Loveлас (СИ) - Ланская Яна - Страница 1

Яна Ланская

Loveлас

1. Дана

— Опять хлопья? Серьёзно?

— И тебе доброе утро, мама! — цежу сквозь зубы.

День только начался, а она всего лишь тремя словами, ехидным тоном и брезгливым выражением лица смогла испортить мне настроение.

— Если ты не в состоянии сделать правильный для себя выбор самостоятельно, мне придётся ввести тщательный контроль продуктов, попадающих на мою кухню. Ты клетчатку вообще ешь?

Ложка с сухим завтраком падает обратно в пиалу с молоком. Я встаю, демонстративно подхожу к маминому блендеру с мерзким зелёным смузи и выпиваю залпом противную густую жидкость ей назло. Это мой протест. Украла мамин смузи прямо у неё из-под носа. Мелочь, а приятно!

— Котик, мне нужна сегодня твоя помощь. Я тебя сняла с пар Константиновой и Локманова, будешь сегодня моей правой рукой, — как только маме что-то надо, она становится мягкой и даже нотки нежности в её тоне можно уловить. На мою выходку она не обращает внимания.

— Что делать надо? — Мне, собственно, всё равно, помогать ли ей в ректорате или ходить на абсолютно неинтересные для меня пары. Ощущение, что я в этой жизни ничего не решаю, нависает надо мной тёмным облаком. И даже последней отрады — хлопьев — меня и то лишают.

Сначала она разлучила меня с моим отцом, и мы переехали в Россию из Латвии ровно в тот момент, когда границы закрылись. Так, чтобы наверняка. Естественно, я осталась и без своих друзей, и мечты учиться в Лондоне.

Как только моя жизнь начала налаживаться и я обрела новый интерес и новую компанию, мама получила должность ректора в престижной академии, и меня снова выдрали из привычной жизни. Не может же дочь ректора учиться в МГУ на той же специальности, что только что появилась в маменькином ВУЗе. Плевать, что я училась на легендарном факультете журналистики у легендарных преподавателей. Плевать, что за год я обрела друзей и наконец начала осваиваться.

Мама замутила с олигархом, который ей и подарил почётную должность, а чем там Дана жертвует, никого не интересует.

— Сегодня вручение грантов Ананьевского, и прежде чем его сиятельство удостоит нас своим посещением, он выдвинул целый райдер. В том числе полная предподготовка конференц-холла его службой безопасности. И всё бы ничего, только координирует этот процесс его третьекурсница невестка. В каком положении я окажусь, если мной будет вертеть моя же студентка? Но и отказать и показать своё неуважение я не могу, поэтому сошлюсь на срочные дела и поручу тебе заняться всем. Встретишь эту его цацу с охранниками, проведешь в зал, поприсутствуешь. Ничего сложного.

— Ладно. Я пошла одеваться.

Даже приятно, что мама что-то мне наконец поручила. Работа в ректорате секретарём секретаря после пар меня напрягает, а вместо — вполне.

— И? — Мама окидывает меня презрительным взглядом с ног до головы. — По-твоему, это достойный образ для дочери ректора Президентской академии? Дана, серьёзно?

Про себя пародирую её: «Дана, серьёзно?»

— А что не так?

— Всё! Живо переодеваться, нас водитель ждёт уже. Только в одобренные вещи в академию приходишь. Я второй раз повторять не буду.

Да, у меня и такой список имеется.

— Даже интересно, что будет после второго раза, мам.

— Поедешь к своему лузеру папаше обратно, — выплевывает мама.

Если бы. Она даже позаботилась о том, чтобы сменить мне быстро гражданство и порвать все связывающие звена с отцом. Я не могу попасть к себе же на родину, а отец из-за долгов не может её покинуть, чтобы навестить меня.

Да, она права, и он неудачник. Но пустые банковские счета и отсутствие работы не делают его плохим отцом. Мама даже представить не может, сколько боли мне приносит одной ядовитой фразой. А ещё она, видимо, считает, что я должна любить её олигарха, как родного. Вот только даже отчимом он мне никогда не станет, так как имеет жену.

Маме это, впрочем, не мешает гордиться отношениями с высокоранговым мужиком. Тем более она стала ректором. Пять лет в Москве, и такая головокружительная карьера для простой преподавательницы социологии.

Она зазналась и не устаёт мне напоминать, что я пошла в отца. Кажется, что она меня даже не любит, потому что я на него похожа. Но она же когда-то сама его выбрала?

Переодеваюсь в заранее обговорённый костюм, который, впрочем, мне нравится, и спускаюсь на парковку, где мама вовсю играет в биг-босса и ожидает меня на заднем сидении своего «Мерседеса».

— Есть момент, — трогает меня мама за руку и обращает на себя внимание.

— Какой?

— Дело в том, что сегодняшний благотворитель — Константин Юрьевич Ананьевский, давний неприятель моего Игоря. Если заметишь что-то подозрительное, расскажи мне.

Замечательно, теперь мне ещё и на маминого любовничка шпионить.

— Например?

— Ну, вдруг студенты будут шептаться, что гранты нечестно распределяют. А может, увидишь какое-то возмутительное поведение его команды. Может, что-то его сын вытворит. Уже были прецеденты. Просто будь внимательна. Ты мои глаза и уши.

— Ясно. Поняла. Что по деньгам?

— Дана, — шипит мама.

Подъезжаем к академии, и на главном входе приходится старательно изображать, что мы примерная семья. Никто и подумать не может, какая темнота пожирает меня и какая чернь внутри неё. Снаружи мы два белокурых ангела.

Мамина секретарь выдаёт мне ключи от конференц-зала, рацию, пропуски и контакты техников на всякий случай. Через три часа начнётся вручение ста грантов выдающимся студентам, и мне надо показать, что мы подготовили аудиторию наилучшим образом.

— Доброе утро! — заглядывает девушка в безупречном брючном костюме в кабинет. — Я Анна Ананьевская, к Луизе Александровне.

— Здравствуйте! У Луизы Александровны внезапный разговор с министром образования. Она меня ввела в курс дела, пойдёмте. Я Дана, её секретарь и дочь.

— Хорошо. Конечно, — улыбается девушка, — вы же сможете пропустить нашу службу безопасности? Они ожидают на КПП.

— Да. Вот пропуски.

В полной тишине спускаемся к выходу, и я с удивлением обнаруживаю на входе с десяток мужчин в костюмах и с чемоданчиками. Агенты 007 в здании.

Запустив всех, веду к подготовленному залу. Я не собиралась шпионить на Дорошенко, я его терпеть не могу, но всё равно то и дело посматриваю на доверенную мне процессию. Вроде пока ничего сверхъестественного. Обычные охранники. Обычная девушка.

Начинаю открывать аудиторию, но замок не поддаётся, и ключ стоит на месте. Перепроверяю, та ли у меня связка, и пробую опять. Дёргаю ручку, и дверь открывается. Странно, была не заперта. Захожу первая, ищу включатель света и осматриваю большой зал и сцену. На доли секунд думаю, что сошла с ума. Промаргиваюсь, но видение не исчезает. На сцене действительно тройничок, и две студенточки в одинаковых юбках в клеточку восседают на парне. Одна на лице, а вторая по классике.

Надо бы резко включить свет, но рука зависает на выключателе, и я неотрывно смотрю на сцену. Воу-воу-воу! Оказывается, я поступила в академию разврата, а не госслужбы. Видимо, я на кафедре онлифанса. Какой факультет надо было выбрать?

Шок от увиденного сменяется возбуждением. Чёрт, когда еще в жизни увидишь порно своими глазами. Не могу взгляда отвести от этой возмутительной и одновременно восхитительной картины. Дана, Дана…

Вдруг ко мне возвращается здравый смысл, и я понимаю, что если моя процессия увидит, как в стенах маминой академии, да еще и в конференц-холле, кто-то устроил тройничок и снимает это на видео, будет скандал века. И отмена финансирования — меньшее, что нам светит. Да это вообще уголовка по идее. Производство порнографического контента. Ох, вот бы мне про это статью написать. Фурор!

— Что там? — Интересуется Анна и пытается войти в помещение.

— Подождите минуточку, — пытаюсь я её остановить, но вся компания вваливается внутрь, и кто-то включает свет.