будто на кону вовсе не допуск «В» в удостоверении курсанта, а дипломная практика автоматом. Признаться, не ожидала такого рвения, какое-то оно… странно вдохновлённое, но удивление моё было приятным.

Заявлю без лишней скромности, в стихийной зоологии я обошла всех своих соперников прямо-таки с неприличным отрывом! Сперва в основном раунде, затем в дополнительных, а финал за отсутствием интриги вообще отменили. Василиса Тобольская снова отличилась на весь институт, только в этот раз не скандалом, а неожиданной любовью к животному миру.

Победную эстафету подхватил Далан Якутский. Этнический якут завершил олимпиаду по русскому языку с лучшим результатом в истории Столичного Военного института. Справедливости ради, полностью заслуженно. Затем была история, в которой Вика заняла третье место. В показательных соревнованиях шаолиньцюань лучшими стали Надир и Ваня — первая и вторая позиции соответственно. Остальные ребята выступили ничуть не хуже. Если честно, я в них не сомневалась! Почти все они поступили в институт не по блату высокородных родственников, а собственным умом и старанием.