"Фантастика 2026-90". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Седой Василий - Страница 1135

— Ах ты су… масбродка, — только присутствие заскучавшей Волгодонской помешало ему похвастаться познаниями в русском матерном.

— Ещё кто-нибудь хочет побороться за место лидера? — защебетала Вика. Веснушчатое личико подруги заметно посветлело. Моя персона в лидерах курса её полностью устраивала по целому ряду причин, самая важная из которых та, что я не Ваня. — Нет, значит? Тогда приступим к голосованию. Все, кто поддерживает Василису Тобольскую, встаньте. Те, кто за Ивана Ужурского, продолжайте сидеть.

Сама она демонстративно осталась на ногах.

Первым поднялся Надир:

— Я доверяю Васе.

— И мы, — хором выступили три девушки-подружки. Я им не нравилась, они просто хотели выступить на одной стороне с симпатичным и умным парнем, не раз выручавшим их на лекциях по налогообложению.

Затем поднялись ещё четверо ребят и Далан Якутский, которому изначально не пришлась по вкусу идея олимпиад. Остальные проявили солидарность с Ваней.

— Восемь против десяти в пользу Василисы, — радостно провозгласила Вика. Без промедлений сделала пометку в своём планшете и протянула его Волгодонской: — Мария Дмитриевна, пожалуйста, засвидетельствуйте результат.

— Уже закончили? И года не прошло, — проворчала доктор экономических наук. — А теперь займитесь действительно полезным делом, продолжайте переписывать четырнадцатую главу…

Ваня напустил на себя равнодушный вид, словно исход голосования его вовсе не расстроил.

— Удачи пахать по двадцать часов в сутки, обнулённая, — бросил он. — И только попробуй подвести тех блаженных, что выбрали тебя.

— Спасибо, немезида.

— Лидер курса, серьёзно? — тихо поинтересовался Надир. — Снова вдохновение нашло?

— Оно меня не покидало, — улыбнулась ему.

Как же приятно, когда в твоих планах наконец-то появляется нечто большее, чем желание выжить!

После обеда в расписании обычно стояли занятия по основам стихий, плавно перетекающие в медитацию, но сегодня нас ждало нечто новенькое. Практическое применение эссенции стихий! Два дня назад состоялся показательный зачёт, на котором каждый из девятнадцати моих сокурсников с блеском продемонстрировал Вэлу способность вызывать свою стихию по щелчку пальцев, контролировать её интенсивность и удерживать в стабильном состоянии весьма продолжительное время.

Все, кроме меня, перешли на качественно новый уровень.

Вместе с Вэлом в зал с видами на Тибет прошагал высокий, пропорционально подкаченный мужчина средних лет с беспристрастным выражением лица и седыми волосами. Из всей одежды на нём были только алые укороченные штаны с орнаментом, на поясе висели два клинка изу́гольно-чёрной стали.

— Знакомьтесь, — произнёс Вэл. — Мастер Благовещенский, ваш тренер по практическому применению эссенции стихий.

— Здравия желаем, мастер Благовещенский!

— Вольно, — кивнул мастер. У него оказался тихий голос со стальным нутром, моментально подсказавшим, что послаблений от него не дождёмся. — Теоретический этап вашей работы с эссенцией закончен. С этого дня и вплоть до Ритуала Клинка вы приступаете к фактической отработке базовых приёмов стихийных техник: ВД-1−1–0 «Водяная волна», ЗМ-1−1–0 «Кулак земли», ОГ-1−1–0 «Огненные искры» и ВЗ-1−1–0 «Дыхание ветра». Они же один-один-нули, и они же единственные из ударов, для использования которых стихийнику не нужен клинок. Вот как они выглядят.

Мастер вышел на середину просторной залы, где заранее были включены интерактивные голограммы в виде трёхмерной человеческой болванки, и размял руки. Его кисти поочерёдно вспыхнули голубым, зелёным, алым и жёлтым сиянием. Затем последовали четыре хитрых движения, и над четырьмя мишенями засветились надписи «100%».

Курсанты потрясённо ахнули. Благовещенский не обычный практик стихий — он квадро-практик, ему подвластна эссенция всех стихий, кроме псионики. Невероятная редкость!

— На первый взгляд ничего сложного, но эти удары основа основ. Все последующие приёмы, простые и комбинированные, строятся на них в той или иной степени, поэтому советую отнестись к ним со всей серьёзностью и вниманием. А теперь разбейтесь на группы по стихиям.

Глядя, с каким энтузиазмом ребята поспешили выполнить приказ мастера, я ощутила острый укол досады. И зависти. Хорошее настроение поползло вниз. Толку мечтать о председательстве, если меня ещё раньше отчислят за профнепригодность?

— Василиса, — Вэл поманил меня на выход до того, как Благовещенский вспомнил, что среди его учеников присутствует обнулённая. — Для тебя в расписании ничего не изменилось.

— Снова медитировать?

— Именно.

Мы пришли на второй этаж, в малый зал для аспирантов номер шесть, тот самый, от вида которого у меня сами собой начали ныть внутренние синяки и дёргаться глаз. Других подходящих помещений, где можно сосредоточиться без посторонних наблюдателей, в комплексе «Двух Клинков» в разгар учебного дня не осталось.

Я без подсказки устроилась в позе скалы, несколько раз глубоко вздохнула и постаралась привести разум и чувства в нейтральное положение. Обыденно и без души. Откуда взяться рвению, если до сих пор нет даже малейшего результата?

Вэл, что удивительно, никуда не ушёл. Достал из кармана пирамидку китайского благовония, запалил её и сел рядом, в паре метров левее от меня. Спасибо, хоть рукава не закатал. И так тяжело отрешиться от мирских мыслей в его присутствии, а если бы ещё драконы…

— Тоже собираетесь помедитировать, ваше высокоблагородие?

— Ты наблюдательна, — улыбнулся он уголками губ. — У меня окно до полтретьего.

— И не нашлось более полезного занятия? Медитация важна, спору нет, но с вашей-то эссенцией и так всё в порядке.

— Потому и в порядке. Медитация восполняет внутренний резерв, что никогда не бывает лишним. Особенно для медиков. Лечение расходует куда больше эссенции, чем боевые техники, ты это прекрасно знаешь.

— Давно не практиковалась, некоторые нюансы успела подзабыть.

— Значит, вспомнишь, когда начнутся занятия по эсс-медике.

— Н-да… — вздох сожаления вырвался против моей воли. В который раз прокрутив на запястье браслет с потухшими камнями-индикаторами, я отвернулась к боксёрским мешкам у стендов с тренировочным оружием. — Сомневаюсь, что уже понадобится.

— Не…

— … сдавайся? — я усмехнулась, но в голосе прозвучала не насмешка, а траурное признание. — Так вот, оказывается, в чём секретный ингредиент успеха в восстановлении эссенции стихий!

— Не хнычь, — сурово закончил Вэл. — Секретный ингредиент в точке равновесия внутреннего мира с внешним. Она — как центр бури, где царит тишина. Даже если в обоих твоих мирах воцарится хаос, она останется незыблемой. Найди её — и ты поймёшь, что сложное всегда просто, а простое — бездонно.

— Не сочтите за дерзость, ваше высокоблагородие, но это звучит, как стандартный набор из репертуара коуча с ценой в тысячу рублей за урок по самосовершенствованию.

— Целую тысячу? — деловито переспросил он. — Где ты нашла такие солидные расценки? Поделись, и, быть может, я сменю профессию.

— Извините.

Просто, значит? Ну-ну. Я поверила в эссенцию, потому что сперва увидела её собственными глазами и почувствовала на собственной шкуре. С точкой равновесия такой финт не прокатит по той причине, что в неё предполагается сперва поверить и только потом увидеть. Но вслух этого не сказала. Я же давным-давно просветлённая Василиса, а не приземлённая материалистка Ирэн.

— Снова предло́жите больше практиковаться?

— В случае с эссенцией это единственный путь, — беззастенчиво кивнул Вэл. — Практика и ещё раз практика! Когда решишь, что на сегодня медитации достаточно, накинь ещё час. Также советую почаще менять обстановку. Привыкать к чему-то определённому нельзя, организм расслабится и потом ему будет сложнее адаптироваться под новые условия. Если хочешь, приходи сюда. На верхней полке инвентарного шкафчика лежат ароматические пирамидки, выбирай на свой вкус. И, — он ободряюще подмигнул, — всё-таки не сдавайся. В этой битве пленных не берут.