Верблюжий клуб - Балдаччи Дэвид - Страница 111

Двадцать долгих минут он стоял на коленях перед гробом, положив ладонь на его гладкую полированную поверхность.

Наконец, поднявшись на непослушных ногах, Стоун поцеловал гроб и положил на крышку один цветок. Маргаритку.

– Прощай, Бетти, – сказал он, – я тебя люблю.

На следующий день в коттедже Стоуна состоялась встреча членов Верблюжьего клуба, Алекса и Кейт. Врачи уже позаботились о ранах Робина, а заодно и о постоянно тревоживших его камнях в почках. Частити успела полностью оправиться от пережитого, хотя, по правде говоря, ей вообще мало что запомнилось.

Алекс принес газету, в которой сообщалось о гибели Джеки Симпсон.

– Она была настоящей героиней, а запомнится всего лишь как жертва ограбления, – с горечью произнес он.

– Вы ошибаетесь, – уверенно произнес сидящий за письменным столом Стоун. – Ее будут помнить не только как жертву.

– Меня бесит то, что Картер Грей объявлен национальным героем, в то время как на самом деле он собирался убить президента, – сменил тему Алекс. – Нам необходимо что-то сделать.

– Но если мы об этом объявим, все остальное также вылезет наружу. Не уверен, что после всего случившегося страна сможет это выдержать, – заметил Робин.

– О Картере Грее позаботятся, – спокойно сказал Стоун. – Я сам за этим прослежу.

Все с любопытством взглянули на Стоуна, однако выражение лица последнего вовсе не располагало к вопросам.

– О'кей, – сказал Робин, поднимаясь, – настало время перейти к официальной части. – Он откашлялся и торжественным тоном произнес: – Я объявляю специальное собрание Верблюжьего клуба открытым. Учитывая выдающийся вклад в благосостояние Соединенных Штатов и неоценимую помощь, которую эти люди оказали Верблюжьему клубу, я предлагаю принять в качестве полноправных членов клуба агента Алекса Форда и Кейт Адамс. Поддерживают ли меня члены клуба?

– Поддерживают, – одновременно сказали Милтон и Калеб.

– Все, кто за, крикните «да».

Последовало дружное «да!».

– О'кей, – сказал Алекс. – Но я должен кое-что для себя прояснить. Почему «Верблюжий»?

– Потому что верблюды обладают бесконечной выносливостью. Они никогда не отступают, – ответил Стоун.

– Так утверждает Оливер, – вмешался Робин, – но настоящий источник названия не в этом. В двадцатых годах прошлого века существовал другой Верблюжий клуб. На каждом собрании того клуба его члены поднимали стаканы и клялись бороться с «сухим законом» до последней капли виски. Да, вот это по-настоящему мой клуб.

Когда собрание закончилось, Алекс задержался, чтобы поговорить со Стоуном наедине.

– Итак, Оливер Стоун на самом деле – Джон Карр, – начал он.

– Был Джоном Карром. Джон Карр давно умер, – заявил Стоун.

– Оливер, вы сказали, что Картер Грей и страна отняли у вас семью. Что вы имели в виду?

Стоун уселся за письменный стол и сказал, машинально теребя листок бумаги:

– Скажем так. Мне в то время показалось, что я выполнил долг перед страной, но страна решила, что моя работа не такова, чтобы ее можно было оставить просто так, за здорово живешь. – Он помолчал и закончил: – До сих пор не могу простить себе, что моя семья так пострадала из-за меня.

– Вашу дочь звали Элизабет? – осторожно поинтересовался Алекс. – И она родилась в Атланте?

– Откуда вам это известно? – в свою очередь, спросил Стоун.

Алекс вспомнил о том, как Джеки указала Хемингуэю на ошибку в базе данных о месте ее рождения. На самом деле никакой ошибки не было. Она появилась на свет в Атланте, а не в Бирмингеме, откуда родом были Симпсоны. Алекс вновь представил себе двух высоких белокурых родителей и их невысокую черноволосую дочь. Теперь он знал, как когда-то выглядела жена Стоуна. Теперь он не сомневался, что Джеки Симпсон и Бетти Карр – одно и то же лицо.

– Это было в ее официальном файле, – ответил он.

Стоун рассеянно кивнул в ответ.

– Я очень вам сочувствую, Оливер, – сказал Алекс, положив руку на плечо друга.

– Не надо меня жалеть. В течение жизни мне пришлось совершить множество поступков, за которые я себя ненавижу. Я, конечно, мог бы найти себе утешение в словах «я служил стране». Но разве это меня извиняет?

Картер Грей, закончив очередную встречу с президентом, направлялся к стоящему на лужайке перед Белым домом вертолету. Это была очень полезная встреча, хотя Бреннан и сделал в ее ходе несколько любопытных, но тревожных, с точки зрения Грея, замечаний о необходимости решительного изменения ближневосточной политики США. Грей перестал раздумывать на эту тему, увидев возле изгороди человека с внимательным взглядом. Оливер Стоун махнул рукой в ту сторону, где восседал на своем мотоцикле Робин, а затем показал на запад. Грей сразу догадался, чего хочет от него этот человек.

Несколько минут спустя Грей уже сидел в следующем за мотоциклом лимузине. Как он и ожидал, мотоцикл свернул на Арлингтонское кладбище, и через несколько секунд Король разведки стоял у могилы Джона Карра рядом со Стоуном. Охранники Грея держались чуть поодаль.

– Я могу уделить тебе максимум десять минут, Джон, – сказал Грей.

– Меня зовут Оливер Стоун.

– Как пожелаешь, – раздраженно бросил Грей.

– И пяти минут будет более чем достаточно.

– Тогда выкладывай.

– Как моя дочь оказалась у Симпсонов?

Этот вопрос, похоже, слегка смутил Грея, но он все же на него ответил:

– Как тебе известно, Роджер Симпсон в то время работал, как и я, в ЦРУ. Мы с ним были хорошими друзьями. У них не могло быть детей, и это выглядело отличным решением проблемы. Ни у тебя, ни у твоей жены не было родственников, а я не хотел бросать ребенка, хотя в ЦРУ были и такие, кто полагал, что девочку тоже следует застрелить. Я, Джон, не имел понятия, что ты остался в живых.

– Думаю, что поверить в мою смерть тебе было несложно.

– Я не имел никакого отношения к тому, что с тобой случилось. Я не отдавал приказа и не способствовал его появлению. На самом деле я спас твою дочь от гибели.

– Но ты не сделал ничего, чтобы предотвратить нападение на меня и на мою жену, не так ли?

– Неужели ты действительно считал, что можешь просто отойти от дел?

– Я никогда бы не предал свою страну.

– Дело вовсе не в этом.

– Так в чем же тогда дело?!

– Теперь это – древняя история, – ответил Грей.

– Часть твоей истории покоится здесь. – Стоун показал налево. – Там, где могила твоей жены. Ты об этом не забыл?

– Не смей говорить о ней! – взорвался Грей. – Итак, что еще?

– Совсем немного, – ответил Стоун. – Я хочу, чтобы ты подал в отставку.

– Прости, не понял, – недоуменно глядя на Стоуна, произнес Грей.

– Я хочу, чтобы ты немедленно подал в отставку с поста руководителя разведки. Ты не годишься для этой работы.

– Мне жаль тебя, – покачивая головой, ответил Грей. – Нет, правда, очень жаль. Ты достойно служил своей стране, и если хочешь, я мог бы сделать твою старость более комфортной. Я действительно позабочусь об этом.

– Я обращусь к прессе и сообщу обо всем, что мне известно.

– И тебе, ты полагаешь, поверят, – с жалостью глядя на Стоуна, сказал Грей. – Поверят человеку, который даже не существует? Взгляни на своего дружка Робина. Я просмотрел его досье. Он даже более безнадежен, нежели ты. А если ты полагаешь, что с разоблачениями выступит Алекс Форд, ты глубоко заблуждаешься. Он не рискнет своей карьерой. Кроме того, у него хватит ума не будоражить страну дурацкими заявлениями. Поэтому уползай в свою нору, Джон. Уползай навсегда.

– Мне всего лишь надо, чтобы ты подал в отставку, – повторил Стоун. Грей покачал головой и повернулся, чтобы уйти, но Стоун добавил: – Прежде чем удалиться, ты мог бы захотеть прослушать вот это.

Грей обернулся и увидел в руках Стоуна маленький магнитофон. Стоун нажал кнопку воспроизведения, и Грей услышал свои спокойные рассуждения о целесообразности убийства президента Соединенных Штатов.