Большая книга волшебных приключений для девочек (Сборник) - Щеглова Ирина Владимировна - Страница 45

– Нет, она – мой друг. Просто очень мудрая...

– Ученая?

– Очень, – подтвердил Егор.

Что ж, про фату Феенелию – старшую фею Малого круга Совета Фейландии и бабушку Фенечки – лучше не скажешь. А Галка на некоторое время угомонилась. Ее позвали девчонки, и она ненадолго нас оставила. Тут же из рюкзака Егора появилась рыжая голова Фенечки.

– Это что? – спросила она, указывая волшебной палочкой на вазочку с мороженым.

– Фенечка! – я поспешно закрыла ее голову ладонью. Но, как всегда, опоздала. Вазочка с мороженым исчезла в рюкзаке Егора.

– Я еще возьму, – сказал Егор, поднимаясь.

Я пригорюнилась. Очень хотелось заглянуть в рюкзак. Вдруг Фенечка там уже мороженную реку с шоколадными берегами наколдовала? С нее станется. Но Галка была тут как тут. Пришлось натянуто улыбнуться и делать вид, что мне не терпится с ней поболтать. Правда, получалось у меня это плохо.

Наконец Галка не выдержала и с досадой стукнула ладонью по столику:

– Ты просто невыносима сегодня!

Я вымученно улыбнулась:

– Почему?

– Потому! Не хочешь общаться, так и скажи...

Внезапно она замолчала и посмотрела на стул, где Егор аккуратно поставил свой рюкзак. Он весь был покрыт инеем. Я так и знала! Как теперь выкручиваться? Фенечка вечно что-нибудь поджигает или замораживает!

– Ты это видела? – Галка медленно перевела на меня взгляд. Я перескочила на стул Егора, дернула к себе рюкзак и засмеялась.

– Да ничего особенного, это такой прикол, краска для ткани, – я несла всякую чушь, и у Галки даже глаза сузились – сразу поняла, что это вранье. А я изо всех сил прижимала к себе задубевший холодный рюкзак и мысленно кричала: «Пожалуйста, пожалуйста, Егор, да приходи же ты скорее! Где тебя носит с твоим дурацким мороженым!»

Егор наконец появился. Он ловко протиснулся между столиками и плюхнулся на мой стул, тем самым отрезав Галке путь к рюкзаку.

Галка привстала и перегнулась через стол мне навстречу.

– Егор, что у тебя там? – вкрадчиво спросила она, кивая на рюкзак.

– Да, в общем, ничего особенного, – оценил обстановку Егор.

Рюкзак был ледяной на ощупь. Если бы я не знала о том, что феи не болеют, то, наверное, просто открыла бы его и извлекла оттуда Фенечку всем на удивление, только бы не простудилась.

– Эй, ребята, вы что, меня разыгрываете? – возмутилась Галка. – У Али руки посинели от холода, а вы мне тут говорите «ничего особенного». У тебя там лед? Ты с собой снег носишь? Новый тип холодильника? – наседала Галка.

Я почувствовала, как иней начал таять и мои юбка и блузка намокли. Зато рюкзак стал теплым. Наверно, Фенечка слышала наш разговор и попыталась исправить оплошность. Я медленно придвинулась к столику, чтоб Галка не заметила влажных пятен на моей одежде, и передала рюкзак Егору.

– Просто краска, – снова сказала я.

И действительно, весь рюкзак был покрыт блестящими разводами, издалека вполне похожими на иней. Егор тихонько вздохнул, но вида не подал.

Галка, наконец, добралась до рюкзака и дотронулась до него.

– Хм, действительно, краска, – задумчиво произнесла она. – А в чем прикол?

– А, ну, это... такая краска продается в баллончиках, она не сразу проявляется, только когда на солнце постоит. И всем кажется, что выступил иней, – Егор улыбнулся.

– А-а, – разочарованно протянула Галка.

Интересно, что она хотела услышать?

Я наступила Егору на ногу под столом. Надо было как-то отделаться от любопытной Галки и от одноклассников, которые тоже заинтересовались проявляющейся краской и стали расспрашивать, в каком магазине такая продается и можно ли ее отстирать. Рюкзак с Фенечкой пошел по рукам. Я страдала от собственного бессилия что-либо изменить.

Стараясь не привлекать к себе внимания, я прошипела Егору прямо в ухо:

– Да придумай же что-нибудь!

При этом мы оба продолжали радостно улыбаться, как пингвины из мультика.

Зазвонил телефон. Я даже вздрогнула, – звонок был от Егора. И как он ухитрился? Я поспешно схватила трубку:

– Да, мама... да, мы с друзьями в кафе... нет, не забыла, скоро буду!

Я вскочила, позабыв про влажную юбку и блузку, прикрылась рюкзаком и начала поспешно прощаться. Егор поднялся, чтобы меня проводить. Спиной я долго чувствовала долгий изучающий Галкин взгляд.

Определенно, она что-то заподозрила!

Как только мы с Егором отошли на безопасное расстояние, я схватила его за руку и мы юркнули в какой-то тихий проулок, завернули в арку и оказались в пустом дворике. Спрятались за грудой пустых ящиков. И только тогда Егор решился открыть рюкзак. Не тут-то было! «Молнию» намертво заело. Егор стал ее дергать, но я остановила:

– Погоди... Фенечка, выходи, – тихо позвала, – уже можно.

«Молния» распахнулась с треском, и из рюкзака выскочила взъерошенная Фенечка, перепачканная мороженым с головы до ног.

– Вы что! – воскликнула фея. – Хотели, чтоб я задохнулась?! А еще друзья называются!

– Фенечка, – обрадовалась я, – хорошо, что с тобой все в порядке!

– В порядке? – возмутилась она. – Что ты называешь порядком? Где мой бант? И на что похож мой чудесный фартук? Где мои прекрасные осенние листья?

– Наверное, там, – растерянно показала я на рюкзак Егора.

– Там, – передразнила Фенечка. – Вечно из-за тебя у меня всякие неприятности! И ты хорош, – набросилась она на Егора, – а еще фатум Гор называется!

– Но мы же хотели как лучше, – попытался оправдаться он.

Фенечка взлетела и уселась на верхний ящик. Она подперла руками щеки и захныкала:

– Я так готовилась! А меня заперли в сумку, выпачкали холодным и сладким...

– Ты же сама взяла мороженое, – тихо напомнила я.

Егор копался в рюкзаке, разыскивая Фенечкины бантики и листья. Постепенно он извлек из рюкзака: маленькую вышитую подушку, наверно, специально положил для Фенечки, стаканчик из-под мороженого, пластиковую ложку, горсть пожухлых, изломанных листьев и бантик – правда, уже не белоснежный и не пышный.

Фенечка взяла в руки бант, вздохнула и вернула Егору. От фартука фея тоже избавилась – надоел. Потом несколькими взмахами волшебной палочки она привела в порядок свое форменное платье. Я посмотрела на пустой стаканчик из-под мороженого.

– Фенечка, неужели ты все съела?

– Нет, все в меня не поместилось бы, – ответила Фенечка с некоторым сожалением, – остаток ушел на узоры. – Она показала на разрисованный рюкзак. Оказывается, наши рассказы о зиме произвели на Фенечку впечатление. От скуки фея решила позабавиться и украсила рюкзак морозными узорами.

Егор спросил, как теперь от них избавиться, и окончательно разобидел Фенечку.

Короче говоря, настроение у нас совершенно испортилось, вместо радостной встречи получилось какое-то сплошное недоразумение. Да еще Галка! Честно говоря, она меня беспокоила. Мне все время казалось, что за нами кто-то наблюдает. Я прямо-таки чувствовала чей-то взгляд. Еще меня пугали окна, выходящие в этот тихий пустой дворик. Я представляла, будто вижу нас со стороны: вот груда ящиков, на верхнем примостилась маленькая крылатая фея в пышном коричневом платье, а рядом мы с Егором перетряхиваем рюкзак. Хорошо, что Фенечка все-таки вернула ему прежний вид. Мы сложили Егоровы вещи, и я предложила поскорее покинуть дворик. Чувство опасности никуда не делось. Фея с обреченным видом забралась в рюкзак и закрылась. Мы решили пойти ко мне домой и там в спокойной обстановке все обсудить.

Дома Фенечка выбралась на свободу и потребовала ванну. Я поставила перед ней глубокую тарелку с теплой водой и закрыла все это ширмой из большой книги. Пока Фенечка нежилась в теплой воде, мы с Егором накрыли на стол, принесли для Фенечки кукольную мебель из домика Барби и оставшиеся у меня фарфоровые блюдца. Фенечка, когда мы с ней были на даче, уменьшила и размножила бабушкин сервиз, так что у меня оставалось еще пять чайных пар. В холодильнике нашлась спелая дыня и малиновое варенье. И то и другое я аккуратно разложила по тарелочкам и поставила на кукольный стол.